Цитаты
286502
Добывая граммы, убиваешь годы жизни. Отмываешь килограммы - теряешь жизнь!
Собирательный сюжет романа основан на реальных событиях времен 1920–1930-х годов прошлого столетия. Создан по рассказам старожилов южных районов Красноярского края – охотников, золотоискателей, староверов, жителей отдаленных таежных деревень и заимок. Промысел соболя, кустарная добыча золота, тайны и неожиданные открытия, загадочные исчезновения людей тайги составляют канву этого увлекательного произведения, прочитав которое читатель узнает, насколько долгим бывает ожидание женщиной любимого...
Золото не иголка, за воротник не заткнешь. Большой объем благородного металла всегда вызывает у завистников черные мысли.
Собирательный сюжет романа основан на реальных событиях времен 1920–1930-х годов прошлого столетия. Создан по рассказам старожилов южных районов Красноярского края – охотников, золотоискателей, староверов, жителей отдаленных таежных деревень и заимок. Промысел соболя, кустарная добыча золота, тайны и неожиданные открытия, загадочные исчезновения людей тайги составляют канву этого увлекательного произведения, прочитав которое читатель узнает, насколько долгим бывает ожидание женщиной любимого...
Велика Сибирь, а спрятаться некуда.
Собирательный сюжет романа основан на реальных событиях времен 1920–1930-х годов прошлого столетия. Создан по рассказам старожилов южных районов Красноярского края – охотников, золотоискателей, староверов, жителей отдаленных таежных деревень и заимок. Промысел соболя, кустарная добыча золота, тайны и неожиданные открытия, загадочные исчезновения людей тайги составляют канву этого увлекательного произведения, прочитав которое читатель узнает, насколько долгим бывает ожидание женщиной любимого...
Каждый в своей жизни наконец находит то, что ищет. По делам и память.
Собирательный сюжет романа основан на реальных событиях времен 1920–1930-х годов прошлого столетия. Создан по рассказам старожилов южных районов Красноярского края – охотников, золотоискателей, староверов, жителей отдаленных таежных деревень и заимок. Промысел соболя, кустарная добыча золота, тайны и неожиданные открытия, загадочные исчезновения людей тайги составляют канву этого увлекательного произведения, прочитав которое читатель узнает, насколько долгим бывает ожидание женщиной любимого...
...Нельзя желать другому зла, человек в своих деяниях наказывает себя сам.
Собирательный сюжет романа основан на реальных событиях времен 1920–1930-х годов прошлого столетия. Создан по рассказам старожилов южных районов Красноярского края – охотников, золотоискателей, староверов, жителей отдаленных таежных деревень и заимок. Промысел соболя, кустарная добыча золота, тайны и неожиданные открытия, загадочные исчезновения людей тайги составляют канву этого увлекательного произведения, прочитав которое читатель узнает, насколько долгим бывает ожидание женщиной любимого...
Справедлива мудрость: "Тайга не скажет!" Однако правда, как смола, все равно рано или поздно, всплывает из кипящей воды.
Собирательный сюжет романа основан на реальных событиях времен 1920–1930-х годов прошлого столетия. Создан по рассказам старожилов южных районов Красноярского края – охотников, золотоискателей, староверов, жителей отдаленных таежных деревень и заимок. Промысел соболя, кустарная добыча золота, тайны и неожиданные открытия, загадочные исчезновения людей тайги составляют канву этого увлекательного произведения, прочитав которое читатель узнает, насколько долгим бывает ожидание женщиной любимого...
Очень хотелось парировать: при чем тут статус, что в нем такого? Но я слишком хорошо понимала, что статус важен, а все, кто доказывает обратное, заблуждаются или лгут.
Ну не может бизнесмен топ-уровня обрести счастье с уборщицей.
Несмотря на творческую профессию, склонностью к необдуманным поступкам Эсми Солнечный Ветер не страдала, Тамир эр Руз — тем более. Но эти двое случайно встретились возле Дворца бракосочетаний, а потом вдруг прозвучало: «Эсми, выходите за меня…» В тот момент о последствиях никто не думал, зато оба считали развод неприемлемым. А раз так, придется найти точки соприкосновения, преодолеть препятствия и разобраться с прошлым. И кто знает, может, эта авантюра перерастет в нечто большее? В настоящую...
