Цитаты
285487
– Да, Виктория. Хочу пригласить вас на свидание. Примите в дар этот скромный букет…
– Скромность по-драконьи? – хмыкнула я.
Отбор продолжается, но ставки теперь слишком высоки. Император драконов смертельно ранен, а в покушении на него пытаются обвинить меня. Невесты принадлежат правителям пяти ведущих миров, но притяжение к драконьему советнику становится только сильнее. А помогавший мне незнакомец оказывается моим первым возлюбленным, который пропал два года назад. Как в таких условиях не сломаться и дойти до финала? Как совладать с собой и сделать правильный выбор? Вопреки всем трудностям я обязана доказать, что с...
– Да, знаешь, наверное, все обернулось весьма удачно. Если я вышла из страшного мира, значит, от меня можно ждать чего угодно, а с землянами стоит считаться, верно? Мало ли, на что мы способны.
Отбор продолжается, но ставки теперь слишком высоки. Император драконов смертельно ранен, а в покушении на него пытаются обвинить меня. Невесты принадлежат правителям пяти ведущих миров, но притяжение к драконьему советнику становится только сильнее. А помогавший мне незнакомец оказывается моим первым возлюбленным, который пропал два года назад. Как в таких условиях не сломаться и дойти до финала? Как совладать с собой и сделать правильный выбор? Вопреки всем трудностям я обязана доказать, что с...
— Можно? — спросила я неуверенно.
— Подойти и потрогать? — раздался в голове насмешливый голос Шайрана.
Я только кивнула.
— Попробуй. Только сильно не усердствуй — не люблю, когда меня лапают.
Вы знали, что девушки с Земли — лучшие невесты во всех объединенных мирах? Никто не знал, и оттого еще сложнее будет это доказать. Меня зовут Виктория, и я привыкла побеждать. Меня единственную выбрали представлять Землю в отборе невест для пяти правителей ведущих миров. И я не имею права уронить честь Земли. Ну а зачем мне кто-то из этих правителей? Потом разберемся, для начала важно победить. И, как выяснилось, выжить…
— Я предложил тебе участие — ты согласилась. Никто насильно тебя сюда не тащил, ты сама прельстилась миллионами и вприпрыжку побежала участвовать в отборе. Но если тебе так сложно, если ты так жаждешь новых знаний, как рассказываешь, — хорошо. Мы будем заниматься все твое свободное время.
Вы знали, что девушки с Земли — лучшие невесты во всех объединенных мирах? Никто не знал, и оттого еще сложнее будет это доказать. Меня зовут Виктория, и я привыкла побеждать. Меня единственную выбрали представлять Землю в отборе невест для пяти правителей ведущих миров. И я не имею права уронить честь Земли. Ну а зачем мне кто-то из этих правителей? Потом разберемся, для начала важно победить. И, как выяснилось, выжить…
Однако… Я вдруг отчетливо поняла, что к прежней жизни возвращаться не хочу. Не хочу сидеть на одной только Земле, как в клетке, зная о существовании такого количества миров, о магии, которая проснулась во мне!
Вы знали, что девушки с Земли — лучшие невесты во всех объединенных мирах? Никто не знал, и оттого еще сложнее будет это доказать. Меня зовут Виктория, и я привыкла побеждать. Меня единственную выбрали представлять Землю в отборе невест для пяти правителей ведущих миров. И я не имею права уронить честь Земли. Ну а зачем мне кто-то из этих правителей? Потом разберемся, для начала важно победить. И, как выяснилось, выжить…
— А ты не боишься, что после таких слов можешь вылететь с отбора? — дракон прищурился.
— А что я такого сказала? Вы приманили меня деньгами, но когда я увидела портреты женихов, то влюбилась!
Вы знали, что девушки с Земли — лучшие невесты во всех объединенных мирах? Никто не знал, и оттого еще сложнее будет это доказать. Меня зовут Виктория, и я привыкла побеждать. Меня единственную выбрали представлять Землю в отборе невест для пяти правителей ведущих миров. И я не имею права уронить честь Земли. Ну а зачем мне кто-то из этих правителей? Потом разберемся, для начала важно победить. И, как выяснилось, выжить…
С такими умными, серьезными лицами девушки вели эти разговоры, что мне стало смешно. Я с трудом удержалась, чтобы не захихикать. А то буду одна дурочка на фоне всех остальных, увлеченных заумными разговорами.
Вы знали, что девушки с Земли — лучшие невесты во всех объединенных мирах? Никто не знал, и оттого еще сложнее будет это доказать. Меня зовут Виктория, и я привыкла побеждать. Меня единственную выбрали представлять Землю в отборе невест для пяти правителей ведущих миров. И я не имею права уронить честь Земли. Ну а зачем мне кто-то из этих правителей? Потом разберемся, для начала важно победить. И, как выяснилось, выжить…
...у них с супругом скоро юбилей семейной жизни, двадцать лет – это серьезный срок, иным за убийство меньше дают.
