Итак, что мы имеем? Неразумную девицу, которой все в жизни подносили на блюдечке с каемочкой и которая устраивает трагедию вселенского масштаба по поводу супружеского долга, хотя должна была исполнить его еще три месяца назад. И мужчину... Мужа то есть. Высокого, сильного, красивого, рыжего, голубоглазого. Одна беда - дракон у него пробудился, и я тому причина.
М-да. Вот чего мне не хватает? Жизнь хороша, муж - умница, проблем, кроме моих трудновыводимых таракашек в голове, нет и не предвидится. Загадочная женская душа.
Мертвое море, не отражаются звезды в тяжких твоих волнах...
Мне кажется, рано или поздно мы все падаем. Все, понимаешь? Но вопрос не в этом. Вопрос в другом: сможем ли мы снова подняться?
Мы стараемся не думать о своих недостатках, а когда бываем к тому вынуждены, легко находим для них оправдания.
Люди тоже животные. В учебниках биологии про нас написано: «Человек. Тип: хордовые. Подтип: позвоночные. Инфратип: челюстноротые. Надкласс: четвероногие. Класс: млекопитающие. Подкласс: плацентарные или высшие звери. Отряд: приматы. Подотряд: сухоносые обезьяны. Инфраотряд: обезьянообразные. Парвотряд: узконосые обезьяны. Надсемейство: человекообразные обезьяны. Семейство: гоминиды. Род: люди. Вид: человек разумный». Наука считает нас обезьянами, а мы думаем, что являемся царями природы. Вот только на массовые убийства, кровопролитные войны, уничтожение друг друга из желания стать богатыми и могущественными способны исключительно люди. Может, человечество использует данный ему разум неправильно?
Старые связи — как старые раны. Сто лет молчат, а потом раз — и ты уже на том свете.
Вместо того чтобы глазеть на туристов, отвлекаться на их акценты и неведомую жизнь, я, наверное, впервые увидела замок, начала впитывать его историю. Его каменные стены стояли более восьмисот лет. Здесь рождались и умирали люди, воспаряли и разбивались сердца. И теперь, в тишине, казалось, можно было услышать голоса, шаги на дорожке.
Прежде чем кого-то ограбить, надо хорошенько изучить ситуацию и саму жертву.
Любовь вкусна, и всегда в ней новые присмаки, которые производятся от электризации и капитуляции.
Как говорится - если у вас паранойя, это не значит, что за вами не следят.
Однажды, следя под холодным ветром за детской площадкой, Аомамэ понимает, что верит в Бога. Это открытие приходит внезапно. Будто ноги, увязшие в топком болоте, вдруг находят твёрдую почву.
- У него превосходный вкус. Он просто ждал, когда ему встретится девушка его мечты, и это оказалась не ты!
- Нет греха страшнее, чем жизнь богом подаренную забрать. – Павел нахмурился, перекрестился и прошептал слова из молитвы. - А когда человек сам себя убивает, грех в стократ тяжелее.
Государство требует то, что ему нужно, а государи-то иной раз и не разумеют, что именно нужно-то. Народ идет своей дорогой и на себе государство везет, яко кони везут колымагу. Государь же токмо кологрив, который дорогу сию ведать должен и разуметь, где и как по ней лучше колымаге сей проехать.
Юлиан задал нетривиальный вопрос: – А ваши туфли мне как расценивать?! – Как милостыню вам, убогому! – Неожиданно…
Насилие никогда не ведёт к истине.
Не смерть нам наносит раны, а жизнь. Человек может умереть, даже не зная об этом.
Иногда люди доставляют неудобство уже тем, что появились на свет
Самой сильной чертой, фундаментом характера Чюрлёниса была любовь к красоте, к поразительной гармонии природы. Он влюблен в небо, лес и звезды, травы и полевые цветы, озера и речки. Он, как язычник, поклоняется солнцу.
– Дэя будет представлена ко двору моим сыном, Анарг. Алетар она танцует с ним, как и ваер. Ты мое доверие утратил, а Дэя ранимый человек и несправедливые оскорбления, как, впрочем, и намеки, забудет не скоро. Так что прими как данность – Дэю двору представит Риан. И любого, кто посмеет не то что приблизиться к ней – оскорбить хотя бы словом, порву. Лично.
— Что ты сделал с моим сердцем? — Мм? Интересная формулировка. Покорил?
Зовсім недавно люди заздрили справжнім господарям, потайки мріючи розбагатіти, мати гарні наділи, багато худоби. А тепер що? Багаті заздрять бідним, бо тих ніхто не чіпає. Тож виходить, що працьовитість уже не в пошані? Краще бути ледачим та бідним, ніж господарем? Я ось вік прожив, усього по світу наслухався, але щоб злидні були у пошані? Ні, такого ще не було, — розмірковував старий. — А тепер усім заправляють комуністи та комсомольці. А кого туди приймають? Ні, не справжніх хазяїв, а найбідніших. Чи це правильно? Один Бог знає, а я лише його створіння.
Некоторые вещи требуют времени – время было единственным богатством Момо.
На воротах взрослой жизни следовало бы разместить надпись "Оставь наивность, всяк сюда входящий".
На Ближнем Востоке друзья так же ненадежны, как и враги.