— ...Зачем вообще женятся — не понятно.
— Разве люди женятся, чтобы детей рожать?
— А что нет?
— Нет. Люди женятся, потому что любят друг друга и хотят быть вместе. А еще чтобы заявить права на свою половинку.
Является ли каша в голове — пищей для ума?
Зеркало, словно человек, может стать как другом, так и злейшим врагом. Добавить уверенности в себе или подсыпать соли на раны застарелых комплексов.
«...От судьбы не уйдешь. Просто кто-то дожидается ее в хорошей компании, а кто-то вынужден волочить бремя одиночества».
...как ни крути, дом — это всегда женщина. Женщина, вокруг которой крутится весь мир, вокруг которой сосредоточена вся твоя жизнь.
Та, кто наполняет пустые безжизненные стены теплом и маленькими детьми, дарит уют и смысл жизни, заводит кошек и семейные традиции. Та, с кем рядом беды и горести уменьшаются в масштабах. Та, кто одним присутствием вселяет надежду, дарит силу, приносит покой.
Говорят, зеркала обладают памятью, и чтобы отражаться в них красивыми, нужно каждый день им улыбаться.
Зеркала врут. Бессовестно и беспощадно. В них нет ни сочувствия, на жалости, ни любви, ни превосходства. Замечали ли вы, насколько по-разному отражаетесь в зеркалах? Как стройнят они в примерочных дорогих магазинов, как до безобразия уродуют в дешевых парикмахерских, как преувеличивают каждое несовершенство в пудреницах, как равнодушно честны в родных ванных комнатах.
Хороша закуска — квашена капустка! И подать не стыдно, и сожрут — не жалко!
– Я пришла вам кое-что вернуть…
- Нервные клетки? – язвительно спросил дракон. – Собери их в кучку и похорони их где-нибудь в красивом месте.
как гласит известная поговорка — лиха беда умереть, а там, как говорится, похоронят.
деньги не способны лишить человека памяти. Определенно нет. Но, как выяснилось, они очень хорошо затыкают рот…
видимо, определенные чувства и мысли иногда приходят только с возрастом.
– Что? Совесть мучает? Запомни, у нас в семье отродясь ее не было! Или погоди! Тебе ее что? Дед по наследству передал? Он –то совестливый был. Как накосячит, так сразу кабздец каким ласковым становился! Прямо не дед, а котик!
Оказывается, тяжело жить с обидой в душе. Чувства, которые едкой плесенью разъедают сознание, одним своим существованием очерняют любые даже самые прекрасные минуты бытия.
- Да поздно уже, - махнула рукой бабушка. – Прошлое не воротишь. Зато вон, за деда твоего замуж вышла! Он меня за мозги полюбил! Как увидал, так сразу как полюбил! Весь мозг вылюбил! Так что пусть тебя за красоту любят!
- А чего это он бухал-с? – спросила я, досадуя на то, что зашла не вовремя.
- Чего-то расстроился, - шепотом произнес Пшел, косясь на ворочающегося в кресле хозяина. – У нас тут тонкие душевные страдания были. Чему посвящены, не знаю…
- А откуда у тебя золотое зеркальце? – спросила бабушка, паря над столиком.
- Украла! Как ты меня учила! Ты мне сама говорила, что любовь приходит и уходит, а украшения ростовщику! – тут же произнесла я.
- Ну, чего лежишь, как бревно! – скомандовала бабушка. – Разлегси тут! Ты че? Отдыхать пришел? Кабздехаться не умеешь? Или забыл уже как? Ниче, я подскажу! Я-то еще помню!
Глаз дракона дернулся. Я тщательно сдерживала улыбку.
- Ну, шустрее! Гиде страсть? Гиде она? – язвительно выдавала бабушка. – Старость вижу, страсть нет!
- Я буду контролировать процесс, - заметила бабушка. – И комментировать! Все-таки у внучки первый раз! А одна она боится! По другому никак. Так что или так, или никак! Выбирай!
- Мы почему выжили? Потому что у тараканов учились,- сокрушалась бабушка, пока девушки смотрели на нее с ужасом. – Быстро, шустро, и как только свет зажигается, сразу по кровать.
- Было ему много баб! Собрала я весь престарелый клуб вязания. А вязальщицы, дамы благородные. Это мужики после рюмочки чая лыка не вяжут. А эти как давай сплетни все подряд. Через два часа деда твоего вынесли. Дохтур сказал, усе. Но ничего, выходили.
- Вы забыли, наверное… Сегодня, как бы… четверг…
- Четверг, четверг, - задумался дракон. – А что у нас в четверг?
- У вас светский раут, сэр, - послышался робкий голос слуги. – Но все почему-то называют это пьяной оргией. У вас она каждый четверг, сэр…
- А, - поморщился дракон, поглядывая на меня. – А ее нельзя как–нибудь перенести?
- Гости в прошлый раз ее сами еле перенесли, - полушепотом отозвался слуга. – Вы тоже в прошлый раз ее едва перенесли…
Поместье приближалось к нам со скоростью одно бабушкино ругательство в секунду.
- Дорогая Вальпургия! – ядовито заметил дракон. – Я бы рад, но меня жена ревновать будет!
- Не буду, - ответила я, вздохнув. – К бабушке не буду! Старшим нужно уступать свое место! Даже если оно в драконьей постели!
Я с любопытством рассматривала красавицу. Одета она была, как говорит бабушка, в стиле «смотри, что у меня есть!». И ничуть этого не стеснялась!