— Если так, это будет хороший мотив для эпитафии. Ну, «Здесь покоится Орфо Каператис, она не обезумела, хотя у нее были все причины для этого.» Выбей, ладно?
Полегче на поворотах, человечица, если я умру от кринжа, вы отсюда не выберетесь.
У меня нет жениха. Только кот
Все мы монстры. Становимся в какие-то моменты: когда нас обижают, когда предают, когда не любят или, наоборот, любят слишком сильно. И единственное, что тут важно, – уметь превратиться обратно.
Скорфус вообще знает и использует много странных слов. "Трансцендентальность", "душнила", "человечица", "херня". Он говорит, что эти слова приносит ему само мироздание.
Боги удивительны в том, как делают милосердие, справедливость и ответственность разменными монетами. И как регулируют их взаимный курс. Жестокие твари.
Понимать и принимать правду о том, что всякая любовь есть в той или иной мере рабство, - большое мужество. У меня, например, его нет.
Как говорил один мой любимый литературный персонаж: «Улыбайтесь, господа, ибо все самые большие глупости в мире делаются с самым серьезным выражением лица».
— Видите ли, уважаемый… художник. Если я приобретаю картины для своего дома, я хочу видеть мир таким, каким вижу его я, а не кто-то другой. Все же я плачу свои деньги, а значит право голоса в том, на что и как смотреть имею. Не находите? Вы же ведь для людей пишите свои картины… Или просто свое эго удовлетворяете?
— Что удовлетворяю свое? — растерялся художник. — Вы не понимаете! Это мое видение мира!
— Возможно и так. Но почему вы уверены, что люди хотят видеть ваше видение мира? Открою тайну — люди эгоисты. Они всегда хотят видеть только свое видение мира.
Другой политик выразился проще и точнее: не важно какого цвета кошка, если она ловит мышей.
Ресницы опустились, взгляд стрелой метнулся вниз к крепкому, плоскому животу. У Брента Райнера оказался очень... литой живот. Как теперь жить с этой информацией?
— Я сейчас себя такой дурой чувствую, вспоминая, что маленькой хотела быть принцессой.
— Быть маленькой принцессой здорово, — глубокомысленно согласилась Альда. — Одна беда — принцесса очень быстро становится взрослой, и сказка заканчивается.
– Господи, как вы все меня достали! Группа моральных уродов! Все! Считаете, что раз заплатили, то можно и вести себя, как долбаным придуркам! Везувий взорвался после долгого сна и покрыл Помпеи слоем пепла. Наступила тишина.
Во всех когда-то прочитанных им книгах о попаданцах главные герои всегда имели высшую цель, ради которой их и перекидывали во всякие иные миры и времена. К тому же это почти всегда были крутые спецназеры, способные ударом кулака убить носорога, одним плевком сбить баллистическую ракету и, разок пернув, разогнать целое войско противников.
Одиночество - сильнейший наркотик, к нему легко и быстро привыкаешь.
Влюбленные женщины нередко глупы в своей доверчивости любимому человеку.
Разве незнаменитый человек меньше нуждается в любви, в том, чтобы у него были родственники и близкие…
Человек счастлив не когда у него всего много, а когда он доволен тем, что имеет… И довольство это не в вещах.
Их было двадцать миллионов! Вот если бы их поставить плечом к плечу в одну шеренгу, они вытянулись бы строем на двадцать миллионов метров.Я подышал на стекло и стал считать.- Вот двадцать миллионов метров. В одном километре - тысяча метров. Нули сокращаем. Получается двадцать тысяч километров. Половина экватора! Ой-ой-ой... Это значит, человек выезжает на поезде из Бреста во Владивосток, а они вдоль насыпи стоят. Он днём и ночью едет, едет... Через степи, горы, через реки, через тайгу... Поезд гудит, стучат колёса на стыках... А как глянешь в окно, они стоят... Стоят молодые и постарше, стоят пехотинцы, танкисты, кавалеристы, лётчики, моряки... В летнем и зимнем обмундировании, в пилотках и касках, в ушанках и бескозырках. Неделями идёт поезд, а они всё стоят... И смотрят на меня... Какой я?
— И почему это хорошие всегда погибают? — сказал я. — Всякие погибают, — возразил Васька. — Только хороших помнят, а плохих нет… Вот и всё.
Совсем счастливы бывают только круглые дураки. Счастье — это миг, но он всю жизнь озаряет.
Единственное и самое лучшее, что можно и нужно сделать, когда всё достало, — это глубоко вздохнуть и перезагрузиться.
...совесть придумали злые, чтобы она мучила добрых.
– Когда человек умирает, его душа попадает ко мне, и я решаю, как с ней поступить – это если вкратце. Хотя на самом деле ко мне попадают единицы, в основном этой работой занимаются другие.
– И почему я в числе этих единиц?
– Разумеется, потому что ты – избранная с уникальным даром. Существует пророчество, согласно которому от ужасного проклятия наш мир спасет юная девушка необычайной красоты и редкого ума. Хм… И правда, а что, собственно, ты тут делаешь?
Аида Даркблум, куда ты катишься? Еще немного – и перестанешь выбрасывать батарейки в мусор.