-Представляешь, дикие люди! У них даже лотка с самым занюханным наполнителем нет! Говорят - иди, котик, погуляй во дворе! А там холодно! И сугробы! Ты же знаешь, у меня слабые лёгкие, мне нельзя на холод! И вообще, я там чуть яй... эээ, бубенчики чуть не отморозил!!!
– Всем нужно только одно – вечность. Бессмертие. Ваши чудесные религии, ваши научные мечтания – всё это об одном: как бы прожить подольше, а в идеале вообще жизнь вечную поиметь. Потому что умирать, дорогие мои, никто не хочет.
Если с напряжением ждешь важного телефонного звонка, то трубка будет упорно молчать, все забудут ваш номер. Но если вы решили мирно полежать в ванне с пеной, то телефон начнет звонить как оглашенный.
Все в молодости совершают ошибки. В двадцать лет мы одни люди, в тридцать другие, а в сорок опять кардинально меняемся.
Как резко меняются отношения между людьми, если одному что-то нужно от другого.
(об измене):
... не говори. Тебе будет казаться, что признаться надо – для ваших отношений, чтобы между вами не было никакой недосказанности, никакой фальши, никакого вранья… И она, конечно, тебя простит. Может, даже на меня не обидится. Может, всё поймет совершенно правильно. Но все равно у нее останется обида. Маленькая, крошечная, которая будет разъедать всё. Ты себе сделаешь легче, ты с себя снимешь тяжесть, а на нее взвалишь. Понимаешь? ... Ни одной женщине такой правды на самом деле не надо
Но, какими бы ни были ее таланты в других областях, Йоко не могла заполнить пустоту в творческой жизни Джона, которая открылась, когда он растерзал группу, им же и созданную.
Дело было не просто в том, что умерла знаменитая рок-звезда. Джон был чем-то большим. Он стал символом своего времени, символом музыки, символом шестидесятых, символом людей, не скрывавших своих мыслей, символом своего поколения.
В Канаде, в 1969 году, незадолго до Рождества, он подарил мне, возможно, самую невероятную сенсацию в моей карьере журналиста, когда сказал, что ушел из Beatles, – но только добавил: «Сейчас не пиши. Я скажу, когда будет можно». И я не написал.Спустя четыре месяца, когда все газеты мира наперебой кричали: «ПОЛ МАККАРТНИ ПОКИДАЕТ Beatles!» – я позвонил ему, и он дико бесился.– Я же сказал тебе! Тогда, в Канаде! Почему ты молчал? Почему ничего не написал? – накинулся он на меня.– Но… ты же сам просил, – опешил я.– Коннолли, ну ты же журналист! – прокричал он в трубку.Да, он был зол. Он видел в Beatles свое творение – с тех далеких времен, когда они только возникли, когда их и звали-то совершенно иначе, The Quarry Men, – а значит, ему их и рушить. Ему – и никому другому. Впрочем… их и правда разрушил именно он.
прежде всего он был прекрасным музыкантом, чутким поэтом и проницательным мастером чеканных формулировок, которые легко превращались в лозунги и афоризмы. Он слышал голоса своего времени задолго до того, как те зазвучали в полную силу, и был среди тех, кому удалось уловить в песнях дух эпохи.
Миром правят деньги , а не короли.
Матёрыми не рождаются, матёрыми становятся.
Все в этом мире имеет цену. Жизнь, любовь, преданность, удовольствие, счастье. Мы всегда платим — свободой, совестью, крушением надежд, разбитым сердцем.
Я не знаю, что будет завтра, но у меня было это сегодня
Про такие события интереснее читать в романах. А вот когда ты оказываешься внутри них... самое лучшее, что может с тобой случиться - это уйдешь целой и невредимой. Может быть.
Если повезет.
Только вот не всем и не всегда везет. История - она такая. По головам едет и судьбы перемалывает. Увы.
Опасное это ремесло - соглядатай. Можно и того... окриветь. На оба глаза и сразу.
Вот странные люди! Говоришь нет - не понимают. А потом еще и обижаются... на что?
Вот сейчас-то Баттистина и поняла разницу между настоящим счастьем и сыгранным. Когда врут ради чего-то там, и когда просто счастливы... и глаза у него сияют. По-настоящему светятся, словно два солнышка...
Если уж досталось тебе счастье - повстречать того самого человека, так не дури! Хватай, не отпускай, люби, что есть силы. Потому что потом может и поздно быть.
И почему народ так не любит тех, кто на нем верхом ездит? Прямо даже странно!
Кажется иногда - ерунда. Но оглянешься назад, и понимаешь, что дорожка-то была, составленная из поступков, словно браслет из звеньев, ни одного не выдернешь, ни от единого не откажешься...
Мы так часто оправдываем свою трусость стремлениями к лучшему, что это даже страшно. Утешаем себя, что вот, влюбился ты, ну так что же? Может, и еще кого получше встретишь, и будет тебе более круглое счастье... А если нет? Если оно тебе вот, дано уже? Просто надо над этим работать, трудиться... как саженец в землю воткнуть? Поливать, заботиться, узнавать друг друга...
Чего стоит любовь, выращенная на подлости?
Чего стоит счастье, полученное через чужую кровь, чужую боль...
Чудовище не умеет любить?
Ошибаетесь, очень часто не умеют любить как раз красавцы и красавицы. У них зеркала вместо сердец, и там есть только их образ, только их отражение.
Родился ребенок не от той женщины? Ну и все, нечего его любить, он неудачный. Вот другая бы мне о-го-го какого родила бы! А этот... неудачный! И шесть языков не выучил сразу после рождения, и в три года еще на коня не садится, и меч е держит, и вообще... нет, нет то!