"Попы все-таки лучше, чем шарлатаны вроде Калиостро или Канта или всех этих немецких фантазеров", - говаривал Наполеон, ставя в один ряд авантюриста Калиостро и философа Канта и прибавляя, что раз уж люди так устроены, что хотят верить в разные чудеса, то лучше дать им возможность пользоваться церковью и установленным церковным учением, чем разрешать слишком философствовать. Прививают же людям оспу, чтобы они не заболели ею, - аргументировал Наполеон.
Нельзя допускать сомнений в сердце. С этого не начинают. Скорее, этим всё заканчивается.
-Ты оставался с ней день за днем, пока единственное чувство, которое осталось, была скука, правда?
Я не отвечал. Я чувствовал, что ответа не требуется. Он был прав.
– Быть недостижимым означает, что ты касаешься мира вокруг себя с осторожностью. Ты не съедаешь пять куропаток, ты ешь одну. Ты не калечишь растения только для того, чтобы сделать жаровню. Ты не подставляешь себя силе ветра, если это не является оправданным. Ты не используешь людей и не давишь на них, пока они не сморщиваются в ничто, особенно те люди, которых ты любишь.
– Я никогда никого не использовал, – сказал я искренне. Но дон Хуан утверждал, что я это делал и поэтому я могу теперь тупо утверждать, что я устал от людей, и они мне надоели.
– Быть недоступным означает, что ты намеренно избегаешь того, чтобы утомлять себя и других, – продолжал он. – это означает, что ты не голоден и не в отчаянии, как тот несчастный выродок, который чувствует, что он уже больше никогда не будет есть и поэтому пожирает всю пищу, которую только может, пять куропаток.
Дон Хуан определенно бил меня ниже пояса. Я засмеялся, и это, казалось, доставило ему удовольствие. Он слегка коснулся моей спины.
– Охотник знает, что он заманит дичь в свои ловушки еще и еще, поэтому он не тревожится. Тревожиться, значит становиться доступным, безрассудно доступным. И как только ты начинаешь тревожиться, ты в отчаянии цепляешься за что-нибудь. А как только ты за что-нибудь уцепился, то ты уже обязан устать или утопить того или то, за что ты цепляешься.– Я уже говорил тебе, что быть недоступным не означает прятаться или быть секретным, – сказал он спокойно. – точно так же это не означает, что ты не можешь иметь дела с людьми. Охотник пользуется своим миром с осторожностью и с нежностью, вне зависимости от того, будь это мир вещей, растений, животных, людей или силы. Охотник интимно обращается со своим миром, и все же он недоступен для этого самого мира.
– Это противоречиво, – сказал я. – он не может быть недоступен, если он там, в своем мире, час за часом, день за днем.
– Ты не понял, – сказал дон Хуан терпеливо. – он недоступен, потому что он не выжимает свои мир из его формы. Он касается его слегка, остается там столько, сколько ему нужно и затем быстро уходит, не оставляя следов.
Жизнь человека начинается с первой прочитанной книги.
Хороший дворник всегда в белоснежном фартуке, потому что не сгребает грязь руками, стоя на четвереньках, а имеет метлу, лопату, совок и умеет ими правильно пользоваться.
Последний общий предок людей и шимпанзе жил, возможно, пять миллионов лет назад, определённо позже общего предка шимпанзе и орангутанов, и возможно, на 30 миллионов лет позже общего предка шимпанзе и нечеловекообразных обезьян. У нас с шимпанзе имеется более 99 процентов общих генов. Если бы на каких-нибудь затерянных островах были бы обнаружены оставшиеся в живых все промежуточные звенья между шимпанзе, человеком, и этим общим предком, то можно ли сомневаться в том, наши законы и моральные соглашения были бы глубоко потрясены, тем более, что могло бы быть возможным какое-то скрещивание по всему их спектру? Или всему их спектру было бы нужно предоставлять все права человека (голосуйте за шимпанзе!), или потребовалась бы сложная апартеидоподобная система дискриминационных законов, в которой суды бы решали, являются ли конкретные индивидуумы юридически «шимпанзе» или «людьми»; люди волновались бы насчёт желания их дочери выйти замуж за одного из «их». Я предполагаю, что наш мир уже достаточно хорошо исследован, чтобы не надеяться, что эта дисциплинирующая фантазия когда-нибудь сбудется. Но всякий, полагающий что в “правах человека” есть что-то самоочевидное и не нуждающееся в доказательствах, должен осознать, что это так лишь благодаря удачному для нас обстоятельству — смущающим промежуточным звеньям не удалось выжить. Впрочем, возможно, что если бы шимпанзе не были открыты до сегодняшнего дня, то по открытии они могли бы быть сочтены этими смущающими промежуточными звеньями.
