Цитаты
282914
Женщина хороша, только когда ты можешь от неё избавиться в любой момент.
Когда дают второй шанс - впору радоваться. Но что если в комплекте идут лапы с хвостом и задание, исполнение которого может принести немалую головную боль? Ну и пусть! Кто вообще сказал, что я буду плясать под дудку этой ведьмы? По быстрому разберусь с возложенной на меня миссией, получу нормальное тело и стартовый капитал, и ка-ак заживу в новом мире! Хм, а почему этот Тёмный Властелин на меня так странно смотрит? В тексте есть: романтика, попаданка, неунывающая героиня 18+
что бы ни создал один гений, всегда найдется другой, желающий это сломать, в попытке доказать что он круче.
Что делать, когда в душе тебе восемнадцать, а зеркало говорит восемьдесят? Когда сердце рвется вперед, к новому, к неизведанному, к приключениям, а тело предает, отказываясь слушаться? Когда друзья и муж давно ушли за грань, а тебя окружают не только внуки, но и правнуки? Да они отвечают любовью на твою любовь, но как же тяжело быть узницей дряхлого тела и четырех стен, которые не покидаешь последние несколько лет, а так же обузой родным. Выход один, загадать желание и задуть свечи. А потом?.. А...
Доброе слово не только собаке приятно, но и здоровому взрослому мужику, особенно если оно заслужено, но никто не удосуживается его сказать.
Что делать, когда в душе тебе восемнадцать, а зеркало говорит восемьдесят? Когда сердце рвется вперед, к новому, к неизведанному, к приключениям, а тело предает, отказываясь слушаться? Когда друзья и муж давно ушли за грань, а тебя окружают не только внуки, но и правнуки? Да они отвечают любовью на твою любовь, но как же тяжело быть узницей дряхлого тела и четырех стен, которые не покидаешь последние несколько лет, а так же обузой родным. Выход один, загадать желание и задуть свечи. А потом?.. А...
– Мама, мы что… ведьмы?
– Все женщины в какой-то степени ведьмы.
На самом деле это было основательным пережитком прошлого – по всей Алландии этот закон уже не практиковался, но на наших островах традиции оставались живы, да и особый статус Вэллана располагал к некоторому противостоянию общегосударственному укладу. В результате у нас закон Права первой ночи соблюдался неукоснительно и все брачующиеся в соответствии с традициями прямо с сельских праздников направлялись в замки ленд-лордов, где получали благословение, подарок от господ и пожелание родить...
Свою работу я любила. В основном потому, что любила артефакты. Злые языки поговаривали, что куда больше людей. В принципе, злые языки в кои-то веки были правы, и я даже не планировала с этим спорить — в конце концов, видели вы когда-нибудь артефакт, который лжет, ворует, сплетничает или просто раздражает своей невыносимой тупостью? Нет. А человека? Вот то-то же.
Тяжела работа капитана лидийской стражи верфольфа Вольфгера Лейта - то кражи, то мошенничество, то убийства, то пропажи. Назначенное из столицы новое начальство лютует и устанавливает авторитет. Кипа нераскрытых дел растет, а представители дружественных Управлений не торопятся идти навстречу. Особенно представительницы. Особенно блондинистые, высокомерные и стервозные. Вот эту - вообще убил бы! Да ведь тогда еще одно нераскрытое дело появится.
Однотомник.
Увидев портрет впервые, я попыталась вызвать приятеля на разговор:
— Нико, она безнадежная стерва!
— Ты стерва.
— Да, но я надежная!
Тяжела работа капитана лидийской стражи верфольфа Вольфгера Лейта - то кражи, то мошенничество, то убийства, то пропажи. Назначенное из столицы новое начальство лютует и устанавливает авторитет. Кипа нераскрытых дел растет, а представители дружественных Управлений не торопятся идти навстречу. Особенно представительницы. Особенно блондинистые, высокомерные и стервозные. Вот эту - вообще убил бы! Да ведь тогда еще одно нераскрытое дело появится.
Однотомник.
Упрямая мебель не желала занимать назначенное ей место.
— Нет, я вам все же помогу!
Шкаф опасно зашатался от моих усилий.
— Кыш, женщина, кому сказал! — окончательно озверев, рявкнул оборотень, и я, наконец, отступила.
Нет, «кыш» и «женщину» я ему еще припомню!
Но… Как-нибудь потом. Когда мебель подвинет.
Тяжела работа капитана лидийской стражи верфольфа Вольфгера Лейта - то кражи, то мошенничество, то убийства, то пропажи. Назначенное из столицы новое начальство лютует и устанавливает авторитет. Кипа нераскрытых дел растет, а представители дружественных Управлений не торопятся идти навстречу. Особенно представительницы. Особенно блондинистые, высокомерные и стервозные. Вот эту - вообще убил бы! Да ведь тогда еще одно нераскрытое дело появится.
