Цитаты
285242
– Некоторые мужчины по-настоящему любят своих жен.
– Конечно, любят! – восклицает Оля. – Изменит – и бегом к ней. Виноватый, нежный, заботливый. Не мужчина – золото!
Тему подхватывает вторая:
– Ага, нагулялся с шалавами, пришел домой, смотрит на свою уютную домашнюю жену и думает: какой же я козел! И давай подарки дарить, вину искупать…
– Виноватый муж очень полезная вещь в хозяйстве, – смеется моя маникюрша Эльвира.
Я люблю своего мужа. А он… мне давно кажется, что он меня разлюбил. Я не могу родить ему ребенка. А она может. Она - красивая, уверенная, наглая… Его любовница. Что ж, я не собираюсь им мешать. Пусть катится ко всем чертям! Вот только тест внезапно показал две полоски…
– То есть вы… одобряете?
– Что одобряю? – она свела брови. – Ваши отношения? Тебя? Да я бы уже даже осиновое бревно одобрила, если бы мой сын был любителем природы...
Ничто не предвещало беды. Хотя елочная игрушка в виде красного шара непрозрачно намекала, куда лучше не подходить. Но я уработалась настолько, что в бессознательном состоянии не уловила предупреждающего сигнала и улетела в странную семью Деда Мороза. Попутно нашла подработку, любовь, смысл жизни и… рассольник.
Не верь человеческим женщинам, иноземец, мы только в приступах сумасшествия говорим то, о чем думаем, а все остальное время об этом сожалеем.
Ничто не предвещало беды. Хотя елочная игрушка в виде красного шара непрозрачно намекала, куда лучше не подходить. Но я уработалась настолько, что в бессознательном состоянии не уловила предупреждающего сигнала и улетела в странную семью Деда Мороза. Попутно нашла подработку, любовь, смысл жизни и… рассольник.
Впервые вижу стереотипы, которые полностью отражают реальность.
Ничто не предвещало беды. Хотя елочная игрушка в виде красного шара непрозрачно намекала, куда лучше не подходить. Но я уработалась настолько, что в бессознательном состоянии не уловила предупреждающего сигнала и улетела в странную семью Деда Мороза. Попутно нашла подработку, любовь, смысл жизни и… рассольник.
– Мы же практически первооткрыватели! Должны хотя бы описать увиденное, собрать образцы!
– Тебе мало плотоядного цветка? – приподнял бровь Крейг.
– Я не вижу зубов у этой елки!
– Ну, может, там иголки ядовитые.
– Ой, да ладно, у меня еще противоядие осталось, – беззаботно отмахнулась я, но Крейг был непреклонен.
– Шаттер, не заставляй меня думать, что ты полная дура.
– Была бы умная, здесь бы не оказалась, – огрызнулась в ответ, и мы пошли дальше по дороге.
За одну мааааленькую такую и совсем безобидную шалость меня выставили из Темнейшей академии. Нет, не просто выставили, а отправили доучиваться к светлым магам!
И я честное слово хотела начать все с чистого листа, быть тихоней и паинькой, но они же сами меня вынуждают!
Особенно этот.
Этот самовлюбленный, наглый, отчаянно смелый боевой маг. Нет, серьёзно, ну кто ещё в здравом уме и трезвой мысли будет ругаться с ведьмой?
Парень покачал головой.
– Ты невозможна.
– Ну почему же, я очень даже возможна. На, пощупай, – я сунула ему под нос кулак, и парень прыснул.
За одну мааааленькую такую и совсем безобидную шалость меня выставили из Темнейшей академии. Нет, не просто выставили, а отправили доучиваться к светлым магам!
И я честное слово хотела начать все с чистого листа, быть тихоней и паинькой, но они же сами меня вынуждают!
Особенно этот.
Этот самовлюбленный, наглый, отчаянно смелый боевой маг. Нет, серьёзно, ну кто ещё в здравом уме и трезвой мысли будет ругаться с ведьмой?
— Да, я социопат… или социофоб, как правильно?
— Главное, чтобы не социофил, — гоготнул Вовка.
