Хорошие книги начисто отбивают охоту к плохим
Жизнь с тем, с кем нельзя поговорить, а тем более помолчать, - худшее из одиночеств
Все заканчивается там, где началось. Из праха — в прах, из зла — во зло, из тьмы — во тьму. Все должно вернуться туда, откуда вышло, чтобы не нарушать порядок вещей. Таков закон.
– Знаете, что меня удивляет?
– Понятия не имею.
– Как с таким отношениям к людям вы умудрились дожить до ваших лет!
– Вы… вы… вы – самый отвратительный человек, которого я когда-либо видела! – выпалила я, прежде чем обрела способность мыслить здраво.
– Доверюсь вашему опыту! Уверен, что, несмотря на ваш возраст, вы немало повидали!
Наконец мы находим тот дом (…). Он высокий и серый - вертикальный шкаф для хранения людей, когда в тех нет необходимости.
«Если бы у слёз был запах, никто бы не смог плакать втихомолку»
- Этот правитель превзойдет жестокостью своего отца! - вполголоса проговорил один из бояр. - Настоящий Дракула, сын дракона!
Нельзя удержать в руках ветер, воду и женщину, которая хочет убежать
- Ага, он проснулся и слушает! - Старуха всмотрелась в лицо мальчика. - Притворяется, маленький хитрец! Ну да, для правителя хитрость не порок...
— Я люблю тебя, Флора, — произношу я, и не смотря на толпу людей, телохранителей и других членов королевской семьи, у меня чувство, что в мире никого нет кроме нас с ней. Как будто мы вернулись в нашу комнату в Грегорстоуне. Или на болото под звезды. — И да, иногда ты меня с ума сводишь, и нам определенно нужно многое…
Эйнштейн говорил, что бесконечны две вещи — Вселенная и глупость. Левке теперь казалось, что и у цинизма нет границ.
Мужик — он как кот. Его надо хвалить и за ушком чесать. И он будет счастлив.
Кухня — это такое место, куда все возвращаются рано или поздно.
Гордыня штука опасная, ее трудно заметить вовремя и остановиться.
Nita was aware that morally speaking, she wasn’t on the good side of the scale. In fact, she was probably closer to the serial killer side of the scale.
--По нынешним временам интерес к женщинам у мужчин точно извращением становится. Это раньше сильный пол бегал за нами, сейчас, в лучшем случае, таскается.
Тише омут — продуманней черти.
За пределами Белого дома многочисленные ноты протеста, которые Вильсон посылал Германии, и ответы на них стали мишенью для иронии. Так, одна газета писала: "Дорогой Кайзер! Несмотря на предшествующую переписку по данному делу, потоплен очередной корабль с американскими гражданами на борту. При сложившихся обстоятельствах…
— Здесь всего лишь немного не убрано… – фыркнула я.
— Немногo? Эту квартиру надо сжечь, наемница. Останки закопать , а пепелище обработать дезинфектором. Из брандспойта.
Но это ведь мечта, линкх. Понимаешь? Мечта не должна быть нормальной. Οна должна быть безумной. Чем безумнее, тем лучше!
Отец орал так, что я чуть не оглохла, задал трепку не только мне, но и всем, кого успел поймать, а потом долго и нудно рассказывал, что я девочка, а значит, должна вести себя подобающе. Под конец этой тирады я так устала быть девочкой, что заснула.
Любовь всегда играет на стороне противника, она делает свою несчастную жертву слабой и безвольной.
Любовь – это клетка, из которой не выбраться, потому что она внутри твоей собственной изломанной души. И нет никакого выхода. Есть самообман, ничтожные попытки быть сильной, жалкая бравада и отчаянное желание принадлежать.
Любовь – самый гребаный и жестокий монстр, что только можно себе вообразить. Он влезает в душу нежным котенком, пушистым и ласковым, а вырастает в огромное, прожорливое и неконтролируемое чудовище, пожирающее тебя изнутри.