- Кажется, она возвращается, - вздохнул Гиос.
- С чего ты решил? - резко поднял голову герцог, хмуро глядя в сторону окна.
- Дракон низко летает, - пожал плечами старик. - Низко летает, трясётся весь и старается не привлекать к себе внимания.
"Кто пойдёт проверить?", - как бы взглядом спрашивал герцог.
"Мы конечно вас любим, но это ваша жена!", - как бы взглядом отвечали слуги.
"Зато теперь она моя. Всецело. Я сделал то, на что были не способны все мужчины на свете! Я выжил."
- Хватит работать на него! Давайте поднимем мятеж! - кричал сообразительный паренёк, жалобно заглядывая в глаза герцогу.
- Не бойся, - прошептал Бертран, глядя с затаённой нежностью в перепуганные глаза.
- Я не б-б-боюсь, - послышался мужественный голос Пять Мешков.
"Это я не тебе, это я себе", - вздохнул герцог...
Маленькие секреты, если их долго скрывать от близких, имеют обыкновение постепенно превращаться в большие, мрачные тайны, которые вредят даже самым крепким отношениям.
волноваться, не имея возможности изменить ситуацию, - совершенно бессмысленное занятие
Чувства. Я думаю, что я радуюсь отличной оценке за курсовую, но это не радость, а тщеславие. Я обижен грубым словом. Нет, это корчится моя уязвленная гордыня. Я плачу над судьбами мира. Нет, я унываю. Двуликие монстры живут в моем сердце, тайные и неизведанные корешки питают привычные, как одуванчик, душевные проявления.
Жизнь-то прошла, а словно и не жил.
Я тоскую по утраченному, ещё не будучи, обретенным, порядку.
Отношения с людьми, которые я пытаюсь выстроить по разумным и простым законам, мгновенно влекут за собой хаос и абсурд. Оглушительные. Ибо на самом деле они требуют не простоты, а сложности: понимания подтекста слышимого, уместности говоримого, сопоставления с понятым ранее, этсетера, этсетера. Бог весть сколько глупостей, вызвавших обиды, ссоры и усложнение отношений, я уже сказал. И сколько всего нужного, ожидаемого, необходимого не догадался произнести.
Мне нравятся девушки с глубоким внутренним содержанием - но они полны драм и тяготеют к мужчинам с ещё более глубоким содержанием и тоже драмами. Эти мужчины по странному совпадению привлекательны внешне.
Поезд не пойдёт быстрее от того, что ты нервничаешь в вагоне.
Образ - это то, на что нельзя положиться. Та паутина, которую мы сами плетем из фамилий и дат.
Если душа не лежит, то ничего не стоит
Она не имеет иной цели, кроме доказательства самого своего существования
страшно то, что больше нет ничего личного
невозможно выдумать больших монстров, чем люди
У нас, филологов, это больное место — сила слов.
...нас, филологов, из розетки не выключишь. И слова мы привыкли разбирать по косточкам в самом неадекватном состоянии — если вы когда-нибудь сдавали экзамен по русскому с дикого бодуна, вы даже в маразме не потеряете эту способность. Дом перестанете находить, трусы забудете, как снимать, родных перестанете узнавать, а вот язык останется с вами навсегда.
...нас, духовно богатых девушек, так просто красивыми мышцами и заводным сексом не возьмешь! Мы пять лет на филфаке учились любить за глубокую душу, а не безупречный пресс.
— Ну расскажи-и-и! — заканючила она. — Дарина, ты никогда про своих парней не рассказываешь, а мы все время болтаем! Так нечестно. Что у вас было?
Я склонилась к ней с заговорщицким видом и вполголоса проговорила:
— Все, что ты можешь себе вообразить, Ника. Все. И еще столько же.
— Обалде-е-е-е-е-еть… — протянула она, сложив лапки у груди и, клянусь, у нее в глазах сверкали золотые звездочки, как у героини аниме.
Хорошее воображение, аж завидно.
Да, она идеальная. Хоть и с плоской жопой. Зато я с ним сплю!
—... потом у нас будет целая ночь жесточайшего разврата. Ты еще попросишь пощады, но я буду жесток!
— Кто еще попросит пощады, — расхрабрилась я, чувствуя, как ревность отступает перед волной жгучего предвкушения. — Ты уже слегка поистратился этим вечером. А мы, девочки, куда более выносливые.
— Не надо вот меня недооценивать, — оскорбился Егор. — Пока у мужчины есть руки и язык, он способен утомить хоть десяток девушек за ночь.
Календарь мы пока вертеть не научились. Даже ради туристов. Даже за деньги.