Все произошло ровно, как в той сказке «Про пастушка», который ради развлечения кричал «Волки». Очередная дата апокалипсиса была объявлена, но большинство уже не поверило. Небольшой процент населения планеты… и двое друзей, один из которых регулярно и с прилежанием готовился к каждому концу света, не состоявшемуся ранее. Они смогли пережить гибель Мира, но теперь впору завидовать мертвым…
– Ну и кто же в твоем вкусе? – прищурился Алекс.
Я нагло ухмыльнулась:
– Ну, знаешь, более зрелые личности. Марк, например.
От моих слов кто-то закашлялся. В идеальной тишине столовой человек аж хрипел, как будто не в то горло пошла минимум баранья нога.
– Шаттер, – просипел бедолага, и я поняла, что где-то у меня за спиной давился обедом Изверг.
Я развернулась к декану и промурлыкала:
– В ваш кабинет?
И подмигнула для верности.
– К ректору! – взревел доведенный до бешенства декан.
Я тяжело вздохнула:
– Вот видишь, София, как я страдаю.
– От чего? – не поняла красотка.
– От недоеденного обеда. – я сделала паузу и добила присутствующих: – И неразделенной любви.
– Шаттер! – рявкнул прокашлявшийся декан. – К ректору! Бегом марш!
За одну мааааленькую такую и совсем безобидную шалость меня выставили из Темнейшей академии. Нет, не просто выставили, а отправили доучиваться к светлым магам!
И я честное слово хотела начать все с чистого листа, быть тихоней и паинькой, но они же сами меня вынуждают!
Особенно этот.
Этот самовлюбленный, наглый, отчаянно смелый боевой маг. Нет, серьёзно, ну кто ещё в здравом уме и трезвой мысли будет ругаться с ведьмой?
– Ты – ведьма! – пафосно заявила София, ткнув в меня пальцем. Как будто остался еще хоть один студент, кто не в курсе моего происхождения.
– Сюрприз. – ответила я, составляя тарелки с подноса на стол. Раз уж мне освободили пространство, чего б им и не воспользоваться.
– Ты околдовала Алекса! – девица театрально заломила руки.
Упомянутый Алекс в это время как раз подходил к линии раздачи вместе со своей компанией, точно король со свитой.
– И зачем? – спросила я, беря приборы в руки.
– Чтобы женить на себе! – торжественно провозгласила София.
Столовая аж дышать перестала в ожидании моего ответа.
– Фу. – поморщилась я.
– В смысле «фу»?! – возмутился Алекс. Не выдержал-таки.
– В прямом, – я закинула в рот кусочек мяса. – Ты не в моем вкусе.
За одну мааааленькую такую и совсем безобидную шалость меня выставили из Темнейшей академии. Нет, не просто выставили, а отправили доучиваться к светлым магам!
И я честное слово хотела начать все с чистого листа, быть тихоней и паинькой, но они же сами меня вынуждают!
Особенно этот.
Этот самовлюбленный, наглый, отчаянно смелый боевой маг. Нет, серьёзно, ну кто ещё в здравом уме и трезвой мысли будет ругаться с ведьмой?
Опыт - дело наживное...
Ничто не предвещало беды. Хотя елочная игрушка в виде красного шара непрозрачно намекала, куда лучше не подходить. Но я уработалась настолько, что в бессознательном состоянии не уловила предупреждающего сигнала и улетела в странную семью Деда Мороза. Попутно нашла подработку, любовь, смысл жизни и… рассольник.
Красота – понятие относительное, не всякое чудо уместно во время бодрствования.
Ничто не предвещало беды. Хотя елочная игрушка в виде красного шара непрозрачно намекала, куда лучше не подходить. Но я уработалась настолько, что в бессознательном состоянии не уловила предупреждающего сигнала и улетела в странную семью Деда Мороза. Попутно нашла подработку, любовь, смысл жизни и… рассольник.
Ишь, какое сложное у людей подсознание – оно само по себе празднует Новый год, даже если его хозяин праздновать не собирался.
