Как ему объяснить, что, если двоим хорошо в постели, это еще ничего не значит? Люди приходят в бар, знакомятся, общаются около часа и уже едут вместе домой! При этом оба ровным счетом ничего друг для друга не значат.
Я не злюсь, и не гоняюсь за женщинами, которые не хотят, чтобы их догнали.
Фэллон продолжила беспечным, издевательским тоном:
— Мы еще в школе выяснили, что агрессоры обижают других, потому что не уверены в себе. Они сами испытывают боль. — Она обняла колени руками. — Нам не стоит злиться. Мы должны их жалеть. Мэдок в жизни не принимал реальных решений, значит, у него не было ничего настоящего. Этот дом, машины, деньги. Это всё иллюзия. Всё равно, что хвалиться победой в войне, в которой не участвовал. – Фэллон вздохнула, медленно прошептав: – Мэдок понятия не имеет, кто он.
— Доверься мне, — перебил Мэдок. — Ты меня любишь?
Я кивнула, словно ребенок, желающий отведать мороженого.
— Да.
— В смысле, любишь так сильно, что не смогла бы меня убить, если б я превратился в зомби?– продолжал допытываться он с озорным выражением на лице.
— Да. — Я засмеялась.
Послушай-ка, какой урок об отношениях женщин и мужчин я усвоила. Женщины принимают любые мелочи за чистую монету, а мужчины думают только о себе.
Мы терпеливо глотаем глыбы дерьма, которыми нас потчует жизнь, пока не выстроим внутри себя такую прочную стену, какую ничем не пробьешь.
Женщины всегда задают вопросы, ответы на которые не хотят слышать на самом деле.
Если хотите, совет вам от мужчины с практически двумя разводами за плечами... — Джейсон перевел взгляд с Мэдока на меня. — Спорьте. Решайте всё спорами. Не выходите из дома злыми, не ложитесь в постель рассерженными. Спорьте, пока проблема не будет улажена. Конец ссоры — это начало отступления.
Нужно найти то, что любишь. То, за что готов сражаться, чтобы жизнь была целью, а не работой.
Мы всегда хотим то, что нам во вред. Мэдок был сексуален. Он знал об этом. И знал, что все окружающие тоже были в курсе. Однако под белокурыми волосами, мальчишескими голубыми глазами, подтянутым телом и гладкой кожей таилось зло. Он плохой. Когда-нибудь его внешность увянет, и рядом с той, с которой он в итоге свяжет свою жизнь, останется просто плохой человек.
...мужчина только в одном случае свято верит женщине: когда она сообщает, что он лучше другого, и то лишь потому, что сам так считает.
...поцелуй – таинство двух сердец.
– Вы так пристально меня рассматриваете, словно у меня на голове корона, – произнес целитель, закончив осмотр.
– Извините. Не могу понять, как молодой мужчина может так рано поседеть.
Лекарь вздрогнул. По большому счету он имел право не отвечать.
– Это случилось пятнадцать лет назад, леди. На моих глазах умерла та, которую я любил больше жизни, и я не смог ничего сделать. Только клятва, связывающая меня с королевской семьей, не дает уйти вслед за Сиэллой.
– Я не желаю продолжать участие в отборе, в котором организаторы преднамеренно наносят вред конкурсанткам, позволяют себе оскорбления в их адрес, а также заставляют давать нерушимые клятвы королевской семье под воздействием некромантского ритуала. – Я не отрывала взгляда от глаз его высочества, которые темнели с каждым произнесённым словом. – Это подло и низко по отношению к союзным государствам, чьи подданные хотят побороться за ваше сердце.
– Достаточно! Я бы не попала на отбор, если бы не была невинной девицей. Хочешь правду? Так вот она: я брала уроки у куртизанок и тренировалась на помидорах! Чтобы быть самой лучшей женой для своего жениха. Чтобы не наскучить ему, чтобы во всем быть самой-самой, и чтобы он никогда не пожалел о нашем союзе.
Меня переполняли гнев, стыд и злость. Причем злилась не только на мужчину, злилась на себя за то, что не сдержалась. Это был мой выбор. То, что лепила из себя идеальную жену для Дерека, лишь мой выбор. И винить в этом его высочество глупо. Как и глупо было озвучивать все то, что наговорила.
– И зачем мне смотреть на зависть и злость? – прошептала я, но всё-таки обернулась в ту сторону, куда указывал кутюрье.
– Потому что врагов нужно знать в лицо, – произнесла леди Альеси. – Обычно на их лицах написано все: и на что они способны, и насколько агрессивно настроены.
Вино делает женщину уступчивой, а мужчину слабым.
Женская коллективная истерика – штука самоподдерживающаяся.
Родственники не бывают врагами?
Это вы с ними денег не делили.
Между прочим, по институту ходила шутка, что гадюка на эмблеме – это медик, который сцеживает яд. И в ней была доля правды.
Любой допрос – это парный танец. И если ты попадаешь в ритм… Это кто еще кого допросит.
Ребенка воспитывают, пока он лежит поперек лавки. А потом, когда он растет — это закрепляется.
Именно поэтому так глупы вопли: «я его (ее) перевоспитаю». Ага, шесть раз.
Нельзя перевоспитать человека. Он может измениться сам. И то — внешне. Но стержень внутри останется тот же. И в экстремальных ситуациях вылезет наружу. Да так, что только держись...
Благими намерениями выстлана дорога в ад
Невозможно перевоспитать человека. Он может измениться сам и то внешне, но стержень внутри останется тот же, и в экстремальных ситуациях вылезет наружу, да так, что только держись!