Цитаты
286393
Любому мужчине днем нужны друзья, на которых он может опереться, а ночью — женщина, в объятиях которой он может забыть обо всем.
При дворе правителя Могольской империи появляется золотоволосый чужеземец и заявляет, что он — дядя императора…
Интригующие арабески своего повествования Рушди создает в полном соответствии с реальной исторической канвой.
В раю "почитание" и "несогласие" не противоречат друг другу.
При дворе правителя Могольской империи появляется золотоволосый чужеземец и заявляет, что он — дядя императора…
Интригующие арабески своего повествования Рушди создает в полном соответствии с реальной исторической канвой.
-Как думаешь, сколько ворон в моем царстве? - вопросил Акбар.
-Ровно девяносто девять тысяч девятьсот девяносто, - немедленно отозвался Бирбал.
-А если мы пересчитаем и окажется, что их больше? - поинтересовался император.
-Значит, у наших ворон гостят соседи.
-А если их будет меньше?
-Значит, наши вороны отправились мир посмотреть.
При дворе правителя Могольской империи появляется золотоволосый чужеземец и заявляет, что он — дядя императора…
Интригующие арабески своего повествования Рушди создает в полном соответствии с реальной исторической канвой.
К тому времени эта информация не представляла для него никакой реальной ценности, хотя напомнила о том, чего ему забывать не следовало: колдовство совсем не обязательно осуществляется посредством таинственных снадобий, известных настоек или магических побрякушек. С помощью хорошо подвешенного языка можно добиться не меньшего эффекта.
При дворе правителя Могольской империи появляется золотоволосый чужеземец и заявляет, что он — дядя императора…
Интригующие арабески своего повествования Рушди создает в полном соответствии с реальной исторической канвой.
Религию можно видоизменить, реформировать, быть может, даже обойтись без нее вовсе, но веру в колдовство победить невозможно.
При дворе правителя Могольской империи появляется золотоволосый чужеземец и заявляет, что он — дядя императора…
Интригующие арабески своего повествования Рушди создает в полном соответствии с реальной исторической канвой.
Во время торжественного приема к императору подвели гостя, им оказался иезуитский священник, отец Джозеф, прославившийся знанием множества языков и наречий. Он мог свободно изъясняться на нескольких десятках языков и, будучи представленным Акбару, предложил императору угадать, какой из многих является его родным. Пока Акбар ломал над этим голову, первый министр незаметно подкрался к иезуиту и неожиданно дал ему пинка под зад. Священник разразился цветистой бранью, и не на португальском, как можно было предположить, а на итальянском.
– Видите ли, Джаханпана, – заметил Бирбал, – когда человеку требуется отвести душу и выругаться, он всегда делает это на родном языке.
При дворе правителя Могольской империи появляется золотоволосый чужеземец и заявляет, что он — дядя императора…
Интригующие арабески своего повествования Рушди создает в полном соответствии с реальной исторической канвой.
...нет такого героя, которому в смертный час не открылась бы вся бессмысленность его героического поступка.
При дворе правителя Могольской империи появляется золотоволосый чужеземец и заявляет, что он — дядя императора…
Интригующие арабески своего повествования Рушди создает в полном соответствии с реальной исторической канвой.
— Секреты — они лишь у малых ребятишек да лазутчиков.
Незнакомец слез с повозки возле караван-сарая, откуда начинались и где кончались все дальние дороги. Он был на удивление высокого роста и держал в руках хурджин из ковровой ткани.
— А еще у колдунов, влюбленных и… государей, — бросил на прощанье чужестранец, перед тем как войти в караван-сарай.
При дворе правителя Могольской империи появляется золотоволосый чужеземец и заявляет, что он — дядя императора…
Интригующие арабески своего повествования Рушди создает в полном соответствии с реальной исторической канвой.
Нация, которая не знает, что такое преданность и самопожертвование, обречена и скоро исчезнет с лица земли.
При дворе правителя Могольской империи появляется золотоволосый чужеземец и заявляет, что он — дядя императора…
Интригующие арабески своего повествования Рушди создает в полном соответствии с реальной исторической канвой.