Ничто не предвещало беды. Хотя елочная игрушка в виде красного шара непрозрачно намекала, куда лучше не подходить. Но я уработалась настолько, что в бессознательном состоянии не уловила предупреждающего сигнала и улетела в странную семью Деда Мороза. Попутно нашла подработку, любовь, смысл жизни и… рассольник.
если нечто маячит перед глазами всю жизнь, то ценность этого незаметна, человек даже не задумывается об уникальности или редкости того, чем всегда обладал.
Ничто не предвещало беды. Хотя елочная игрушка в виде красного шара непрозрачно намекала, куда лучше не подходить. Но я уработалась настолько, что в бессознательном состоянии не уловила предупреждающего сигнала и улетела в странную семью Деда Мороза. Попутно нашла подработку, любовь, смысл жизни и… рассольник.
Говорят, невезение – заразная хроническая болезнь, и я точно могу подтвердить: это так.
Ничто не предвещало беды. Хотя елочная игрушка в виде красного шара непрозрачно намекала, куда лучше не подходить. Но я уработалась настолько, что в бессознательном состоянии не уловила предупреждающего сигнала и улетела в странную семью Деда Мороза. Попутно нашла подработку, любовь, смысл жизни и… рассольник.
Причем среди мародеров выработался определенный «этикет» — пока одна группа обчищает магазин, другая туда не суется, и мирно ждет в стороне, пока место освободится.
Все произошло ровно, как в той сказке «Про пастушка», который ради развлечения кричал «Волки». Очередная дата апокалипсиса была объявлена, но большинство уже не поверило. Небольшой процент населения планеты… и двое друзей, один из которых регулярно и с прилежанием готовился к каждому концу света, не состоявшемуся ранее. Они смогли пережить гибель Мира, но теперь впору завидовать мертвым…
– Ты чего? – обалдела я, рассматривая, как и без того маленькая девчушка съеживается до размеров табакерки.
– Я… безнадежна! – всхлипнула Фредерика.
– Ну что ты, все безнадежные на кладбище, – как могла ободрила я девчонку.
За одну мааааленькую такую и совсем безобидную шалость меня выставили из Темнейшей академии. Нет, не просто выставили, а отправили доучиваться к светлым магам!
И я честное слово хотела начать все с чистого листа, быть тихоней и паинькой, но они же сами меня вынуждают!
Особенно этот.
Этот самовлюбленный, наглый, отчаянно смелый боевой маг. Нет, серьёзно, ну кто ещё в здравом уме и трезвой мысли будет ругаться с ведьмой?
...самый простой способ – всегда самый надежный.
Паркер Пайн занимается необычным делом – устраивает людям личное счастье: восстанавливает семейные союзы, помогает найти спутника жизни, старается вернуть вкус бытия разочаровавшимся в нем. При этом он организует самые настоящие представления по сценариям, написанным писательницей Ариадной Оливер, хорошо знакомой читателям Агаты Кристи. Но часто людские невзгоды и несчастья сопровождаются преступлениями – или ведут к ним. И это обратная сторона работы Паркера Пайна… В этом сборнике рассказов...
дураки и деньги вместе долго не живут.
Паркер Пайн занимается необычным делом – устраивает людям личное счастье: восстанавливает семейные союзы, помогает найти спутника жизни, старается вернуть вкус бытия разочаровавшимся в нем. При этом он организует самые настоящие представления по сценариям, написанным писательницей Ариадной Оливер, хорошо знакомой читателям Агаты Кристи. Но часто людские невзгоды и несчастья сопровождаются преступлениями – или ведут к ним. И это обратная сторона работы Паркера Пайна… В этом сборнике рассказов...
Намерение, знаете ли, иногда важнее, чем оружие, так как оружие всегда можно найти.
Паркер Пайн занимается необычным делом – устраивает людям личное счастье: восстанавливает семейные союзы, помогает найти спутника жизни, старается вернуть вкус бытия разочаровавшимся в нем. При этом он организует самые настоящие представления по сценариям, написанным писательницей Ариадной Оливер, хорошо знакомой читателям Агаты Кристи. Но часто людские невзгоды и несчастья сопровождаются преступлениями – или ведут к ним. И это обратная сторона работы Паркера Пайна… В этом сборнике рассказов...