La Mora
добавила цитату
из книги
«Падение Рыжего Орка [Укрощение рыжего чудовища]»
3 года назад
У Вари теперь на память о нем — шрам. У Тина на память о прошлом шрам на плече. У нее — на душе. Но шрам — лишь напоминание. Жить и быть счастливой он ей не помешает
Большинство людей не дает себе труда поглубже заглянуть в механизм, называемый совестью.
«Финансист» — первая книга «Трилогии желания» выдающегося американского писателя Т. Драйзера (1871–1945). Роман начинается с юношеских лет американского капиталиста Фрэнка Каупервуда и заканчивается в тот период жизни главного героя, когда он, чувствуя силу накопленных им капитала и профессионального опыта, провозглашает свой жизненный лозунг, давший название всей трилогии «Мои желания прежде всего».
Вопрос, приносит ли пользу грубое насилие, никем еще не разрешен. Насилие так неотъемлемо связано с нашим бренным существованием, что приобретает характер закономерности.
«Финансист» — первая книга «Трилогии желания» выдающегося американского писателя Т. Драйзера (1871–1945). Роман начинается с юношеских лет американского капиталиста Фрэнка Каупервуда и заканчивается в тот период жизни главного героя, когда он, чувствуя силу накопленных им капитала и профессионального опыта, провозглашает свой жизненный лозунг, давший название всей трилогии «Мои желания прежде всего».
Каждая личность – это клубок противоречий, а тем более личность одаренная.
«Финансист» — первая книга «Трилогии желания» выдающегося американского писателя Т. Драйзера (1871–1945). Роман начинается с юношеских лет американского капиталиста Фрэнка Каупервуда и заканчивается в тот период жизни главного героя, когда он, чувствуя силу накопленных им капитала и профессионального опыта, провозглашает свой жизненный лозунг, давший название всей трилогии «Мои желания прежде всего».
Эгоист, человек, живущий рассудком, весьма мало поступаясь своим «я», сам требует очень многого.
«Финансист» — первая книга «Трилогии желания» выдающегося американского писателя Т. Драйзера (1871–1945). Роман начинается с юношеских лет американского капиталиста Фрэнка Каупервуда и заканчивается в тот период жизни главного героя, когда он, чувствуя силу накопленных им капитала и профессионального опыта, провозглашает свой жизненный лозунг, давший название всей трилогии «Мои желания прежде всего».
Время сейчас было такое, что все крысята и все мыши притаились в своих норках, ибо из темноты на них глядел огромными горящими глазами свирепый кот – общественное мнение, – действовать осмеливались лишь самые старые, самые мудрые крысы.
«Финансист» — первая книга «Трилогии желания» выдающегося американского писателя Т. Драйзера (1871–1945). Роман начинается с юношеских лет американского капиталиста Фрэнка Каупервуда и заканчивается в тот период жизни главного героя, когда он, чувствуя силу накопленных им капитала и профессионального опыта, провозглашает свой жизненный лозунг, давший название всей трилогии «Мои желания прежде всего».
Настоящий человек – финансист – не может быть орудием в руках другого. Он сам пользуется таковым. Он создает. Он руководит.
«Финансист» — первая книга «Трилогии желания» выдающегося американского писателя Т. Драйзера (1871–1945). Роман начинается с юношеских лет американского капиталиста Фрэнка Каупервуда и заканчивается в тот период жизни главного героя, когда он, чувствуя силу накопленных им капитала и профессионального опыта, провозглашает свой жизненный лозунг, давший название всей трилогии «Мои желания прежде всего».
- Зачем в мокрый снег обувать туфли на высоком каблуке? - недоумевал врач.
- Простите, на самом деле, я - библиотекарь.
- Да? Тогда это меняет дело! - он улыбнулся, такой ответ занял первое место в рейтинге "Нелепых ответов пациентов травматологии".
Что делать, если инопланетянин открыл в тебе дар читать чужие мысли? Ты приходишь домой и слышишь правду, только правду и ничего кроме правды.… Некалорийные рассказы, любовь вместо торта на ночь.