Однотомник.
Я, успев уже впасть в уныние, воспрянула духом — что может быть приличней, чем родовой особняк Алмия! У нас ей такие рекомендации напишут — ее старшие родичи на небесах от восторга будут!
...а я буду ходить к родителям ужинать.
И обедать.
И завтракать!
Тяжела работа капитана лидийской стражи верфольфа Вольфгера Лейта - то кражи, то мошенничество, то убийства, то пропажи. Назначенное из столицы новое начальство лютует и устанавливает авторитет. Кипа нераскрытых дел растет, а представители дружественных Управлений не торопятся идти навстречу. Особенно представительницы. Особенно блондинистые, высокомерные и стервозные. Вот эту - вообще убил бы! Да ведь тогда еще одно нераскрытое дело появится.
Однотомник.
— Это крем-суп из брокколи, — пояснила Алмия, заметив, с каким подозрением ее гость из дикого леса изучает предложенное блюдо. — Очень полезно, питательно и легко усваивается… — и неожиданно созналась: — Терпеть его не могу!
Тяжела работа капитана лидийской стражи верфольфа Вольфгера Лейта - то кражи, то мошенничество, то убийства, то пропажи. Назначенное из столицы новое начальство лютует и устанавливает авторитет. Кипа нераскрытых дел растет, а представители дружественных Управлений не торопятся идти навстречу. Особенно представительницы. Особенно блондинистые, высокомерные и стервозные. Вот эту - вообще убил бы! Да ведь тогда еще одно нераскрытое дело появится.
Однотомник.
И пока я пыталась осознать, как он меня назвал, бессовестный волчара усугубил.
— Будь хорошей змейкой!
Ну наглость!..
— Вы об этой реплике еще пожалеете, капитан! — вставая с постели, надменно сообщила я.
И об этом человеке я беспокоилась! За него я волновалась, вызывая врача! Да я за него почти замуж вышла!
Тяжела работа капитана лидийской стражи верфольфа Вольфгера Лейта - то кражи, то мошенничество, то убийства, то пропажи. Назначенное из столицы новое начальство лютует и устанавливает авторитет. Кипа нераскрытых дел растет, а представители дружественных Управлений не торопятся идти навстречу. Особенно представительницы. Особенно блондинистые, высокомерные и стервозные. Вот эту - вообще убил бы! Да ведь тогда еще одно нераскрытое дело появится.
Однотомник.
Да если кому-то удастся ее ограбить, то это не только самому можно всю жизнь жить припеваючи, но и внуков обеспечить. Либо и вовсе лишиться необходимости думать о пропитании и завтрашнем дне — на плаху за подобное, может, и не отправят, а вот к каторге пожизненно приговорят как нечего делать… Так или иначе, а вопрос хлеба насущного будет решен!
Темные дела творятся в мастерской О'Тулла, в одной из лучших мастерских Лидия, а значит, и королевства. И пусть бы просто украли бумаги да взломали щиты, но ведь и с мастерами происходит неладное. Да что там с мастерами — досталось даже стажеру-подмастерью! Кому понадобилось вмешиваться в мирные дела мастерской? И почему думать об этом вынуждена стажер одной из лучших мастерских Лидия (а значит, и королевства!), Нинон Аттария?! Пусть прима-мастер Максимилиан Шантей об этом думает, ему по...
— Вот-вот, отослали — радуйтесь теперь! Уж я бы точно в вас ножом тыкать не стала!
Прима одарил меня такой ухмылкой, что я не сдержалась и задумчиво добавила, отколупывая золотистую корочку:
— Нет, поймите правильно — злите вы меня просто демонски. Но вы же еще не научили меня всему, что умеете…
Темные дела творятся в мастерской О'Тулла, в одной из лучших мастерских Лидия, а значит, и королевства. И пусть бы просто украли бумаги да взломали щиты, но ведь и с мастерами происходит неладное. Да что там с мастерами — досталось даже стажеру-подмастерью! Кому понадобилось вмешиваться в мирные дела мастерской? И почему думать об этом вынуждена стажер одной из лучших мастерских Лидия (а значит, и королевства!), Нинон Аттария?! Пусть прима-мастер Максимилиан Шантей об этом думает, ему по...
Максу не давала покоя моя безопасность. На тему чего он не переставал меня долбить.
«И не смотри на меня так! Ты живешь одна, у тебя даже дверь — чистая видимость!..»
