Не опускайся до уровня общения, если он ниже твоего. Поднимай человека до своего уровня.
Услышав этот безобидный ответ, они отпрянули как ужаленные. Пастушок тоже отшатнулся, едва не упав.
-Обычный человек?!- вскрикнул егерь помоложе.
-Сам признался!-гаркнул второй. - Вяжи его!
Одиночество и печаль, вот что выпадает на долю всех женщин.
Я старался не думать о странности этой то ли дружбы, то ли пародии на семейную жизнь. Словно слишком пристальный взгляд мог разрушить что-то хрупкое, но бесконечно важное…
Аромат этот сразу извлек из памяти те давние дни, как всегда удается ароматам: если какое-то чувство и служит нам машиной времени, так это обоняние.
Поэтому, сформулировав ключевую мысль, добавьте после нее призыв к действию. В зависимости от ситуации это может быть: приглашение обсудить тему в комментариях к посту; просьба поставить лайк, если читатель согласен с текстом; предложение записаться на бесплатный аудит по проблеме для тех читателей, кому это актуально, или предложение купить продукт, который решает описанную в тексте проблему.
Люди - это духовные зомби, ставшие таковыми по собственному желанию.
В любой ссоре виноваты двое.
Мешай дело с бездельем — проживешь век с весельем.
И я стою и думаю, когда был настоящим - тогда или сейчас? Неужели я настолько слепая? Настолько идиотка? Кого я любила все это время? Бесчувственное чудовище или всё же мужчину, который обещал оберегать меня и наши чувства?
Жизнь - лишь мгновенье, взмах легких ресниц,
Беззвучная песня невидимых птиц.
Чистые души уносятся ввысь,
Тела слишком хрупки, как ты ни борись.
Сердца замедляют свой бешеный бег,
И ангелы шепчут: "Окончен наш век".
Возносятся души прочь от земли,
И скорбь, и невзгоды оставив вдали.
Страданья забыты, их злоба бессильна.
Нет больше клетки - лишь белые крылья.
Слезу утирая, срываюсь в полет.
Прощаться так больно, но небо завет.
Я знаю, не кончиться наша любовь,
Я верю , однажды мы встретимся вновь.
Тому, кто создан рассекать небеса, невыносимо, бессмысленно ступать по земле.
В юности я был беспокойным и вечно тревожащимся. Мир казался мне бессмысленным, я не получал ответов на главные вопросы о жизни. В частности, не понимал, почему в мире и в моей жизни так много страданий и что с этим можно сделать. От окружавших меня людей и из прочитанных книг я получал только тщательно сконструированный вымысел: религиозные мифы о богах и небесах, националистические мифы о родине и ее исторической миссии, романтические мифы о любви и приключениях, капиталистические мифы об экономическом росте и о том, что покупка и потребление товаров сделают меня счастливым. Мне хватило здравого смысла понять, что все это, очевидно, вымысел, – но я не знал, где искать правду.Мир науки снабдил меня мощными инструментами для развенчания мифов, созданных людьми, но не предложил удовлетворительных ответов на главные жизненные вопросы.
Конечно, пробовал я и в театр поступить, хоть на самые маленькие рольки. Особенно после того, как царю по шапке дали. Раз царя, думаю, нет, а городовые попрятались, в театр меня примут. Куда там! И разговаривать не стали.
Любовь. Силу, которая дарит и отнимает жизнь.
Работа психологов - запихнуть нас в свои шаблоны.
Предложение: делать наоборот!
Причина: каждый человек уникален.
Противники, соратники... К сожалению, иногда одинаково утомляют и те и другие.
Фоновая задачность – это когда вы выполняете одновременно две или более задачи, но умственного усилия требует только одна из них. Примерами фоновой задачности могут быть поедание ужина и просмотр телевизионных передач, либо бег трусцой и слушание музыки.
Арабы любят быть ближе к земле. Они вообще странный народ: строят гигантские здания, соревнуясь, кто выше, продают их, а сами живут на обычных виллах
— Жизнь коротка, — попытался объяснить он. — И она имеет определенную цикличность. Мы живем и умираем снова и снова, постоянно. То, как мы проживем эту жизнь, повлияет на последующие, когда мы переродимся, на нашу энергию и этот мир. Мои жертвы выбирались исходя из недостатков, определенных недостатков, которые они бы все равно не исправили в этой жизни. Поэтому я должен был помочь им, чтобы у них был шанс на отличную жизнь в следующий раз.
Сны ни о чём никого не предупреждают. Никого, кроме тех, кто слышит их предупреждение.
— Куртизанки? — недоуменно переспросил Чимбик, после чего отключил динамики и потребовал разъяснения у брата:
— Так, знаток, что такое “куртизанки”?
— Не знаю, садж, — обескураженно ответил Блайз. — Мне этот термин не встречался.
— А зачем они спят за деньги с бизнесменом? Какой в этом смысл?
— Не знаю, садж, — повторил Блайз и, подумав, выдвинул гипотезу. — Может, он мёрзнет во сне?
— Тогда почему климат-контроль не активирует?
— Да я откуда знаю? — возмутился Блайз. — Кто их поймёт, дворняг этих? Может, это модно или престижно. Как кальян.
Мне становилось понятно, как можно быть глубоко и рабски влюбленным в человека, которого не уважаешь, в того, кто тебе даже не нравится по-настоящему, в обладателя отвратительного характера, кто не просто делает тебя несчастным, но и навевает скуку. Почему бы и нет? Может, именно такой порядок вещей и является нормальным в нашем мире? Но в те дни мне мнилось, будто любовь непременно должна вмещать в себя привязанность и восхищение, обожествление и интеллектуальный восторг, причем чувства нарастающие, как это происходит, когда слушаешь великую симфонию.
На душе гадко, внизу все гладко. Ветер свободы поддувал между ног.
Помнится, что ваши сведения по философии, астрономии и политике равнялись нулю. Познания в ботанике были отрывочные, в геологии — глубокие, поскольку дело касается пятен грязи из любой местности в окружности пятидесяти миль от Лондона; в химии — оригинальные; в анатомии — бессистемные; в уголовной и судебной хронике — исключительные. Кроме того, там говорилось, что вы скрипач, боксер, фехтовальщик, адвокат, злостный кокаинист и курильщик. ( Ватсон о Холмсе )