С тех самых пор как Платон попытался определить человека как единственное одновременно бесперое и двуногое животное, но был тут же опровергнут Диогеном, который в качестве подтверждения своей мысли представил аудитории ощипанного цыплёнка, человечество прилагало немало сил, чтобы найти окончательное доказательство своей уникальности
Взрослые аутисты и их родители осыпают аутизм ругательствами, недоумевая, зачем сотворены (Богом или природой) такие психические расстройства, как аутизм, шизофремния и маниакально-депрессивный психоз. Однако, если из организма удалить гены, вызывающие эти расстройства, последствия могу оказаться непредсказуемыми. Возможно, что люди с проявлением этих заболеваний более созидательны и даже более одарены. Если удалить эти гены, то, вероятно, пострадает все человечество.
Мы попрощались с реальностью в тот момент, когда прогнали сенсорные сигналы через нервную систему. Хочешь ощутить Вселенную напрямую, без моделей и почеркушек? Стань простейшим!
Со времен Кеплера и Ньютона мы знаем, что орбиты планет не являются правильными окружностями, Солнце находится не совсем в центре их орбит, а Земля и другие планеты обращаются вокруг него не с постоянной скоростью. Конечно, ни о чем этом греческие астрономы не догадывались. Почти все астрономы до Кеплера занимались тем, что старались устранить небольшие неточности в простейших версиях теорий Птолемея и Коперника.
Согласно Cronique de Paris, при первом применении гильотины народ жаловался, что ничего не видно и громко требовал: «Верните нам виселицы!».
О могущественная любовь! Зверя она превращает иной раз в человека, а человека — в зверя... Ну уж если боги, полюбив, сидят точно на угольях, то чего же требовать от нас, бедных смертных!
Одна из линий борьбы за прошлое - фальсификация истории, одна из форм которой - отрицание существования скрытых субъектов глобального управления. Тот, кто стремится к мировому господству, делает всё, чтобы затушевать свои действия и представить их в качестве либо случайностей, либо неких системных массовых процессов, развивающихся якобы самих по себе.
Карл Юнг внес величайший вклад в развитие современной психологии, когда указал нам, насколько важно научиться принимать темную сторону каждого из нас, научиться работать с ней, а не притворяться, что ее просто не существует. Потерявший от злости самообладание родитель, игнорирующий, избегающий или изолирующий от себя ребенка, по сути, прыгает за борт, оставляя корабль без капитана, а ребенка – с осознанием того, что его темная сторона является неприемлемой.
Андрей вручил мне увесистый баскетбольный мяч.- Знакомься, мяч, это Лагинова. Лагинова, это мяч.Идешь вон к тому угловому кольцу и тупо пытаешься в него попасть. Раз пятьсот.
- О, спасибо тебе, великий наставник , за твое мудрое напутственное слово!- заахала я в демонстративном восхищении . - Да прибудет с тобой сила!
Теперь я поняла, почему люди читают книги, растворяясь в чужой жизни: порой я читала какую-нибудь строчку и вдруг резко распрямлялась, как подброшенная, ведь это было то самое, что я сама недавно пережила, да так и не выговорила. Мне хотелось как-то проникнуть на страницу и сказать этому персонажу, что я его понимаю, что он не одинок, это нормально, человек вправе переживать именно такие чувства.
Кто не желал подобной страшной власти ?
И женщина какая, хоть отчасти
Достойная названья своего,
Об этом не мечтала хоть украдкой ?
О, как должно быть невозможно сладко
Ласкать, любить и утешать того,
Кто из-за нас без капли замедленья
Пошёл на стыд и ужас преступленья
И честь свою игрушкою нам дал !
О женщины ! Скажите, кто из вас
Хоть на одно мгновенье не мечтал
Быть грешницей с коварными устами,
Способной взмахом медленным ресниц
Перед собой во прах повергнуть ниц
Всю добродетель, доблесть идеала...
Нет, не Далила, но хотя б Омфала ?..
Одним лишь золотистым волоском
К себе героя притянуть тайком !
Пойми...какая страшная отрада
Держать в своих объятиях Пилада,
Когда он знает, что Орест зовёт,
Что умирает он, и не идёт!..
Как бы я ни старалась играть роль принцессы, мне никогда не понять и не принять то, с какой легкостью особы королевской крови ломаю жизни других, прикрываясь благими намерениями и высшими целями.
Неужели старые грехи замаливая, надо в монастырских стенах схорониться, ни только зла не творить больше, но и добра? Неужели ничего не делать - милее Богу, чем добро творить? Или и впрямь надо самого себя наказывать? Но тогда, выходит, Бог - как душегуб-мучитель, чужим страданиям рад. Нельзя же так думать! Или можно?
Когда эмоции подводят, спасает логика.
Несколько минут погони кажутся вечностью. От постоянных кульбитов в воздухе меня начинает подташнивать. Дерек мастерски пытается уйти от преследователей, то и дело совершая сумасшедшие маневры. Но видимо, за штурвалами наемников тоже сидят профи, потому что, несмотря на все ухищрения, оторваться так и не удается. Но что еще хуже: по нам открывают огонь. Защитное поле планолета явно не рассчитано на столь мощное оружие. Поэтому пара секунд и… Звук взрыва. Мы с пугающей скоростью пикируем в самую чащу Сумрачного леса.
Не только жена – даже острое лезвие может затупиться от брака. Будущее почему-то виделось ему клеткой. Но разве сама жизнь – не ловушка, только и ждущая, как бы за тобой захлопнуться? Напрасно он вернулся из Франции. Вместо того чтобы слоняться где попало и мнить себя поэтом, лучше было бы сразу объявить себя искателем приключений и отправиться на Восток или на окраины империи – хотя бы в Австралию. Куда-нибудь в дикую глушь, где только и можно стать настоящим мужчиной, а не истуканом, которого лепят из тебя окружающие. Но сейчас уже поздно. Пускай теперь его закаляет не география империи, а громада войны.
Стараюсь не терять искру, с которой загораются миры.
Война не знает слово жалость. Важны лишь победа и сила. Первое правило, которое он крепко запомнил. Вернее, не так. Которое в него вбили.
Истинная сущность человека яснее всего проявляется тогда, когда он думает, что его никто не видит.
он перестал мочь наступать на пятку.
Она вошла в тот дамский возраст, когда начинают нравиться молодые, поигрывающие бицепсами и окровавленными топориками полуголые рубщики мяса на рынках, от которых разило едким молодым потом.
если выпускаешь ветер на волю, приходится терпеть его порывы, даже если он сметает все на своем пути…
Je me demande ce que le passé nous réserve.
- Я был параноиком? Считал, что за мной постоянно наблюдают? Еще бы! При моем роде занятий следует быть осторожным. Никогда не знаешь, кто продаст тебя и когда. Именно паранойя и помогает вижить наулице
– А расскажи что-нибудь про своего папу? – спрашивала она как бы невзначай, хотя сверлила меня глазами, как буравчиками. – Например, что он любит?
Обычно я молча хватала печенье и убегала, а один раз ляпнула:
– Карла Маркса.
– Он гомосексуалист? – ужаснулась мисс Крейн.