сначала нужно договориться с союзниками, иначе ты либо останешься один, либо тебя предадут из-за какой-нибудь ерунды вроде украденной сто лет назад дочери.
Влюблённый не услышит того, чего слышать не хочет
Сильные чувства вызывают бурю в душе, но когда она уляжется, хочется покоя и тишины
Сказка – ложь, да в ней намёк
исполнение пророчества начинается тогда, когда о нём узнают слишком многие.
Вера – удобный инструмент попов и королей, позволяющий держать людей в подчинении.
Вода может погасить огонь или огонь – испарить воду, но лишь на время, да и куда мы без огня или воды? Любая стихия важна для мироздания, зачем же делить веру на кусочки и изгонять богов? Для каждого есть место в общем доме.
Давние события порождают новые, и так до наших дней. История непрерывна и последовательна, ничто не возникает из пустоты, даже сны, что уж говорить о войнах и мятежах.
власть – для мужчин, удел женщин – им помогать. По своей воле или против неё.
Не делать плохого и быть добрым – разные вещи
людям приятнее служить тому, кто тебя знает и ценит
Король – не обычный человек, сынок, ему приходится иметь дело не с любезными и мудрыми подданными, а с людьми жадным, подлыми, жестокими и тщеславными.
Во время войны нет правил и законов, нет правых и виноватых, нет справедливости, есть лишь желание выжить. Люди думают не о богах, а о спасителях.
раздоры порождают неуверенность и страх, люди ищут, на что опереться. Если в эпоху войн им предложат нечто, способное дать мир и спокойствие, она вцепятся в это изо всех сил.
как можно запретить веру?! Только уничтожив любого, кто от неё не отречётся!
Что важнее, Ваше Величество, – трон или то, на чём он зиждется? Уберите страну, и трону не устоять, он погрузится в пучину.
в любой сказке есть зерно истины
Люди часто тянутся к прошлому, если недовольны настоящим и не верят в будущее. Но прошлого не существует
...именно внутренний диалог и прижимает нас к земле
... смирение воина и смирение нищего — невероятно разные вещи.
Видишь ли, воин рассматривает себя как бы уже мертвым, поэтому ему нечего терять. Самое худшее с ним уже случилось, поэтому он ясен и спокоен.
... я просто гений в том, как я себя дурачу.
...врожденное чувство счастья...
— Сорок восемь — это наше число, — сказал он. Именно оно делает нас людьми. Я не знаю, почему. Не трать свою силу на идиотские вопросы.
Оба смеялись как два ребенка, празднующих шалость.