…Простота чувств – это химера. Стоит смахнуть верхние напластования, как под ними тотчас обнаружится неприглядная изнанка.
…Все в этом мире шло своим ходом – за исключением всего остального, что решительно шло наперекосяк.
Зима также приносит ленивые ветры, которым невдомек, зачем огибать человеческие тела, когда можно пройти прямо сквозь них.
Так и не овладев за всю свою жизнь даром принесения извинений, она тем не менее умела ценить его в ближних.
— Знаем мы таких продавцов, – фыркнула матушка. – Всучит тебе золотую рыбку, а назавтра она вся полиняет.
— Тогда что же ты намерен делать?
— Ждать.
— Ждать?
— Ждать и наблюдать. В терпении сокрыта большая мудрость.
Старая истина: отыщи у человека уязвимое место – и там тебя ждет ключ к успеху.
…Если тело его вытянулось, как того требует «смирно», то живот, несмотря на все старания, испытывал явное тяготение к «вольно».
А герцог меж тем был необычайно участлив и обходителен. Он принадлежал к той породе людей, которые по мере того, как подходят к концу запасы терпения, становятся все более нежными и покладистыми. И только потом вы выясняете, что их последняя любезность, наподобие «не знаю, как вас и благодарить», на самом деле являлась вежливым приглашением на гильотину.
— Человек, которого можно купить, как правило, ничего не стоит.
Матушка кивнула. Она всегда ратовала за благочестивый образ жизни. Правда, себя она считала исключением.
– Хотя корону надеть – дело немудреное. Главное – снять ее потом.
«Принять на грудь» и «выпить» – синонимы. Разница лишь в количестве спиртного, разминувшегося с целью.
- Честность - не лучшая основа для брака...
- Наоборот. Ни один брак не выстоит, если постоянно придется лгать. Рано или поздно все это обрушится в пропасть, увлекая за собой тех, кто цепляется за обломки.
«Кружавчики, кружавчики!»- и так десять минут к ряду....И я ещё удивлялся, откуда берутся эти странные книжки про говорящих кроликов, где все персонажи изъясняются, словно у них не мозги, а гидравлические тормоза!»
страх — худшее человеческое качество, которое практически всегда идет бок о бок с небывалой жестокостью. Даже под гнетом ненависти порой невозможно совершить те преступления, на которые толкает страх.
— Даже слишком, — сознался Берг. — И я не могу отделаться от чувства, что над моей головой занесли топор.
— Люди в таких случаях обычно плюют в того, кто находится слева, — вспомнил Талэк странный обычай, который ему доводилось видеть не один раз: по молодости он много путешествовал. — Это чтобы не сглазить, — решил он пояснить. — И нужно обязательно плюнуть трижды!
— Не надо в меня плеваться, — недовольно проворчал Сверр, на всякий случай придерживая свою лошадь. — Какие-то варварские обычаи!
— Вот же козёл, — тихо прошептала Мирра, набирая побольше земли на лопату и запуская ей в сторону азарца.
— Эй! — тут же заорал Видар. — Смотри, куда бросаешь, тупица!
— Ой! — Кифийка невинно захлопала ресницами и виновато заворковала: — Совсем не заметила. — И тут же с наигранным беспокойством поинтересовалась: — Тебя не зашибло там камушком?
Хамов надо наказывать.
- Вы знаете, что на солнце организм вырабатывает гормон счастья?
Гормон счастья? Хорошо бы... Если уж не счастье, то хоть его гормон.
Нет, это гормон. Гормон счастья. Он бывает в арбузах и помидорах… От солнца тоже… вырабатывается в организме...
...жизненный опыт показывает, что х… на х… менять – только время терять
глупость – это прежде всего безмасштабность.
— Альрик! — осуждающе прикрикнул Торольв. — Хватит уже! Никому, между прочим, не смешно. — Но у Сверра подрагивали плечи, Гренвир улыбался, а Альрик откровенно ржал. — А что, смешно, что ли? — И успокаивающе обратился к Бергу: — Слушай, не обращай на них внимания! Просто пойди к ней. Присядь рядом. Когда ещё такая возможность представится? А там оно само родится, о чём поговорить.
— Во, — обрадовался Торольв, выглядывая из-за плеча друга. — Теперь точно иди!
Берг сделал шаг и в нерешительности остановился, вопрошающе посмотрел на друзей:
— А что я ей скажу?
Мужчины в недоумении уставились на него, усиленно соображая, что можно спросить или сказать в такой ситуации.
— М? Спроси её, — первым заговорил Сверр, задумчиво сводя брови. — Какое она, например, любит мясо: зайчатину или кабанятину.
— Аха, — вставил своё слово Альрик, тихо посмеиваясь. — А когда ответит, отправляйся ловить запрашиваемую зверюшку.