То ли он по призванию — лесоруб, то ли по гороскопу — дятел…
Темные дела творятся в мастерской О'Тулла, в одной из лучших мастерских Лидия, а значит, и королевства. И пусть бы просто украли бумаги да взломали щиты, но ведь и с мастерами происходит неладное. Да что там с мастерами — досталось даже стажеру-подмастерью! Кому понадобилось вмешиваться в мирные дела мастерской? И почему думать об этом вынуждена стажер одной из лучших мастерских Лидия (а значит, и королевства!), Нинон Аттария?! Пусть прима-мастер Максимилиан Шантей об этом думает, ему по...
Странное дело: цель женщины — подцепить мужчину, выскочить за него замуж и, родив ребенка, выйти в заслуженный декрет, усесться ему на шею, благословенно свесив ноги. Хотя, еще непонятно, в кого превратится твоя вторая половина после пары месяцев бессонных ночей из-за плача любимого чада! Какой образ сказочного героя выберет себе любимый супруг: Ковра-самолета, Летучего корабля, Водяного дальнего плавания? Может, на радостях уйдет в кругосветный заплыв, оставив на холодильнике записку: «Уплыл за хлебом. Вернусь, когда наследник уйдет в армию!»
— Сыта ли ты, бабушка Яга? — елейным голосом обратилась я к старушке: — Готова ли ты ответить на чаяния нашего очаровательного хозяина? — Да где хоть ты тут очарование разглядела, Машенька? — фыркнула Яга: — Ведь, сморчок сушеный, и смотреть-то не на что. Я внимательно пробежалась взглядом по кустарной фигурке Лешего, который все это время не сводил с бабульки влюбленных глаз, и возразила: — Нормальный мужик, вон какие ласковые слова говорит, заслушаешься. И как на тебя, Яга Серафонтовна,...
Женаты? — лучезарно улыбнулась я.
Вся троица, отнекиваясь, замотала пятью головами:
— Нет, боже упаси!
— Свободны? — еще шире растянула я улыбку.
— Нуууу…, - затянули пять голосов, немного смутившись.
— Холостые! — самоуверенно подытожила я.
— Да! — твердо ответили парни и рептилия.
«Кобели обыкновенные!» — хмыкнула я про себя.
— Сыта ли ты, бабушка Яга? — елейным голосом обратилась я к старушке: — Готова ли ты ответить на чаяния нашего очаровательного хозяина? — Да где хоть ты тут очарование разглядела, Машенька? — фыркнула Яга: — Ведь, сморчок сушеный, и смотреть-то не на что. Я внимательно пробежалась взглядом по кустарной фигурке Лешего, который все это время не сводил с бабульки влюбленных глаз, и возразила: — Нормальный мужик, вон какие ласковые слова говорит, заслушаешься. И как на тебя, Яга Серафонтовна,...
Ты же хотел попробовать стать отцом — а это самая легкая функция! — продолжала запугивать я страшного лесного хищника.
— Быть заболтанным и затисканным? — недоумевал Серый.
— Ага, а еще заслюнявленным, закусанным, защипанным, — перечисляла я все прелести четырехлетнего возраста своего ребенка.
— Сыта ли ты, бабушка Яга? — елейным голосом обратилась я к старушке: — Готова ли ты ответить на чаяния нашего очаровательного хозяина? — Да где хоть ты тут очарование разглядела, Машенька? — фыркнула Яга: — Ведь, сморчок сушеный, и смотреть-то не на что. Я внимательно пробежалась взглядом по кустарной фигурке Лешего, который все это время не сводил с бабульки влюбленных глаз, и возразила: — Нормальный мужик, вон какие ласковые слова говорит, заслушаешься. И как на тебя, Яга Серафонтовна,...
— Ты кто? – спросил он.
— Джульетта, – мрачно отозвалась я.
— Джульетта?
— Мама фанат историй в стиле «все умерли», а Шекспира в этом никто не переплюнул.
— А почему не Гамлет?
— Мою младшую сестру Офелия зовут.
— Гы-гы-гы, а братца Макбета у тебя нет?
— Еще одно слово, и тебя начнут называть Йориком!
Неприятности начались, когда их совсем не ждали. Я-то была уверена, что закончила учебу в Академии смертей. Но мой дипломный проект прямо во время защиты… восстал из мертвых и сбежал! И теперь, чтобы стать дипломированной смертью, мне надо не только вернуть свою работу на полагающееся ей место, но и оторвать руки тому, кто приделал ей ноги, – нахальному несносному некроманту-самоучке. Потом выйти на след загадочной корпорации, обещающей людям бессмертие. А в завершение разобраться, какие цели...
Слуги испуганным шепотом передавали, что господину целителю понадобилась помощь целых двух магов. А ругался он при этом так, что конюх Петер — известный наш балагур — казался теперь всем слугам очень приличным молодым человеком.