Новый роман Татьяны Устиновой и Павла Астахова «Оплаченный диагноз» из серии «Дела судебные» написан на животрепещущую тему пандемии. Она объединила весь мир, но каждый переживает ее по-своему… Судья Елена Кузнецова весь день была занята на заседаниях и удивилась, обнаружив множество пропущенных звонков от сестры Натки. Что опять стряслось с этой неугомонной особой, буквально притягивающей неприятности? Когда же Лене наконец удалось связаться с сестрой, волосы у нее встали дыбом: та находится...
«Чтобы вирус не прошел – надо кушать хорошо!» – вот такой девиз должен быть у Образцовой Матери, а не это ваше все – порошочки, пилюльки, прививочки…
Новый роман Татьяны Устиновой и Павла Астахова «Оплаченный диагноз» из серии «Дела судебные» написан на животрепещущую тему пандемии. Она объединила весь мир, но каждый переживает ее по-своему… Судья Елена Кузнецова весь день была занята на заседаниях и удивилась, обнаружив множество пропущенных звонков от сестры Натки. Что опять стряслось с этой неугомонной особой, буквально притягивающей неприятности? Когда же Лене наконец удалось связаться с сестрой, волосы у нее встали дыбом: та находится...
– Не виноватая я, он сам пришел! – отчаянно выкрикнула юная диетичка и сцапала бутер – тот, что побольше.
Новый роман Татьяны Устиновой и Павла Астахова «Оплаченный диагноз» из серии «Дела судебные» написан на животрепещущую тему пандемии. Она объединила весь мир, но каждый переживает ее по-своему… Судья Елена Кузнецова весь день была занята на заседаниях и удивилась, обнаружив множество пропущенных звонков от сестры Натки. Что опять стряслось с этой неугомонной особой, буквально притягивающей неприятности? Когда же Лене наконец удалось связаться с сестрой, волосы у нее встали дыбом: та находится...
– Хочешь сказать, что у тебя кто-то появился?
– То, что я не выпячиваю на каждом углу свою личную жизнь, еще не означает, что у меня ее нет, – ухожу от прямого ответа. – Меня пока миновал кризис среднего возраста, знаешь ли. Нет необходимости доказывать всем и каждому, что я еще о-го-го, при помощи малолетки рядом.
– Думаешь, мне хотелось что-то доказать?
– Я вообще о тебе не думаю.
— Нет… Нет. Какого черта ты делаешь? — На что это похоже? Мое сердце колотится так сильно, что заглушает звук воды, текущей из крана. Пар оседает в легких, наполняет их тяжестью. — Олег, ты спятил? — мой голос дрожит. — Нет. Но, кажется, до этого недалеко. Два года без… Он не договаривает, бьет кулаком в стену. И судорожно всхлипывает, уткнувшись лбом мне в плечо. — Она моя дочь! — Вот и помоги ей. — От его шумного, срывающегося от эмоций дыхания у меня шевелятся волосы. А ещё от...
Все врут… Друг другу и сами себе, что страшней.
— Нет… Нет. Какого черта ты делаешь? — На что это похоже? Мое сердце колотится так сильно, что заглушает звук воды, текущей из крана. Пар оседает в легких, наполняет их тяжестью. — Олег, ты спятил? — мой голос дрожит. — Нет. Но, кажется, до этого недалеко. Два года без… Он не договаривает, бьет кулаком в стену. И судорожно всхлипывает, уткнувшись лбом мне в плечо. — Она моя дочь! — Вот и помоги ей. — От его шумного, срывающегося от эмоций дыхания у меня шевелятся волосы. А ещё от...
В жизни каждого человека существуют некоторые знаковые этапы, после которых всё и навсегда меняется: встреча с любимым человеком, рождение детей, взлёт и крах бизнеса, болезни и смерти. Жизнь, текущая по накатанной, спотыкается в таких вот судьбоносных точках, и, резво меняя вектор, продолжает свой стремительный бег.
— Нет… Нет. Какого черта ты делаешь? — На что это похоже? Мое сердце колотится так сильно, что заглушает звук воды, текущей из крана. Пар оседает в легких, наполняет их тяжестью. — Олег, ты спятил? — мой голос дрожит. — Нет. Но, кажется, до этого недалеко. Два года без… Он не договаривает, бьет кулаком в стену. И судорожно всхлипывает, уткнувшись лбом мне в плечо. — Она моя дочь! — Вот и помоги ей. — От его шумного, срывающегося от эмоций дыхания у меня шевелятся волосы. А ещё от...
Как же правы те, кто говорят, что рак приходит не к конкретному человеку. Он приходит в семью. И медленно-медленно ее пожирает.
— Нет… Нет. Какого черта ты делаешь? — На что это похоже? Мое сердце колотится так сильно, что заглушает звук воды, текущей из крана. Пар оседает в легких, наполняет их тяжестью. — Олег, ты спятил? — мой голос дрожит. — Нет. Но, кажется, до этого недалеко. Два года без… Он не договаривает, бьет кулаком в стену. И судорожно всхлипывает, уткнувшись лбом мне в плечо. — Она моя дочь! — Вот и помоги ей. — От его шумного, срывающегося от эмоций дыхания у меня шевелятся волосы. А ещё от...