Зона забирает душу, но зато дарит здоровье, которому могут позавидовать те, кто остался на Большой земле. У ходячих трупов насморка не бывает.
Американский полицейский Джек Томпсон, уже знакомый читателям по роману Дмитрия Силлова «Закон проклятого», никак не может забыть своих жену и дочь, погибших много лет назад. И вот однажды он узнает, что в далекой Чернобыльской Зоне некий академик Захаров при помощи артефактов оживляет давно умерших людей. И теперь единственной целью Томпсона становится добраться до Зоны и вернуть к жизни свою, казалось бы, навеки потерянную семью. Но у Зоны свои законы. И один из них гласит, что за...
Я хотела любви, признания и обожания. Впрочем, как любая нормальная женщина.
Рукописи не горят. А рожденные писателем герои начинают жить своей жизнью. Иногда они выходят из-под контроля и начинают переписывать сценарий жизни писателя.
Наталья Викторовна Мирошникова
добавила цитату
из книги
«Босс, снимите с нас наручники!»
3 года назад
"— Я не вкусная! Кожа да кости! И жир на груди! Двойка!"
— Ты что сделала? — цедит сквозь зубы незнакомец, поднимая руку вверх. И почему-то следом за его — в воздух взмывает и моя ладонь. Встаю на носочки со своим небольшим ростом, чтобы этот здоровяк не выдернул мне руку из плеча. До меня не сразу доходит, что наши запястья скованы наручниками. — Вы что, специально? Месть за то, что я сделала? — в тон ему нетерпеливо и озлобленно шепчу. — Немедленно снимите их! — Это твои наручники, глупая, — мужчина явно не в восторге от них так же, как и я. —...
В следующее мгновение Крис легко, с полуулыбкой коснулся губами ее губ, и… И ничего. Она ничего не почувствовала. Ни звездопада, ни хотя бы одной хлопушки. Сердце замерло, но не в сумасшедшем восторге, а в немом вопросе: это что такое сейчас происходит?! Возмущенная до глубины души, Джун вцепилась в лацканы пиджака и сама поцеловала Криса, упрямо ткнувшись губами в его улыбающийся рот, а потом торопливо обнюхала шею, как оборотень, который отчаянно надеется признать истинную пару. Тьфу. Ей не понравился запах Паркера сегодня. Слишком резкий. Сделалось до того обидно, что даже яркие краски в саду померкли, одна серость осталась. Почти три года воздыханий по Крису наконец-то окупились, а ей это было не нужно. Он был не нужен.
Лишившись семьи, Джун Эвери нашла приют в радушном поместье Фрэнка Андерсона на окраине Эдинбурга. Идеальное место, чтобы забыть о призраках прошлого. И все бы ничего, если бы не Тони! Единственный сын нового опекуна заклеймил Джун двуличной вампиршей и разрушил ее наивные мечты. Уехав в колледж, она надеялась навсегда избавиться от этого наглого сероглазого сноба… Но жизнь непредсказуема. Фрэнка Андерсона больше нет, а его завещание уничтожат, если Тони и Джун не помирятся. Вот только им...
Кто его когда-то за язык потянул? Зачем повелся на слабо и пожал руку дементору? Сиди теперь, осознавай, почему внутри ни хрена не осталось, ни одной светлой эмоции. Да, когда-то в школе он приглашал Мелани на свидание… раз пять, но на большее не хватило, сдался. А точнее, забил. Переключился на Джун, как на нейтралку, и покатился со склона, потому что ручной тормоз заклинило. На Джун – переклинило.
Лишившись семьи, Джун Эвери нашла приют в радушном поместье Фрэнка Андерсона на окраине Эдинбурга. Идеальное место, чтобы забыть о призраках прошлого. И все бы ничего, если бы не Тони! Единственный сын нового опекуна заклеймил Джун двуличной вампиршей и разрушил ее наивные мечты. Уехав в колледж, она надеялась навсегда избавиться от этого наглого сероглазого сноба… Но жизнь непредсказуема. Фрэнка Андерсона больше нет, а его завещание уничтожат, если Тони и Джун не помирятся. Вот только им...
