Мы отстали по крайней мере лет на двести, у нас нет еще ровно ничего, нет определенного отношения к прошлому, мы только философствуем, жалуемся на тоску или пьем водку.
Голодная собака верует только в мясо.
Лопахин. Простите, Шарлотта Ивановна, я не успел еще поздороваться с вами. (Хочет поцеловать у нее руку.)
Шарлотта (отнимая руку). Если позволить вам поцеловать руку, то вы потом пожелаете в локоть, потом в плечо…
Вся Россия наш сад. Земля велика и прекрасна, есть на ней много чудесных мест.
Вот оно, счастье, вот оно идёт, подходит всё ближе и ближе, я уже слышу его шаги. И если мы не увидим, не узнаем его, то что за беда? Его увидят другие!
Человечество идет вперед, совершенствуя свои силы. Все, что недосягаемо для него теперь, когда-нибудь станет близким, понятным, только вот надо работать, помогать всеми силами тем, кто ищет истину.
Если против какой-нибудь болезни предлагается очень много средств, то это значит, что болезнь неизлечима.
Я развитой человек, читаю разные замечательные книги, но никак не могу понять направления, чего мне, собственно говоря, хочется, жить мне или застрелиться, но тем не менее я всегда ношу при себе револьвер.
Безнадежная любовь — это только в романах.
Людям не талантливым, но с претензиями, ничего больше не остается, как порицать настоящие таланты.
Жребий людей различен. Одни едва влачат свое скучное, незаметное существование, все похожие друг на друга, все несчастные; другим же... — выпала на долю жизнь интересная, светлая, полная значения… вы счастливы…
Вино и табак обезличивают. После сигары или рюмки водки вы уже не Петр Николаевич, а Петр Николаевич плюс еще кто-то; у вас расплывается ваше я, и вы уже относитесь к самому себе, как к третьему лицу — он.
Дорн -Молодость, молодость!
Маша -Когда нечего больше сказать, то говорят: молодость, молодость…
Я люблю вас, не могу от тоски сидеть дома, каждый день хожу пешком шесть верст сюда да шесть обратно и встречаю один лишь индифферентизм с вашей стороны.
Женщины не прощают неуспеха.
А желание - это уже не простое влечение, которое может быть сведено, например, к семи базовым аффектам, это настоящий мучительный лабиринт, внутри которого скитается невротизированный субъект, пытающийся понять, чего именно он хочет, зачем он этого хочет и почему, получив то, что он вроде как хотел, он понимает, что хотел…
Многое можно сказать о человеке по книгам, которые он берет в библиотеке.
- Подумать только... И как же до всего этого дошли?
- Лень заставила.
- Лень?! Почему лень?!
- А ты разве этого не знала? Ведь лень - двигатель прогресса! И поскольку человек ленив по своей природе, вот он и начал придумывать разные вещи, облегчающие жизнь. Начал с каменного топора. Дошёл до космических кораблей. Так что лень, дорогая моя, лежит в основе всех великих изобретений!
Дракон вышел первым, подав мне руку. М-м, так вот что испытывают барышни, когда их пальцы сжимает привлекательный кавалер? Немного смущения, капельку волнения и целую тонну благодарности! Потому что грациозно сойти с такой высоты без посторонней помощи просто нереально! Впрочем, я и с помощью вышла не слишком-то грациозно.
Медведь слегка оживился, схватил Седьмого за ногу и принялся с лязгом и скрежетом, осыпая все вокруг ржавчиной, дубасить роботом об сосну.
Дубасить логичнее об дуб, но дуба поблизости не оказалось.
... а волки ничего так, приспособились и даже в некотором смысле насобачились.
Так или иначе, повод собраться и набраться имелся, а при нашем сумасшедшем графике свадьба, развод, поминки - было уже не так важно.
- Ты как будто с нашим цветником ни разу не общалась. Они ж кроме «Инстаграм» больше ни одного иностранного слова не знают. Какие, на фиг, из них невесты для банкира? Тем более питерского! Ляпнут еще «подъезд» вместо «парадной». Или шаверму шавухой обзовут! И все! Прости-прощай, контракт!
Только в самый последний момент, распрямившиеся от красоты извилины в моей голове, вновь искривились. Мозг заработал в штатном режиме.
Как это ни странно, храпел его мерзавшество Абашев, как заправский матрос. Кто ж знал, что спать беззвучно это чудовище способно только после секса?!Сегодня же князь выдавал такие ноты, какие Коле Баскову, даже с плоскогубцами на причинном месте, было не взять.