В следующие пять минут королева Великобритании продемонстрировала секретарю, что она недаром правит морской державой и её знания лексикона высшего аристократического общества вполне органично дополняют крепкие словечки и солёные выражения из расширенного словаря боцманов Роял Флит и грузчиков Ливерпуля.
Поэтому как на войне – максимум тумана и минимум информации о направлении главного удара.
— Генералы не должны бегать, потому что в мирное время это вызывает смех, а в военное – панику…
— Друг – это хорошо, – глухим голосом, растягивая слова, произнёс он, глядя в глаза князю. – Друг – это очень хорошо… Плохо, что друг может оказаться ненастоящим… А вот среди врагов фальшивок не бывает…
– Компромисс – это мягкая форма предательства. В то же время предательство – одна из форм компромисса.
— …Иногда для того, чтобы взлететь, требуется получить приличный пинок под зад…
Революционеры решительно отстранили от власти тех, кто с ослиным упрямством вёл страну к катастрофе, но проморгали момент, когда свои же товарищи превратились в таких же зажравшихся аристократов, скользких дельцов и потерявших берега чиновников.
…Бюрократы, профессиональные управленцы – это ещё один, отдельный класс, не менее хищный, чем капиталисты, и гораздо более циничный, чем монархи, ибо, реально управляя государством, бюрократы не несут никакой ответственности перед управляемым объектом и весьма относительную – перед вышестоящим начальством.
Бренность земного величия острее всего ощущается при наличии оного… И тогда что толку от неограниченной власти над другими людьми, если отказывается подчиняться собственное тело, от твоего слова, повинуясь которому идут на смерть, если не можешь это слово ни произнести, ни написать?
Удивляешься, как быстро проходит день. А потом понимаешь, что это был не день, а жизнь.
В какой-то научной передаче я слышала, что время – величина относительная. Но только теперь я узнала, насколько. Мои секунды оборачиваются годами. А минуты – складываются в вечность без конца и края.
Вероника обхватила себя руками. Грудь приподнялась и двумя острыми вершинками нацелилась прямо в сердце Бадоева. Как настоящая расстрельная команда. Самая безжалостная на свете.
Запретив себе думать о Бадоеве, сбросила в гардеробе шубку. Сменила наконец сапоги Снегурочки на любимые туфли. И, растягивая губы в улыбке, двинулась косить в промышленных масштабах мужские ряды.
Каменное идолище так и напрашивалось на качественную раскогтевку лица. Даже нервные окончания под ногтевыми пластинами заныли, требуя устроить лечебное кровопускание!
Останавливало лишь понимание, какими полушариями придется расплачиваться за испорченную начальскую тушку.
Наши взгляды с Крисом встретились, и прозвучало его хриплое.
— Зачем ты хотела меня убить?
— Я тебя спасала! – Я сделала шаг из-за колонны.
— Пожалуйста, больше не спасай. Дай мне умереть самостоятельно…
…Судя по тому, как идут дела, удача – вообще мое второе имя. А первое – «не».
Дюк был отличным боевым магом, а из всех доводов дипломатии признавал пульсар или зачарованный ломик.
…Этот клыкастый был из тех, кто знал, что спросить, если не знал, что ответить .
…Клыкастые – те ещё дипломаты. Они способны прятать в рукаве карты нападения на противника, даже если на самих клыкастых при этом нет даже рубашки!
— …Каждое новое поколение оставляет нам людей, которые помнят об ошибках человечества.
— …Люди не должны забывать, сказал он, что на земле им отведено очень небольшое место, что они живут в окружении природы, которая легко может взять обратно все, что дала человеку.
— …У человека есть одно замечательное свойство: если приходится все начинать сначала, он не отчаивается и не теряет мужества, ибо он знает, что это очень важно, что это стоит усилий.
«Считать метафору доказательством, поток праздных слов источником истины, а себя оракулом — это заблуждение, свойственное всем нам», — как сказал однажды мистер Поль Валери.
«И карлик, взобравшись на плечи великана, видит дальше его!»
— Кто не созидает, должен разрушать. Это старо как мир.