За что ему такое наказание? Когда, в какой момент он пустил жизнь под откос и вляпался в чувства к Бэмби? То, что он испытывал к ней, прожигало, изматывало. Больная химия, боль. Постоянная, губительная. А без нее никак. Не удовлетворяли другие, их было мало. Всего мало: аромата, тепла, шепота, болота… Один только прямой взгляд Джун стоил всех, кого Тони впускал в свою постель. Может, потому никто и не задерживался. Они проигрывали в сравнении.
Лишившись семьи, Джун Эвери нашла приют в радушном поместье Фрэнка Андерсона на окраине Эдинбурга. Идеальное место, чтобы забыть о призраках прошлого. И все бы ничего, если бы не Тони! Единственный сын нового опекуна заклеймил Джун двуличной вампиршей и разрушил ее наивные мечты. Уехав в колледж, она надеялась навсегда избавиться от этого наглого сероглазого сноба… Но жизнь непредсказуема. Фрэнка Андерсона больше нет, а его завещание уничтожат, если Тони и Джун не помирятся. Вот только им...
Мир не против тебя, Джун. Ты и есть часть мира. Если кто-то к тебе жесток, то это лишь потому, что этот человек заблуждается. Вот и все.
Лишившись семьи, Джун Эвери нашла приют в радушном поместье Фрэнка Андерсона на окраине Эдинбурга. Идеальное место, чтобы забыть о призраках прошлого. И все бы ничего, если бы не Тони! Единственный сын нового опекуна заклеймил Джун двуличной вампиршей и разрушил ее наивные мечты. Уехав в колледж, она надеялась навсегда избавиться от этого наглого сероглазого сноба… Но жизнь непредсказуема. Фрэнка Андерсона больше нет, а его завещание уничтожат, если Тони и Джун не помирятся. Вот только им...
Чтобы научиться жить, для начала перестань бояться. Ты пойми, совершенно не важно, кто ты и откуда пришла. Важно, хочешь ли ты остаться.
Лишившись семьи, Джун Эвери нашла приют в радушном поместье Фрэнка Андерсона на окраине Эдинбурга. Идеальное место, чтобы забыть о призраках прошлого. И все бы ничего, если бы не Тони! Единственный сын нового опекуна заклеймил Джун двуличной вампиршей и разрушил ее наивные мечты. Уехав в колледж, она надеялась навсегда избавиться от этого наглого сероглазого сноба… Но жизнь непредсказуема. Фрэнка Андерсона больше нет, а его завещание уничтожат, если Тони и Джун не помирятся. Вот только им...
– Ох, детка. Осторожнее. Ждать, что кто-то подарит тебе крылья – то же самое, что ждать, кто бы подарил тебе почку. Надежнее самой отрастить, иначе так и будешь ползать, пока какой-нибудь мудак лапши на уши не навешает и не растопчет.
Лишившись семьи, Джун Эвери нашла приют в радушном поместье Фрэнка Андерсона на окраине Эдинбурга. Идеальное место, чтобы забыть о призраках прошлого. И все бы ничего, если бы не Тони! Единственный сын нового опекуна заклеймил Джун двуличной вампиршей и разрушил ее наивные мечты. Уехав в колледж, она надеялась навсегда избавиться от этого наглого сероглазого сноба… Но жизнь непредсказуема. Фрэнка Андерсона больше нет, а его завещание уничтожат, если Тони и Джун не помирятся. Вот только им...
А сейчас... если бы ее спросили сейчас, каким был Ллойд Эвери, то она сказала бы: это был вечно мятущийся дух, который распылялся на два континента, а в итоге любил всех по чуть-чуть, но никого – достаточно. Так случается, когда не хватает смелости сделать выбор.
Лишившись семьи, Джун Эвери нашла приют в радушном поместье Фрэнка Андерсона на окраине Эдинбурга. Идеальное место, чтобы забыть о призраках прошлого. И все бы ничего, если бы не Тони! Единственный сын нового опекуна заклеймил Джун двуличной вампиршей и разрушил ее наивные мечты. Уехав в колледж, она надеялась навсегда избавиться от этого наглого сероглазого сноба… Но жизнь непредсказуема. Фрэнка Андерсона больше нет, а его завещание уничтожат, если Тони и Джун не помирятся. Вот только им...