«Экономика страны базируется на четырех китах»! Да, спокон веку Земля – и та стояла на трех китах, пускай уж и экономика на них стоит, пускай опирается или покоится. Но когда на бедных животных она со всей канцелярской тяжеловесностью базируется, даже у выносливых китов мороз по коже!
Одежда - это самый большой обман на свете.
Основной функцией мифологии и обрядов всегда было сохранение символов, направляющих человеческую душу вперед, в противоположность другим постоянным человеческим фантазиям, которые обычно привязывают его к тому, что осталось позади. В действительности вполне вероятно, что очень высокая распространенность невротичности в наше время является следствием упадка столь эффективной духовной помощи в нашем обществе. Мы остаемся прикованными к неизгнанным образам раннего детства и потому не чувствуем настоятельной необходимости перехода к взрослой жизни.
Если девочка устраивает мальчика в общении, сексе, и ему с ней комфортно и хорошо, никого он бросать не будет. Бросают тех, кто много требует и мало дает взамен, не понимая, что крепкие отношения строятся на взаимном уважении мужчины и женщины, и желании сделать жизнь друг друга лучше и комфортнее.
Люди приходят и уходят, появляются в твоей жизни и покидают ее, совсем как герои любимой книжки. История окончена, ты закрываешь книгу, берешь следующую, с новыми героями и приключениями, и думаешь только о них, а не о том, что было в прошлом...
Когда я вспоминаю события, о которых могу сказать, что они произошли «давным-давно», у меня возникает чувство, будто я отправляюсь на прогулку. Возможно, эти «давным-давно» – наши воспоминания, наши переживания и наши выстраданные поступки спустя длительный период времени – и составляют настоящие человеческие души.
В восемнадцать лет мы ужасные дуры. Кино, книжки, все – про него. И вот мы ждем его. Необыкновенного его.
Русский поэт стихами пользуется, чтобы высказаться, чтобы душу излить. Даже самый отстраненный, самый холодный, самый формальный из русских поэтов.
Знаете, чем отличается пьющий человек от алкоголика? Пьющий знает, что, определённым образом выпив, он получит радость. И он её получает. Алкоголик помнит, что радость была. И выпивает в ожидании ея. А ея нет. И он выпивает ещё. Тщетно! И ещё, и ещё. Нету! Клиника, ледяные руки врачей, онанизм, сифилис, смерть.
Ночью, в телефонном разговоре со штабом дивизии, командир попросил временно освободить эскадрилью от боевых действий. Мы не можем продолжать.Просьба отклонена. Мы должны выполнять задания до последнего самолета и последнего пилота. Берлин, столица рейха, весь в огне.В комнате для летчиков повисла мертвая тишина. Джонни Фест и я сидели там в креслах до поздней ночи. Мы говорили немногословно. Гора окурков в пепельнице постепенно росла, поскольку мы курили одну сигарету за другой.Джонни рассеянно смотрел на портреты на стене. Мне казалось, что сейчас лица оживут, и мы услышим голоса наших старых товарищей, такие близкие…Волни… мы возвращались с его похорон в машине командира, когда на дорогу неожиданно выбежала девушка с венком из сосновых веток. Это была его невеста. Она постеснялась встать рядом с нами у могилы, поскольку боялась, что не сможет совладать с горем, обрушившимся на нее, когда она узнала о его смерти три дня назад…Штайгер… был очень похож на своего брата-близнеца. Я встретил его в Тюбингене год назад и сначала подумал, что это Герд. Сходство было поразительное: только мать умела их различать…Кольбе… его тело нашли среди обломков, без обеих рук. Его жена попросила обручальное кольцо. Как мы могли сказать ей правду?Крамер… почему, ну почему этот мальчик потерял голову, когда его самолет падал в море?Герхард… его мать часто пишет мне, и я должен рассказывать ей все о ее отважном сыне. Она надеется, что его смерть ради свободы нашего народа и благосостояния рейха не окажется напрасной…Фюрманн… на месте, где его самолет упал в болото, мы поставили дубовый крест. На нем прикрепили две монеты по пять франков…Деллинг… не вернулся со своего второго полета. Его тело поглотило море.Киллиан… его бесконечные интриги с женщинами приносили мне массу неприятностей…Доленга… что стало с его очаровательной женой? Я был шафером на их свадьбе в Джевере…Новотны… его отец в Брюнне, он написал мне, что два его других сына тоже погибли в бою…Раддац… его дорогая Мира-Лидия пролила тогда много слез, но вскоре нашла утешение в другом месте. Она была не единственной женщиной, находившей его чары неотразимыми…Арндт… не вернулся со своего первого боевого вылета…Рейнхард… мой старый добрый дружище однажды показал мне фотографию: он вместе со своими шестью братьями, все в форме, у всех Железные кресты первой степени…Замбелли… играл на аккордеоне. Последняя тревога застала его, когда он азартно распевал веселую песенку. Его аккордеон все еще лежал на столе, когда оставшиеся в живых вернулись с задания, во время которого он был убит…Вайсгербер…Хетцель…Кройгер…Вайт…Хефиг…Трокельс…Трендле…Остались только мы с Джонни…
Изгнанные из университетов: Ленин, Винниченко, Пилсудский... исключенный из семинарии Сталин.... бросивший университет Троцкий... Этот горячий материал требовал «всего и немедленно», молодые максималисты мечтали разом перевернуть мир, прекратить все беды и несправедливости общества.