Во-первых, есть люди, которых легко смутить: если на них кричат, они повинуются. Есть другие - у них силен дух противоречия, они всегда противятся тому, что им советуют. И наконец, наиболее распространенный тип - это человек, поддающийся внушению. Он видит автомобиль, потому что слышит клаксон, или почтальона, если слышит, как звякает почтовый ящик; он видит кинжал в ране, если ему скажут, что кого-то зарезали, и услышит звук выстрела, если речь пойдет о пистолете.
Паркер Пайн занимается необычным делом – устраивает людям личное счастье: восстанавливает семейные союзы, помогает найти спутника жизни, старается вернуть вкус бытия разочаровавшимся в нем. При этом он организует самые настоящие представления по сценариям, написанным писательницей Ариадной Оливер, хорошо знакомой читателям Агаты Кристи. Но часто людские невзгоды и несчастья сопровождаются преступлениями – или ведут к ним. И это обратная сторона работы Паркера Пайна… В этом сборнике рассказов...
Если бы преступники были психологами, они были бы очень сильными.
Паркер Пайн занимается необычным делом – устраивает людям личное счастье: восстанавливает семейные союзы, помогает найти спутника жизни, старается вернуть вкус бытия разочаровавшимся в нем. При этом он организует самые настоящие представления по сценариям, написанным писательницей Ариадной Оливер, хорошо знакомой читателям Агаты Кристи. Но часто людские невзгоды и несчастья сопровождаются преступлениями – или ведут к ним. И это обратная сторона работы Паркера Пайна… В этом сборнике рассказов...
Образование само по себе - штука, во многом бесполезная. Оно учит народ многим ненужным вещам, и при этом, прошу заметить, никакое образование не может изменить человеческую сущность.
Паркер Пайн занимается необычным делом – устраивает людям личное счастье: восстанавливает семейные союзы, помогает найти спутника жизни, старается вернуть вкус бытия разочаровавшимся в нем. При этом он организует самые настоящие представления по сценариям, написанным писательницей Ариадной Оливер, хорошо знакомой читателям Агаты Кристи. Но часто людские невзгоды и несчастья сопровождаются преступлениями – или ведут к ним. И это обратная сторона работы Паркера Пайна… В этом сборнике рассказов...
Несомненно, способность к сочувствию - великий дар.
Паркер Пайн занимается необычным делом – устраивает людям личное счастье: восстанавливает семейные союзы, помогает найти спутника жизни, старается вернуть вкус бытия разочаровавшимся в нем. При этом он организует самые настоящие представления по сценариям, написанным писательницей Ариадной Оливер, хорошо знакомой читателям Агаты Кристи. Но часто людские невзгоды и несчастья сопровождаются преступлениями – или ведут к ним. И это обратная сторона работы Паркера Пайна… В этом сборнике рассказов...
Иногда слова, которые не произвели никакого впечатления в момент их произнесения, вспоминаются позже.
Паркер Пайн занимается необычным делом – устраивает людям личное счастье: восстанавливает семейные союзы, помогает найти спутника жизни, старается вернуть вкус бытия разочаровавшимся в нем. При этом он организует самые настоящие представления по сценариям, написанным писательницей Ариадной Оливер, хорошо знакомой читателям Агаты Кристи. Но часто людские невзгоды и несчастья сопровождаются преступлениями – или ведут к ним. И это обратная сторона работы Паркера Пайна… В этом сборнике рассказов...
Человек слишком склонен подменять истинное положение вещей своим представлением о нем.
Паркер Пайн занимается необычным делом – устраивает людям личное счастье: восстанавливает семейные союзы, помогает найти спутника жизни, старается вернуть вкус бытия разочаровавшимся в нем. При этом он организует самые настоящие представления по сценариям, написанным писательницей Ариадной Оливер, хорошо знакомой читателям Агаты Кристи. Но часто людские невзгоды и несчастья сопровождаются преступлениями – или ведут к ним. И это обратная сторона работы Паркера Пайна… В этом сборнике рассказов...