Хорошо быть Золушкой. Работать, конечно, приходится тяжело, но что в нашей жизни достается без труда? Зато у тебя есть фея-крестная, которая в подходящий момент подарит карету и хрустальные туфельки. И принц, увидев тебя, не сможет пройти мимо. И весь свет на твоей стороне, как же, сиротка… Другое дело — я, мачехина дочка. В сказках нам иногда даже имен не присваивают. Дочка — она дочка и есть. Кому может быть интересен персонаж даже не второго, третьего плана? Только жизнь иногда бывает...
Иногда я думаю, что я — не очень хороший человек, мне просто негде было проявить свои плохие качества.
Хорошо быть Золушкой. Работать, конечно, приходится тяжело, но что в нашей жизни достается без труда? Зато у тебя есть фея-крестная, которая в подходящий момент подарит карету и хрустальные туфельки. И принц, увидев тебя, не сможет пройти мимо. И весь свет на твоей стороне, как же, сиротка… Другое дело — я, мачехина дочка. В сказках нам иногда даже имен не присваивают. Дочка — она дочка и есть. Кому может быть интересен персонаж даже не второго, третьего плана? Только жизнь иногда бывает...
К сожалению, фройляйн Агата, мы не всегда можем исправить последствия чужих поступков. Каждый из нашей семьи с детства окружен людьми, которые хотят получить какую-либо помощь. Потому, мы с детства учимся различать: где прекрасно обойдутся без нас, где необходимо срочно вмешаться, а где, увы, мы можем только проявить сочувствие.
Хорошо быть Золушкой. Работать, конечно, приходится тяжело, но что в нашей жизни достается без труда? Зато у тебя есть фея-крестная, которая в подходящий момент подарит карету и хрустальные туфельки. И принц, увидев тебя, не сможет пройти мимо. И весь свет на твоей стороне, как же, сиротка… Другое дело — я, мачехина дочка. В сказках нам иногда даже имен не присваивают. Дочка — она дочка и есть. Кому может быть интересен персонаж даже не второго, третьего плана? Только жизнь иногда бывает...
a_n_n_a
добавила цитату
из книги
«Зеркала. Дилогия»
6 лет назад
Чтобы водить машину — то есть груду прессованного железа с добавками стекла и пластика, в нашей стране требуется сдать на права. И по всему миру — тоже. Чтобы завести ребенка — не нужно ничего. Только потенция и способность к оплодотворению. А ведь это серьезнее, чем машина. Вы не просто водите железяку по дорогам, вы приводите в этот мир новую жизнь. И отвечаете за нее. Наверное… в лучшем случае.
Это все потому ты злая, что у тебя мужчины нет! — изрек Литаниэль.
— Зато у меня есть половая жизнь и половая тряпка!!! — возмутилась Матильда.
Эльфы есть, гномы есть, вампиры есть, все есть, а людей нет! Придется улучшать нашу магическую демографию, испортив чью-то биографию. Держи книгу по заклятьям — учиться никогда не поздно! Можно смело считать меня отличницей!. Отличилась я так, что мама не горюй…
Любите своих врагов, они ваши самые преданные фанаты.
Черный властелин желает познакомиться с порядочной попаданкой для серьезных отношений с обязательствами. Вакансия опасна и трудна, а главное – от нее невозможно отказаться! Юлия Исаева не планировала быть попаданкой, но тот, кто не разучился верить в сказку, способен притягивать к себе чудеса. И вот ты на пару с заклятой «подругой» уже в другом мире, где приходится жить по программе «Все не исключено», а незнакомые некроманты ищут суженную. И единственный кто протягивает руку помощи – Черный...
Узнав, чего хочет человек, ты узнаешь человека.
Стивен Кинг приглашает читателей в жуткий мир тюремного блока смертников, откуда уходят, чтобы не вернуться, приоткрывает дверь последнего пристанища тех, кто преступил не только человеческий, но и Божий закон. По эту сторону электрического стула нет более смертоносного местечка! Ничто из того, что вы читали раньше, не сравнится с самым дерзким из ужасных опытов Стивена Кинга — с историей, что начинается на Дороге Смерти и уходит в глубины самых чудовищных тайн человеческой души…
— Посмотри, Гарри, что ты видишь в моей чашке. — Коричневую жижу.
Двенадцать долгих лет в Азкабане — мрачной тюрьме волшебного мира — содержался всем известный узник по имени Сириус Блэк. Его обвиняли в убийстве тринадцати человек и считали наследником лорда Волан-де-Морта. И вот он бежал, и из оставленных им следов ясно, что на этот раз убийца поставил целью избавиться от Гарри Поттера.
Теперь Гарри в опасности, даже за стенами своей волшебной школы, даже в окружении друзей — потому что среди них есть предатель, готовый открыть убийце путь в Хогвартс.