Беседа должна быть интересной всем ее участникам, а не только оратору. Важно не сколько ты скажешь, а сколько люди услышат.
" Это вызвало цепную реакцию, и вскоре на коленях стояли все, кроме нас четверых... .Нет,ну вот как разговаривать с согнутыми
спинами? Я как-то привыкла говорить всё человеку в лицо, а не в другие места."
Если бы не чувство юмора, я бы просто не выдержала.
Боль - она не всегда выходит со слезами, иногда она вырывается наружу вместе со смехом. Но вряд ли хоть кто-то из окружающих это понимал.
— Упс!
Самое страшное слово, которое может произнести специалист по ядерному синтезу.
— Простите, но нельзя ли сделать линию декольте несколько повыше? — попросила я, придерживая платье и чувствуя, что от одного неловкого движения мои верхние… прелести предстанут на всеобщее обозрение.
— Милочка! — возмутилась леди Давернетти. — Вам уже двадцать четыре года! Вам требуется замуж, а в этой борьбе, поверьте, все средства хороши!
— Но, леди Давернетти, в этом платье я чувствую себя охотником с ружьем! Даже с двумя! — предельно честно высказалась я.
— Моя дорогая, вам двадцать четыре! Вам уже не просто на охоту пора, вам следует в принципе из засады не вылезать! — припечатала меня драконица.
— Понимаю, понимаю, лорд Арнел, скорбь скорбью, но вам сорок шесть и пора бы уже подумать о наследниках.
Я развернулась и потрясенно взглянула на дракона, сидевшего с таким видом, словно он проглотил шпагу.
— Сорок шесть? — проговорила одними губами. — Целых сорок шесть?
На меня бросили такой взгляд, словно это исключительно я была виновата в том, что лорд Арнел дожил до подобного возраста, так и не удосужившись жениться.
— Конечно, конечно, я все понимаю, возраст для дракона еще вполне молодой, — продолжила миссис Томпсон.
На меня посмотрели с видом победителя, мол, вот, сваха правду говорит.
— Безбожно врет, — одними губами прошептала я. — Видимо, стараясь уберечь от горькой правды вашу нежную и трепетную душу!
Утро началось наперекосяк. Хозяйка подняла кухонных служанок на час раньше обычного, и те, шепотом кляня мужиков, принялись за работу. Завтра ринтарцы отмечали великий праздник — День Бабы. По преданию, именно в этот весенний день Богиня, осерчав на ленивого мужа, объявила, что отныне и пальцем не шевельнет по хозяйству. И пришлось бедному супругу самому и солнце по небу пихать, и дороги прясть, и души по земле рассевать. К вечеру приполз к жене на коленях и взмолился о пощаде!
С той поры и повелось: один день в году ринтарские женщины сидели сложа руки, дабы напомнить мужьям, на ком дом держится. А дабы оный за это время не рухнул, все бабские дела следовало переделать загодя, да вдобавок напечь праздничных пирогов и навертеть голубцов.
Праздник тихо ненавидели обе стороны, и скандалов на следующий день было столько, что впору называть его Днем Скалки.
Небеса не дают второго шанса случайно. Его дарят лишь для того, чтобы что‑то изменить в твоей судьбе.
…Или судьбе кого‑то ещё.
Риг изменился в лице. Кажется, до него стало доходить, что он сказал. И как. А я смогла воочию наблюдать три стадии мужского раскаяния: "она сама дура", "может, и не совсем дура" и "это я идиот"...
Ибо, пока добро разглагольствует о планах, зло молча трудится в поте лица.
Мужчины частенько не видят своего счастья, так что если девушка хочет стать этим самым счастьем для мужчины,
то ей нужно обрушиться на него как снег на голову, чтоб не успел дезертировать. И обрушиться не просто так,
а с сетями, капканами, веревками и королевским указом о свадьбе! Лично мне еще десяток солдат вызвался во
всем помочь, и я век благодарна им.
Но в чистом виде я его [вино] не люблю, а напиваться - вообще не метод. Я слыхал байку, как один мужик таким макаром космический корабль купил и влип с ним по полной...
- Пожилая человеческая особь с сопутствующими возрасту заболеваниями? - предположил киборг, и Женька решил, что подобрать для Степановны более исчерпывающую характеристику просто невозможно.
Степановна выписалась из больницы и поселилась у Ивановны. Многозначительных взглядов стало на шесть больше. Женька не знал и знать не желал, на какой версии сошлись бабки, , судя по их вновь изменившемуся отношению к леснику, - он завалил злодеев одной левой рукой, а полчища "семерок", так уж и быть, - правой, после чего, не оглядываясь на ядерный взрыв, ушел в закат, поигрывая мускулами на обнаженном, блестящем от пота торсе. Потому и простудился.
Степановна наконец сообразила, что лесник с киборгом не мутировали в тентаклевых монстров, а занимаются плановым учётом лепестковых червей... или внепланово маются дурью.
Ну Степановна и отмочила, круче всякой мафии... Хотя нет, отмочила она в прошлый раз, а сейчас отожгла!
- Это еще что за букет?
Букет ввалился на пассажирское место и растопырился на полкабины.
- Травки, - с нежностью представился он. - В супчик.
Пустяки, ночные рубашки не опасны! Они кусаются только, когда на них нападают.
- Как, ты не протрешь пол тряпкой? - с удивлением спросила Анника.
- Нет, зачем, пусть высохнет на солнышке... Думаю, он не простудится...
Настоящая воспитанная дама ковыряет в носу, когда ее никтошеньки не видит!
Уверяю тебя, Томми, нужна большая тренировка, чтобы играть на пианино без пианино.
- Но ведь ты должна ходить в школу.
- Почему это я должна ходить в школу?
- Чтобы научиться разным вещам.
- Каким таким вещам? - не унималась Пеппи.
- Ну, самым разным. Всевозможным полезным вещам. Например, выучить
таблицу умножения.
- Вот уже целых девять лет я прекрасно обхожусь без этой таблицы
уважения, - ответила Пеппи,- значит, и дальше проживу без нее.
...никогда ещё не слышала, чтобы какие-нибудь дети огорчались, оставшись одни без взрослых; на радостях я даже готова выучить наизусть всю таблицу помножения. Клянусь!
Кто бы посмел отказать Ба в помощи? Никто! Жить хотелось всем.
- Не жди меня! - крикнул он маме с порога.
- Хлеба купи на обратном пути, - не осталась в долгу мама.
- Никогда! - крикнул папа и хлопнул дверью.
- И кофе! - крикнула мстительно мама.
- Агрхххх, - раздалось за дверью, и мама удовлетворенно хмыкнула - последнее слово осталось за ней.