Умная жена — лучший союзник, которого только может иметь мужчина.
Излишние действия иногда также вредны, как и бездействие.
Если дорога легка, то, скорее всего, ты идешь не тем путем.
У меня в последнее время такое ощущение, как будто я тупею с каждым днем...
Она хотела предстать перед ним во всем великолепии, а он хотел наблюдать процесс одевания! Это невозможно.
Тем не менее, ноги сами принесли его туда, откуда было видно окно Марьяны. Почему-то этот светлый прямоугольник притягивал его взгляд.
И чего он так мерзко ухмыляется, так и хочется дать по роже. Но нельзя. Надо быть добрым и терпеливым.
Есть вещи, которые нельзя переписать – происхождение, дань религии и традициям, разность наших ценностей. Смирись и отпусти меня. Не держи так крепко, не держи, словно имеешь на это право...
Моему взгляду предстала роскошная спальня, обставленная со вкусом «все красивое сюда, и это тоже!».
Дочка красотой пошла в отца. Если бы не платье, то к ней бы обращались «сэр».
Следы жизнедеятельности человека заметили сразу, в виде двух окоченевших трупов и валяющихся кое-где стреляных гильз.
Дети вообще наводят на философские мысли. И заставляют острее чувствовать. И ярче видеть.
И наслаждаться каждым моментом…
– У морских коньков самцы беременными ходят, – вставляет Руслан. – А ты чем хуже конька?
– Я лучше! – отзывается Максим. – У меня хвост не загогулиной.
– Купи мне чего-нибудь вкусненького на обратном пути.
– Чего?
– Не знаю… Чего-нибудь такого. Ну… Такого.
Вероничка изображает в воздухе нечто неопределенное.
– Кислого, но сладкого? Красного, но зеленого?– смеюсь я.
– Да! – восклицает Вероничка.
– Будет сделано, моя королева.
У боли больше нет лица
Есть маска и оскал.
Рукопожатье подлеца
Как бытия провал.
Женщина, которую он любил, стояла у стойки бара и смотрела на него. Женщина, которую он любил…. И к которой не мог прикоснуться. Женщина, которая никогда не простит его. Женщина, которую он уничтожил и похоронил восемь лет назад. Вот она.
Я - бремя, я боль этого мира. Для тебя. Для многих других. До и после. И во время….
Счастье любит тишину…
Если из всей этой ситуации я вынес какой-то урок, то он очень прост: надо быть вместе. И в радости, и в горе. По-настоящему вместе. Одной командой.
Я сама понимаю, что совершила ужасную глупость! Но… Я взрослая женщина. Сама решаю, какие глупости мне творить.
Опять я ищу виноватых…
Никто не обязан был вытирать мне сопли. Никто не понял, что я в неадеквате.
– Дело не в волосе, – вещает Таня.
– А в чем?
– В твоей подозрительности. Раз у тебя возникли нехорошие мысли, значит, ты что-то чувствуешь…
– Если бы тот брак состоялся, я стал бы самым несчастным человеком на свете.
– Почему?
– Потому что я тогда был молодым дебилом. Которым управлял тестостерон.
– Что ты там мямлишь? – заинтересовалась его супруга.
– Изняться шел, – просопел он, резко вдохнул и повторил громче: – Извиняться пришел! Без тебя, родной моей стервозины, сердце на место так и не встает....
– То есть признаешь, что был не прав? – она делала вид, что очень заинтересована разглядыванием кухонной плиты.
– Честно говоря, я признаю, что даже не помню, почему мы поссорились, – выдал он и спешно добавил: – Но я был очень в том деле неправ! До сих пор стыдно!
– ...Я же мать, Оля, а любая мать хочет одного.
– Счастья для своего сына? – поняла я.
Но, видимо, не угадала, поскольку она ответила почти презрительно:
– Какое мне дело до вашего счастья? Но маленьких снеговичков понянчить не откажусь! А то от Снегуриты не дождёшься – то у неё карьера, то борьба за экологию, то борьба с экологами, что бизнес давят, то «мне и восьмисот не исполнилось, часики еще не тикают». Они там на Аляске все отмороженные?