- Почему ты не ходишь на занятия? - Я ищу себя в искусстве.
- Что ты знаешь о Некрасове? - Это певец. - Какой еще певец? - Певец боли и гнева.
В процессе эволюции человекообразная обезьяна начинает заниматься общественной деятельностью.
Киевские князья были очень раздроблены
Приходите ко мне на день рождения, я вам музыку поставлю, конфеты покажу…
Древним египтянам жилось плохо, и они создали советскую власть.
-Ты умеешь нырять? - Да. - А выныривать?
Кровать - четвероногий друг человека.
Мы пришли из разных миров, этого нельзя отрицать. Я ничего так не хотел, как быть с ней, но я не был уверен, как наши миры когда-нибудь смогут слиться.
Это лучшие две книги, по моему скромному мнению, от автора... История любви главных героев просто восхитительна...
— придёт время, и ты встретишь свою любовь. — где? — там, где меньше всего этого ожидаешь.
Валерио подошел ко мне и тоже обнял. — В следующий раз я тоже надеру байкерам задницу, когда они похитят тебя. Я подавилась смехом. — Я очень надеюсь, что это было последнее похищение, и ты не должен ругаться.
“— Все ждут, когда я оступлюсь. Я не доставлю им такого удовольствия.”
— Твоему отцу это не понравится, и мне тоже. Он означает неприятности. — Ты всегда говоришь, что Джианна это неприятности, и что ты любишь неприятности. Почему я не могу? Маттео усмехнулся. — Ты не должна использовать меня в качестве примера для своего жизненного выбора.
Ты сожалеешь только о том, чего не сделала .
“Life’s too short not to do the things we enjoy…”
Некоторые вещи всегда остаются с тобой. Вы просто учитесь игнорировать их.
Если любовь превращает тебя в идиота, я лучше не буду влюбляться. Это пустая трата времени и энергии.
— В этой жизни счастье надо выгрызать зубами. За мечту — биться. Или ты думаешь, власть приносят на блюдечке с каёмочкой? —
«Страх — это нормально, — рычит волк. — Мы все боимся чего-то. Но можно бежать, а можно идти навстречу страху. Это и значит — бороться. Быть выше инстинкта.
Дела — самая хорошая таблетка от ярости.
— После подземелья я нёс тебя на руках… — говорит он. — И, знаешь, прятать книгу в кармане — не лучшая идея.
— Вы видели её? — шепчу, холодея нутром.
— Да. Она была абсолютно пустой, но от страниц пахло черно-магическим проклятием, таким же, каким раньше пахла и ты. А потом я застал тебя в саду с крайне подозрительным осколком зеркала в руках, и сомнений не осталось. Надо сказать, что шпионские игры — это не твоё.
— Просто мне достался сильный противник, — криво улыбаюсь я. — И что вы теперь сделаете со мной? Сдадите?
— Кому, интересно? Властям? — поднимает брови Алан.
— Ну…
— Я вот как раз представитель власти, — ухмыляется он. — Сдашься мне?
— А пытки будут? — нервно шучу я.
Кстати… — толстяк смотрит на тарелку, что стоит возле меня, — ты похлёбку есть не собираешься?
— Может, и не собираюсь…
— Так отдай тем, кому больше надо.
— Тебе что ли?
— Мне, — не отпирается оборотень, а сам уже через прутья тянет пухлую руку. Но я тарелку отодвигаю.
— А ты мне что? — щурюсь я.
Оборотень удивлённо хлопает глазами:
— Как что! Я тебе фигуру спасу, а так и потолстеть недолго.
... и встретились два южных итальянца, а если они встречаются, то минимум полчаса прервать их невозможно. За пять минут у них находится пара общих знакомых, или родственников, или знакомых их знакомых, или знакомых родственников и так далее, и прервать эту увлекательную беседу двух недавних незнакомцев, а сейчас уже близких друзей не сможет никто.
... кампанилизмо – наша колокольня выше соседской – любимая развлекалочка Италии.