Если вы заблудились в лесу и очень устали, найдите медведя, бросьте в него камнем и вашу усталость как рукой снимет.
Они знают, на какие вопросы нет ответов и не отвечают на них: это искусство, это умение особенно нужно во времена тьмы и страха.
Пока ты это прочитаешь,ты станешь ещё старше.
когда тебе опротивела твоя жизнь, когда знаешь, что надо жить по-другому, выбора у тебя нет, не правда ли? Что сделать, чтобы стать другим? Невозможно это. Надо бы уйти от своего "я", забыть о себе ради кого-нибудь, хотя бы раз, только один раз. Но как это сделать? "Падение"
- Ты попробуй посмотри, какие у нас основные труды по истории, по древней истории? - негодовал дед. - Немецкие! Ломоносовские труды и изыскания исчезли сразу после его смерти. А почему? Потому что он истинную историческую картину знал и факты и документы имел о том, насколько сильна, развита и цивилизованна была Россия! А Европе, что в те времена, такая правда как кость в горле, что сейчас, ох как невыгодно, чтобы мы в своем самосознании, гордости патриотической были. Вот немцы и прививали нам столетиями мысль о нашей дикости.
Тесная квартира приучила меня к аккуратности. По природе я неряшлива, потому убила массу времени на то, чтобы привить себе любовь к порядку. Теперь, когда с курением завязано, я ненавижу бардак. Быть может, потому, что отлично знаю: от полнейшего хаоса мою жизнь отделяет всего одна немытая кружка из-под кофе.
- Знаешь, когда один день похож на другой, они летят так быстро, что кажется - последний из них уже недалеко. Боишься ничего не успеть. И каждый из этих дней наполнен тысячей мелких дел, выполнил одно, передохнул - пора браться за другое. Ни сил, ни времени на что-то действительно важное не остается. Думаешь - ничего, начну завтра. А завтра не наступает, всегда только одно бесконечное сегодня...
Я тоже придерживаюсь мнения, что нет плохих народов. Есть плохие их представители. Но если таких представителей очень много, значит этот народ нуждается в самоочищении. В ревизии старых обычаев и традиций на предмет соответствия их современным цивилизованным нормам. Иначе он всегда будет и клят, и мят.
Читатель может прожить тысячу жизней, а не любящий читать — только одну.
Как кто распорядится своей жизнью - это личное дело каждого, но мы не вправе пускать в расход чужую жизнь или судить о ней свысока.
Так мало места... Мы, в сущности, занимаем так мало места, на этом огромном шаре, где раскручиваются и закручиваются судьбы
Альтернативная музыка — это такая музыка, коммерческой эссенцией которой является ее предельно антикоммерческая направленность. Так сказать, антипопсовость. Поэтому, чтобы правильно просечь фишку, альтернативный музыкант должен прежде всего быть очень хорошим поп-коммерсантом, а хорошие коммерсанты в музыкальный бизнес идут редко.
Как восхитителен и поэтичен осетинский мат ранним утром в Кемере!
«Отходняк», — наконец, вынужден был признаться себе Николай. Странное дело — откровенная прямота этого вывода словно заделала брешь в душе, и количество страдания в ней перестало увеличиваться. Но теперь надо было очень тщательно следить за своими мыслями, потому что любая из них могла стать началом неизбежной, но пока ещё, как хотелось верить, далекой полосы мучений, которых каждый раз требовал за свои услуги эфедрин.
...то, чего боишься, непременно происходит быстрее всего, воплощается в самой изощрённой форме и всё равно настигает тебя.
Но я вообще так несведущ в женщинах и их жизни, что моего незнания хватило бы на древнюю Александрийскую библиотеку.
По словам Уолтера Уинчелла, вся Вторая мировая война — это Первая, только повторенная на бис.
Когда могущество обречено гнить в тебе заживо, самое главное им не отравиться.
Бесстрашие – одна из немногих привилегий старости. Трудно напугать того, кому нечего терять.