С потерей языков мы теряем и часть нашей истории...
В каждом случае утраты языка мы теряем часть нашей культурной истории. А если этот язык не был изучен и записан, мы теряем часть нашего прошлого безвозвратно.
Мы не можем знать, в чем состоит все то дело, которое Бог делает через нас, но не можем не знать, в чем должно состоять наше участие в нем.
— Где мы? Я даже не вижу цифр. — Когда мы, — машинально поправил её Харлан.
Консультант – это тот, кому переплачивают, кого переоценивают и кто думает, что знает то, чего не знаете вы.
— Разрешите доложить, Христофор Бонифатьич. По-моему, дело — табак!
— Совершенно справедливо. Закуривай, ребята!
Лучшая часть красоты та, которую нельзя выразить в портрете
Человек ощущает смысл и цель собственной жизни, лишь когда сознает, что нужен другим.
Чем меньше революций, тем больше мест на кладбище.
Мозг повреждается от поисков ответов на вопросы.
Разговоры о технологии и идеологии могут показаться абстрактными и далекими от жизни, но более чем реальная перспектива массовой безработицы не оставляет равнодушным никого.
Всякий раз, когда она пыталась поговорить, чтобы прояснить отношения между ними, он находил какое-нибудь другое, более важно дело: спешил развести костёр, собирался охотиться на куропаток, хотел посоветоваться с разведчиками-д`варфами о предстоящей дороге.
Жизнь не имеет никакой цены, кроме той, какую она сама себе придает. И, конечно, она себя переоценивает, так как неизбежно пристрастна к себе.
Японцы грезили не о жизни, а о вещах. Вещь – это, само собой, разновидность информации. В то время, как вещи наводнили нашу жизнь, информация напротив стала утекать мимо, и идея пропала. Посему большинство людей смогло с головой окунуться в общепринятое понятие счастья. Однако на свет появилось страшное одиночество. Когда в моменты плохого самочувствия оно атакует наш организм, происходят разные непонятные штуки. Появляется беспокойство. Быстро нейтрализовать его могут секс, убийство, насилие или что то в этом роде.
Нелепая случайность унесла его жизнь... заснул в отхожем месте.
Он говорил, как сумасшедший. А войны всегда начинают сумасшедшие.
Просто развернулась и пошла прочь — медленно, прямо, без единой слезы.
Потому что слёзы бывают там, где ещё ждут милосердия.
Нет более глубокого одиночество, чем одиночество вечности. И нет ничего более уютного для нас, чем быть человеческими существами. Вот тебе еще одно противоречие: как, оставаясь человеком, радостно и целеустремленно погрузиться в одиночество вечности?
Пожалуй, вместо чаепития с местными леди я с куда большей охотой вышла бы против двух-трех до зубов вооруженных бандитов. В гангстеров хотя бы стрелять можно!
Видите ли, Кевин, прокуратура и адвокатура – это как два ножа, которые беспрерывно точатся друг о друга. Чем изощреннее адвокаты, тем изощреннее – со временем – становятся прокуроры
А теперь Шарипов владеет великим и могучим совершенно свободно и особенно полюбил сильные выражения, уходящие корнями в самые рискованные глубины народного словотворчества.
…всё происходит в своё время и так, как единственно правильно.
В нынешнее время, молодой человек, люди забыли хорошие манеры. Забыли, что такое любезность. Что такое уважение. Отвыкли думать хорошо о своем ближнем. Деловой мир превратился в сплошные бухгалтерские операции, выполняемые машинами или людьми, очень похожими на машины своей бездушностью. В мире нет чести, нет доверия, и его этикой стала этика волчьей стаи.
Человек знания живёт действием, а не мыслью, о действии. Он выбирает путь сердца и следует по этому пути.
Логика слепа и зачастую знает только свое собственное прошлое.
Трудно сохранить достоинство, когда сидишь в одних трусах.