Задолго до праздника я составлял точный список всех наших родственников и знакомых, которые могли достать билеты на Елку. Дней за десять до первого января я начинал звонить.— С Новым годом! С новым счастьем! — говорил я двадцатого декабря.— Уж очень ты рано поздравляешь, — удивлялись взрослые.Но я-то знал, когда надо поздравлять: ведь билеты на Елку везде распределялись заранее.— Ну, а как ты заканчиваешь вторую четверть? — неизменно интересовались родные и знакомые.— Неудобно как-то говорить о самом себе… — повторял я фразу, услышанную однажды от папы.Из этой фразы взрослые почему-то немедленно делали вывод, что я — круглый отличник, и завершали нашу беседу словами:— Надо бы тебе достать билет на Елку! Как говорится, кончил дело — гуляй смело!Это было как раз то, что нужно: гулять я очень любил!
Понятно, что почти сразу же Юру стали дразнить. Передразнивали его походку, уродливые ужимки, когда он пытался достать что-то, писали, как Юра, высовывая язык и нелепо вывернув локоть и кисть. Дразнили, естественно, не все и в основном не из нашего класса, но ведь придурки-то везде найдутся…
-А я слышал, в Париже тоже есть магазины,- заметил Ричард.
Если вы хотите проверить, насколько искренен человек, – сказал Макс, – налейте ему плохого кофе. Если он похвалит его, этому человеку ни в чём нельзя верить.
Женщина должна помнить, что растить ребенка, воспитывать ребенка – это работа по подготовке человека к принятию им своей судьбы. Это нужно помнить всегда, это должно быть фоном: настанет момент, когда он вырастет и сделает еще один шаг, когда нужно будет уже не руку отпустить, а просто отпустить человека, предоставив его его судьбе.
Христианство учит делать добро всем без раздора: "подставлять другую щеку" и "быть милосердным". Но если бездумно седоваты данному принципу, это приведет к прислужничесву, слабости и саморазрушению, а также к излишней опеке, препятствующей развитию тех, кому мы хотим помочь, что будет для них медвежьей услугой".
Мы должны были умереть. Вот что мы там делали. Умереть ни за что, просто так.
Счастье за деньги не купишь, но для жизни со своим горем можно подобрать местечко поприятнее.
Люди, которые стараются казаться циничными, обычно обладают тонкой душевной организацией, весьма сентиментальны и необычайно ранимы.
Если нас застигнут на улице посреди ночи!.. В Англии лучше расстаться с жизнью, чем лишиться репутации - не так мучительно и меньше хлопот.
Филиппов погрустнел и уставился на трупики бутербродов, закутанные в полиэтиленовые саваны и выставленные — очевидно, для церемонии прощания — прямо на барной стойке.
- Не паникуй, я здоровый как бык. - Как бык ты не потому что здоровый, а потому что скотина.
Одеваться нужно так, чтобы нравиться мужчинам – своим мужчинам, либо так, чтобы тебе было удобно.
Я не понимаю отдыха иначе, как в уединении. Быть с другими для меня значит уже чем-нибудь заниматься, или работать, или наслаждаться. Я чувствую себя совершенно на просторе только тогда, когда я один. Как это назвать? Отчего это? У одних от скрытности; у других от застенчивости; у третьих от расположения хандрить, задумываться; у четвертых от недостатка симпатии к людям. Во мне, кажется, нет ничего этого: я прямодушен и откровенен, я готов быть всегда весел и вовсе не хандрю. Смотреть на людей для меня приятно; но это для меня уже соединено с работою или с наслаждением, это уже нечто требующее после себя отдыха, то есть, по-моему, уединения.