"Плохой римлянин с удовольствием стал бы голом, а плохой гот - римлянином" Теодорих.
Я кот, а ни один кот никогда, нигде и никому не дал прямого ответа.
Будучи единственным ребенком в семье, я имела свою собственную комнату, свою собственную одежду, свой собственный телефон и позже - свою собственную машину, свою собственную квартиру, свое собственное все. Теперь, выйдя замуж, я должна была всем делиться.
- Я всегда любил сказки.
- Даже страшные?
- А разве бывают другие? Волк в "Красной Шапочке", убийство детей в "Белоснежке", великан в "Мальчике-с-пальчик".
Важно, однако, что факт существования единственного предка, давшего начало всему сегодняшнему разнообразию, не означает, что в то время жил лишь один человек. Это значит лишь то, что потомки других людей, живших в то время, вымерли.
«В сущности, когда мы читаем или созерцаем художественное произведение нового автора, основной вопрос, возникающий в нашей душе, всегда такой: «Ну-ка, что ты за человек? И чем отличаешься от всех людей, которых я знаю, и что можешь мне сказать нового о том, как надо смотреть на нашу жизнь?» Что бы ни изображал художник: святых, разбойников, царей, лакеев — мы ищем и видим только душу самого художника».
Лев Толстой
Начни только менять законы, не успеешь и оглянуться, как наступит хаос.
- Це одна з тих драматичних пауз, яким я, на твою думку, маю вчитись насолоджуватись?
- Так.
- Чи вона вже скінчилась, засранцю?
- Так. І маємо збіг.
Вновь слово великому князю Александру Михайловичу: «Личные качества человека не считались ни во что, если он устно или печатно не выражал своей враждебности существующему строю. Об ученом или писателе, артисте или музыканте, художнике или инженере судили не по их даровитости, а по степени радикальных убеждений».
Мама дорогая, кажется, я сошла с ума! В лесу подохли все медведи, ад покрылся льдом, и ежи полетели на юг!
Ведь чтобы мы ни делали, нами чаще всего руководит именно тщеславие, и слабые натуры почти никогда не могут устоять перед искушением сделать что-то такое, что со стороны выглядит как проявление силы, мужества и решительности.
И для чего тоннами пожирать антидепрессанты? Старый добрый кокаин уже отменили?
Душа ведь быстро продается, погорелец, – вещал он, размазывая пьяные слезы по лицу. – За возможность поесть и в тепле пожить. Как за жизнь свою начнешь труситься – знай, уже готов продать.
Деревья принуждены умирать там, где они родились; все, что они могут сделать, — это пригнуться ниже под ударами ветра судьбы и ждать своей участи.
Не таков человек: он сам выбирает свой путь и свою участь, оставляет солнце, тепло и уют и идет, влекомый стремлением к борьбе, в неведомые, негостеприимные страны, чтобы победить природу или сложить свои кости рядом с хилой, корявой березой на холодной земле…
— Открыто потому, что не закрыли, — рассудительно пояснил Аеш. — Иди давай, я следом.
— Не, лучше ты первым иди. Ты ловкий, все знаешь. А я — увалень медлительный. Но помни — если что, я за тебя отомщу.
Марьяна… всегда собой была, ядовитая, что твоя гадюка, но и яд иной целебен.
В человеке без рода умирает душа, лишённая поддержки богов и предков, – а без души стоит ли жить и телу? Без души ты упырь, а не человек.
О нет, - ответил Волк Ларсен с горечью. - И в этом его счастье. Он слишком занят жизнью, чтобы думать о ней. Я сделал ошибку, когда впервые открыл книгу.
Этот Зетист, как граната без чеки, - черт знает, когда и где взорвется.
Елове легко говорить, она совсем не знает, что это такое – любить. Может быть, потому она так и сильна.
Разве Сунь-цзы не говорил: «Тот, кто не продумывает всего наперед и не принимает всерьез противников, несомненно, попадет к ним в плен»?
Древние видящие обнаружили, что точка сборки находится не в физическом теле, а в светящейся оболочке, в самом коконе.
Это - вогнутость и щель. Вогнутость - временное образование, соответственно, она дает временный сдвиг уровня осознания. Трещина же - очень глубокое и устойчивое образование, изменяющее форму кокона и вызывающее устойчивый сдвиг.
«...Сумерки вползали в окна кабинета, как предчувствия вползают в душу – так же незаметно и так же настойчиво. А главное, у них нет источника – просто свет гаснет за горизонтом...»
Не слишком ли мы иногда увлекаемся внешней формой, заумными изысками, эффектными трюками? Поменьше бы бижутерии в искусстве, поменьше блёсток - побольше души и сердца.
Ищи и смотри на чудеса повсюду вокруг тебя. Ты устаешь от глядения на самого себя, и эта усталость делает тебя глухим и слепым повсюду ко всему остальному.