Я, приятель, никогда не считаю, что дело — дрянь, пока не вляпаюсь по самые уши.
— Мой бедный наивный ребенок, — насмешливо растягивая слова, проговорил Камил. — Каждый раз, когда Федерация в своем идеалистическом вакууме вырабатывает новый закон, на сцене немедленно появляется какой-нибудь ловкач, который будет день и ночь ломать голову, как бы этот закон обойти.
Каждая папка писем — годы детских воспоминаний. Каждый документ — свидетельство о бурной заносчивости и мрачной величавости характера предков. Моряки старинных фамилий, капитаны пехоты, полковники кавалерии, нормандские артиллеристы, кутилы, проглотившие в жизни неимоверное количество бочек можжевеловой водки, — все это выходцы из старинной Нормандии. Недаром отец поэта, «шалый Джек», так сдружился с нормандским выходцем, командовавшим французской гвардией, маршалом Бироном, y которого в силу дальнего родства бросил якорь «корабль шалого Джека». Байрон ни разу в жизни не видел своего отца.
«Милейший Ходжсон! Советую вам оставить меня в покое с вашим бессмертием, в которое я не верю. Довольно с нас несчастий этой жизни: я считаю нелепостью строить предположения о будущем бессмертии. Если людям суждено оживать после смерти, то зачем они умирают? А уж если они однажды умерли, то какой смысл нарушать их крепкий сон, как говорят — сладостный, непробудный?»
"Я воюю „со всем миром и своей женой“ или, скорее, „весь мир и моя жена“ воюют со мной, но они не сломили меня, несмотря на все, что они делают".
Если существует поговорка «семь раз отмерь и один раз отрежь», то Англия на основах неписаной конституции, защищающей всегда и в первую очередь частную собственность и богатого человека, говорит, что лучше семь тысяч раз отмерить, чем один раз отрезать хотя бы миллиметр благосостояния из километра богатства в пользу рабочего населения Англии.
"Во всей этой истории мне больше всех жаль сэра Ральфа. И он и я одинаково наказаны, хотя и тяжело страдать обоим за ошибку одного: — я буду со своей женой разведен, а он останется со своей".
- Как человек, падавший на испытаниях в обморок два раза, я может пройти в элитное подразделение?- Мы понимаем, что физическая форма ребята вчерашних школьников, не самая лучшая. Но это поправимо. Мускулы можно легко накачать и физическую выносливость увеличить. Намного сложнее дело обстоит с ментальностью. Если ты терял сознание, значит, твоё тело физически не было готово к таким нагрузкам, и срабатывал внутренний предохранитель, включавшей тебя. Но, приходя в сознание, ты продолжал идти, не опускал руки, а упрямо шел к цели. Это намного ценнее, чем хорошая физическая форма. Значит, твоя воля оказалась сильнее. Мышечную ткань нарастить намного легче, чем что-то изменить в голове. Поэтому взяли тебя они их.
Но от себя, как теперь вдруг с ослепительной яркостью увидел и понял он, невозможно было убежать. И от собственного суда не уйти. Как бы там ни оправдываться перед самим собой, неизбежно наступает момент, когда на пути должен появиться тот милиционер — твоя же совесть, — который, взяв под козырек, спросит: «А чем же ты все это время занимался, уважаемый цыган Будулай?» Конечно, все, что ты можешь в свое оправдание сказать, и прекрасно и даже благородно, — но разве у всех других людей, пока ты занимался собой и своим одиночеством, ничего не случилось за это время, никакого горя? Не теряли они своих близких и не были столь же одиноки или несчастливы в любви? И тем не менее никто из них не бросался бежать куда глаза глядят, не бросал своего дела. Потому что у каждого человека обязательно свое дело в жизни есть и никто другой не может исполнить за него того, что может исполнить только он сам.
Идет время, и чувства, они, как земля, тоже зарастают травой. Не брать же тяпку и не выпалывать раз за разом эту траву из души.
У каждого человека есть всеми видимая сторона его жизни и есть невидимая, недоступная чужим взорам.
Каждый в своей жизни обязан исполнить свой долг, но не каждому в жизни отмерена одна и та же мера долга.
-Хуже бабушка, когда борода у человека чёрная, а душа
Наверняка можно сказать, что сколько бы ни нанизывались на асфальтовые нити больших автодорог, неоновые радуги невозможных закусочных, ресторанов и кафе, сердце шофера как и прежде, будет отдано не им, а все тем же одиноким хижинам на окраинах сел и станиц на которые, обшаривая по непогоде степь, неизбежно набредают фары.»
Славная девочка, но в эти года еще нельзя до конц знать свое сердце и может показаться, что любишь, когда только хочешь любить
- От кого хотел убежать, к тому и попал
Чтобы, говорят, по-настоящему человека узнать, надо дать ему власть
Ваня не стоит говорить о человеке того, чего ты не смог бы ему в глаза сказать
Никогда не спи с парнем, если САМА этого не захочешь.Ты должна захотеть быть быть с парнем.САМА, всем сердцем, ну или телом.Не надо идти на поводу у этого парня (продемонстрировать ему свою любовь), или доказывать, что ты совсем не хуже других. Или уж тем более не под выпивкой или мимолетным желанием изведать что-то запретное.
The most dangerous kind of man is not the one who spent his youth shoving others around. That kind of man gets lazy, and is often too content with his life to be truly dangerous. The man who spent his youth being shoved around, however... When that man gets a little power and authority, he often uses it to become a tyrant on part with the worst warlords in history.
Joel, lad, school is about learning to learn. If you don`t practice studying things you don`t like, then you`ll have a very hard time in life.
«Никогда не сожалей о том, кто ты есть.» Рифматист. Сандерсон.
«Если не приучишь себя делать то, что тебе не по душе, по жизни тебе будет очень тяжело.» Рифматист. Сандерсон.
«Людей, подверженных жгучей ненависти, зачастую непреодолимо тянет к объекту неприязни.» Рифматист. Сандерсон.
The only way to learn is to do, and the only way to win is to fight.