Сделать фантазию реальностью — прерогатива Господа, такое не может совершить простой смертный. Это прямое посягательство на Его право.
При дворе правителя Могольской империи появляется золотоволосый чужеземец и заявляет, что он — дядя императора…
Интригующие арабески своего повествования Рушди создает в полном соответствии с реальной исторической канвой.
Он мог смотреть сны на семи языках: на итальянском и испанском, на арабском и персидском, на английском, русском и португальском. Он подцеплял языки, как моряк - дурные болезни. Они липли к нему сами собой, словно гонорея, сифилис, чесотка, горячка, цинга или чума.
При дворе правителя Могольской империи появляется золотоволосый чужеземец и заявляет, что он — дядя императора…
Интригующие арабески своего повествования Рушди создает в полном соответствии с реальной исторической канвой.
Простые деревенские люди были достойными людьми, но в общей массе народ заслуживал своих кумиров, своих обожаемых тиранов — герцогов и принцев.
При дворе правителя Могольской империи появляется золотоволосый чужеземец и заявляет, что он — дядя императора…
Интригующие арабески своего повествования Рушди создает в полном соответствии с реальной исторической канвой.
«Живому мертвецу хуже, чем просто мертвому, — сказал он Макиа, — потому что живой мертвец способен чувствовать боль оттого, что сердце его разбито».
При дворе правителя Могольской империи появляется золотоволосый чужеземец и заявляет, что он — дядя императора…
Интригующие арабески своего повествования Рушди создает в полном соответствии с реальной исторической канвой.
Она в совершенстве владела искусством видеть лишь желаемое, а это самое важное, если хочешь принадлежать к хозяевам жизни, а не к жертвам.
При дворе правителя Могольской империи появляется золотоволосый чужеземец и заявляет, что он — дядя императора…
Интригующие арабески своего повествования Рушди создает в полном соответствии с реальной исторической канвой.
Одурманенный любовью себе уже не хозяин.
При дворе правителя Могольской империи появляется золотоволосый чужеземец и заявляет, что он — дядя императора…
Интригующие арабески своего повествования Рушди создает в полном соответствии с реальной исторической канвой.
-Любовь делает мужчину дураком, - заметил Акбар. - Показать лицо возлюбленной всему миру - первый шаг к тому, чтобы ее потерять.
При дворе правителя Могольской империи появляется золотоволосый чужеземец и заявляет, что он — дядя императора…
Интригующие арабески своего повествования Рушди создает в полном соответствии с реальной исторической канвой.
Если верховная власть - это вопль, то существование всех остальных - эхо, отзвук этого вопля. От него простые люди глохнут.
При дворе правителя Могольской империи появляется золотоволосый чужеземец и заявляет, что он — дядя императора…
Интригующие арабески своего повествования Рушди создает в полном соответствии с реальной исторической канвой.
"Свобода - это сказка для женщин. Ни один человек на земле не свободен".
При дворе правителя Могольской империи появляется золотоволосый чужеземец и заявляет, что он — дядя императора…
Интригующие арабески своего повествования Рушди создает в полном соответствии с реальной исторической канвой.
"Возможно, проклятие рода человеческого заключается не в том, что все мы разные, а именно в том, что все мы очень похожи".
При дворе правителя Могольской империи появляется золотоволосый чужеземец и заявляет, что он — дядя императора…
Интригующие арабески своего повествования Рушди создает в полном соответствии с реальной исторической канвой.
– Почему папуасы непрерывно ведут войны между собой? ... – Вся беда в том, что суеверные папуасы считают, что бури и землетрясения вызывают их соседи, которым они сейчас же стараются отомстить.
Альфред Шклярский принадлежит к числу популярнейших польских, писателей, пишущих для молодежи. Польскому читателю особенно полюбился, цикл приключенческих романов Шклярского. Цикл объединен образами главных героев, путешествующих по разным экзотическим странам земного шара. Несмотря на общность героев, каждый роман представляет из себя отдельную книгу, содержание которой определено путешествиями и приключениями Томека Вильмовского, юного героя романов, и его взрослых товарищей. ...
