Некоторые думают, что они поднялись. На самом деле они просто всплыли.
Статус. Достижения. Талант. Они ничего не говорят о том, что чувствует их обладатель. О том, с чем ему приходится жить каждый день.
Настоящая красота — в глазах смотрящего. Тот, кто любит вас, будет видеть вас по-особенному. Гармонию оценит взгляд каждого, но это будто смотреть на картину в галерее — красиво, но и ладно, это чужое. А для любящего вы будто будете в ареоле света.
Мы не можем изменить свой рост, длину рук и ног, форму носа и черты лица. Но мы можем вписать их в свой образ так, чтобы казаться гармоничными, а, видя гармонию, любой скажет, что это красиво. Не как нежный цветок розы в каплях росы, а как аметистовая друза с острыми гранями кристаллов.
Красота — это гармония.
Слова Артема словно спустили меня с небес на землю, заставили посмотреть на Романова совершенно с другой стороны. Отрезвили. Ведь часто так бывает: мы знакомимся с людьми и абсолютно ничего не знаем об их прошлом. А они умеют искусно притворяться и быть на самом деле кем угодно. Вплоть до бывших заключенных, отбывших срок на зоне.
Он бросил меня по телефону. Просто написал банальное сообщение о том, что я хорошая и все такое, но мы из разных миров и не подходим друг другу. У нас нет совместного будущего, так какой смысл продолжать эти отношения. Лучше расстаться сейчас, когда нас ничего не связывает, чем через несколько лет.
Мне хотелось орать от боли. Хотелось спросить, почему это не остановило его до того, как он влюбил меня в себя и забрал мою невинность
Я все ждала, когда в его адвокатской конторе освободится место и он позовет меня к себе, а дождалась того, что стала лишь приятным увлечением. Не серьёзным, но приносящим удовольствие его мужскому эго.
...водительское удостоверение у брата, конечно, было, но ездил он как бегемот на велосипеде. Особенно радовали его копыта сорок седьмого размера в зимних ботинках, спокойно покоящиеся на педалях «ВАЗ 2106». Под одним ботинком скрывались все три педали, ручка открывания капота и блок предохранителей. Вторую, если можно так назвать, ногу он застенчиво пытался спрятать где-то под сиденьем, отчего окончательно стал похож на раненого в лапку кузнечика-мутанта. У меня было такое чувство, что такие ноги ему были даны за какое-то страшное прегрешение перед природой.
...умней меня только Эйнштейн, и то не во всех вопросах!
А ежели что мне в башку встрянет, то никаким штопором не вытащишь. Болезнь такая. Нда…
Танцующие образовали круг, в котором выкидывал коленца дядя невесты. Плясать он не умел, поэтому его танец напоминал прыжки сумасшедшего по минному полю. Круг расступился, и дядя подошел к жениху.
— А ты кто такой? — задал он оригинальный вопрос.
... ничему не удивляться, говорят, есть признак большого ума; по-моему, это, в равной же мере, могло бы служить и признаком глупости...
Дело в жизни, в одной жизни, – в открывании ее, беспрерывном и вечном, а совсем не в открытии!
Знаете, я не понимаю, как можно проходить мимо дерева и не быть счастливым, что видишь его? Говорить с человеком и не быть счастливым, что любишь его!
Есть женщины, которые годятся только в любовницы и больше ни во что.
***
- Хорошо еще вот, что муки немного, - заметил он, - когда голова отлетает.
- Знаете ли что? - горячо подхватил князь, - вот вы это заметили, и это все точно так же замечают, как вы, и машина для того выдумана, гильотина.А мне тогда же пришла в голову одна мысль: а что, если это даже и хуже? Вам это смешно, вам это дико кажется, а при некотором воображении даже и такая мысль в голову вскочит. Подумайте: если, например, пытка; при этом страдания и раны, мука телесная, и, стало быть, все это от душевного страдания отвлекает, так что одними только ранами и мучаешься, вплоть пока не умрешь. А ведь главная, самая сильная боль, может, не в ранах, а вот что вот знаешь наверно, что вот через час, потом через десять минут, потом через полминуты, потом теперь, вот сейчас - душа из тела вылетит, и что человеком уж больше не будешь, и что это уж наверно; главное то, что наверно.***
Убивать за убийство несоразмерно большее наказание, чем само преступление. Убийство по приговору несоразмерно ужаснее, чем убийство разбойничье.***
А тут, всю эту последнюю надежду, с которой умирать в десять раз легче, отнимают наверно; тут приговор, и в том, что наверное не избегнешь, вся ужасная-то мука и сидит, и сильнее этой муки нет на свете. Приведите и поставьте солдата против самой пушки на сражении и стреляйте в него, он еще все будет надеяться, но прочтите этому самому солдату приговор наверно и он с ума сойдет или заплачет. Кто сказал, что человеческая природа в состоянии вынести это без сумасшествия? Зачем такое надругательство, безобразное, ненужное, напрасное? Может быть, и есть такой человек, которому прочли приговор, дали помучиться, а потом сказали: "Ступай, тебя прощают". Вот этакой человек, может быть, мог бы рассказать. Об этой муке и об этом ужасе и Христос говорил. Нет, с человеком так нельзя поступать!
что ложью началось, то ложью и должно было кончиться; это закон природы.
Ребенку все можно говорить, - все
От детей ничего нельзя утаивать, под предлогом, что они маленькие и что им рано знать.
Большие не знают, что ребенок даже в самом трудном деле может дать чрезвычайно важный совет. О боже! когда на вас глядит эта хорошенькая птичка, доверчиво и счастливо, вам ведь стыдно ее обмануть!
я ее "не любовью люблю, а жалостью"
Ограниченному “обыкновенному” человеку нет, например, ничего легче, как вообразить себя человеком необыкновенным и оригинальным и усладиться тем без всяких колебаний.
Я хочу хоть с одним человеком обо всём говорить как с собой.
Через детей душа лечится...
— Я пришел вас предупредить: мне денег взаймы не давать, потому что я непременно буду просить.
Сострадание есть главнейший и, может быть, единственный закон бытия всего человечества.