Кто атакует первым, тот легче побеждает!
Альфред Шклярский принадлежит к числу популярнейших польских, писателей, пишущих для молодежи. Польскому читателю особенно полюбился, цикл приключенческих романов Шклярского. Цикл объединен образами главных героев, путешествующих по разным экзотическим странам земного шара. Несмотря на общность героев, каждый роман представляет из себя отдельную книгу, содержание которой определено путешествиями и приключениями Томека Вильмовского, юного героя романов, и его взрослых товарищей. ...
Madness, he thought. The ultimate horror for our paranoid culture: vicious unseen mechanical entities that flit at the edges of our vision, that can go anywhere, that are in our very midst.
Третья Мировая убедила человечество в собственной некомпетентности. В результате, в 1992 году правительства всех стран собрались в Женеве и передали верховную власть машине. Это был мегакопьютер нового поколения “Вулкан-3”, живущий своей собственной жизнью в недрах швейцарского подземного комплекса. Отныне именно он принимает все политичекие решения и создавет законы, пишет школьные программы и вершит правосудие. Но при этом он все равно остается машиной — грудой обыкновенного железа, постоянно...
По сути своей, массы отвергают саму идею стабильности. Главное здесь в том, что люди, не владеющие достаточной собственностью, чтобы за неё крепко держаться, более озабочены выгодой, чем безопасностью. Для них общество представляет собой поле боя. Структуру, в которой они надеются подняться к более высокому статусу.Рационально управляемое и стабильное общество, такое как наше, отвергает их стремления. Но в быстро меняющемся, нестабильном обществе нижние слои получают неплохой шанс захватить власть. Строго говоря, эти люди - искатели приключений, воспринимающие жизнь как азартную игру (игру, а не работу!), в которой можно выиграть повышение социального статуса.
Третья Мировая убедила человечество в собственной некомпетентности. В результате, в 1992 году правительства всех стран собрались в Женеве и передали верховную власть машине. Это был мегакопьютер нового поколения “Вулкан-3”, живущий своей собственной жизнью в недрах швейцарского подземного комплекса. Отныне именно он принимает все политичекие решения и создавет законы, пишет школьные программы и вершит правосудие. Но при этом он все равно остается машиной — грудой обыкновенного железа, постоянно...
Мода? Да что это за владычица такая, что все перед ней на колени, никто устоять не моги?! Торговка это, устраивающая перемену товара, наживающаяся на всесветном раболепии.
В центре повести — судьба рядовой современной семьи, выброшенной на обочину рыночной жизни. Мать семейства, защищая честь и безопасность своих детей, вершит над преступниками собственный суд справедливости.
Ее волновала женская тайна, в ней же заключенная, но не то физиологическое, тоже непонятное, жуткое, но и одинаковое для всех, а то невидимое, нутряное, более чувственное, чем физиология, запаленное особым духом: или тихое, сонное, едва шевелящееся, нежно перебирающее грудь, или вдруг окрыляющееся, распирающее ту же самую грудь, поднимающее от волнения на цыпочки. Словно что-то, не смеющее открыться, жило в ней, что-то счастливое уже тем, что его чувствуют и ищут. Песни она слышала из себя не однажды, и все того же тонкого тоскующего голоса. Она терялась от мысли, что она совершенно себя не знает. Все видимое имеет какую-то функцию, все пойдет в дело, для жизни и продолжения жизни, но нельзя же всю женщину, сколько ее есть, определить в постель и на кухню. Она вся туда не поместится, и не все будет принадлежать мужу. А что же есть то, что останется свободно, что-то сверхчувственное, не плотское, держащее себя в чистоте, устраивающее хозяйский обход, ласкающее женщину, когда не хватает ласки, и тихо-тихо перебирающее ее струны?
В центре повести — судьба рядовой современной семьи, выброшенной на обочину рыночной жизни. Мать семейства, защищая честь и безопасность своих детей, вершит над преступниками собственный суд справедливости.