Я недавно заметила, что в сложные моменты и моменты бессилия человеку всегда нужно во что бы то ни стало их для себя объяснить. Ну, или, на худой конец, найти крайнего. ...Злоба — это тоже обратная сторона бессилия. ...Зачастую то, что нас жрет изнутри, все равно оказывается сильней.
— Нет… Нет. Какого черта ты делаешь? — На что это похоже? Мое сердце колотится так сильно, что заглушает звук воды, текущей из крана. Пар оседает в легких, наполняет их тяжестью. — Олег, ты спятил? — мой голос дрожит. — Нет. Но, кажется, до этого недалеко. Два года без… Он не договаривает, бьет кулаком в стену. И судорожно всхлипывает, уткнувшись лбом мне в плечо. — Она моя дочь! — Вот и помоги ей. — От его шумного, срывающегося от эмоций дыхания у меня шевелятся волосы. А ещё от...
Гремит гром. А вы, наверное, помните, я говорила, что если к кому-то песец подкрадывается незаметно, то ко мне… Ну, да. С громом и молнией.
— Нет… Нет. Какого черта ты делаешь? — На что это похоже? Мое сердце колотится так сильно, что заглушает звук воды, текущей из крана. Пар оседает в легких, наполняет их тяжестью. — Олег, ты спятил? — мой голос дрожит. — Нет. Но, кажется, до этого недалеко. Два года без… Он не договаривает, бьет кулаком в стену. И судорожно всхлипывает, уткнувшись лбом мне в плечо. — Она моя дочь! — Вот и помоги ей. — От его шумного, срывающегося от эмоций дыхания у меня шевелятся волосы. А ещё от...
Правда в том, что психика больного человека устроена таким образом, что он думает лишь о себе.
— Нет… Нет. Какого черта ты делаешь? — На что это похоже? Мое сердце колотится так сильно, что заглушает звук воды, текущей из крана. Пар оседает в легких, наполняет их тяжестью. — Олег, ты спятил? — мой голос дрожит. — Нет. Но, кажется, до этого недалеко. Два года без… Он не договаривает, бьет кулаком в стену. И судорожно всхлипывает, уткнувшись лбом мне в плечо. — Она моя дочь! — Вот и помоги ей. — От его шумного, срывающегося от эмоций дыхания у меня шевелятся волосы. А ещё от...
Тиран – сам раб. Воля к власти, к могуществу – всегда рабья воля. Падшесть человека более всего выражается в том, что он тиран. Ревность есть проявление тиранства в страдательной форме. Человек должен стать не господином, а свободным. Свободный ни над кем не хочет господствовать!
«Не пытайся жить без меня месяц и больше…» – строчки из письма Андрея Миронова к автору книги Татьяне Егоровой.
Это роман о любви, которая оказалась сильнее жизни и смерти. Ни поспешно заключенный брак, ни икебаны из молодых артисток, ни рациональная попытка создать семью, ни превратности судьбы, ни коварное вмешательство его матери (после смерти Андрея они стали очень близки) не смогли уничтожить эту любовь.
Ты мое искушение в чистом виде. Ты стоишь того, чтобы за тобой бегать и искать по всему миру.
Из-за нового места работы родителей я переезжаю в элитный поселок для семей сотрудников волчьей корпорации. Кто бы мог подумать, что учиться мне придется в одном классе с самим наследником всего волчьего клана.
Нельзя Фейберу поддаваться. Это же волк, самый настоящий, дашь слабину — съест.
Из-за нового места работы родителей я переезжаю в элитный поселок для семей сотрудников волчьей корпорации. Кто бы мог подумать, что учиться мне придется в одном классе с самим наследником всего волчьего клана.
— Похоже, Лиза, будем подрабатывать шутами для этого лиса, — фыркнул Фейбер.
Из-за нового места работы родителей я переезжаю в элитный поселок для семей сотрудников волчьей корпорации. Кто бы мог подумать, что учиться мне придется в одном классе с самим наследником всего волчьего клана.
Здесь даже имелся пар с аттракционами, правда, мне мало что удалось разглядеть за кованными воротами. Значит, не так уж они тут средневековые и, возможно, жить в этом мире на так уж и плохо. Если ты не без пяти минут чудовище.
Дилогия. Книга 2. Не успела я пройти первое испытание в безжалостной охоте за трон Харраса, как на горизонте замаячили новые задания, а с ними и новые проблемы. Cамая большая из них — как выжить в чужом незнакомом мире и при этом остаться собой, неунывающей попаданкой Лизой. Хотя нет, вру. На повестке дня еще как минимум два вопроса: как не лишить жизни герцога де Горта (уж слишком многие ждут от меня именно этого, да мне и самой порой хочется того же) и как в него не влюбиться. И...
Асави он из меня собрался делать... Превратить в старую деву в своём недогареме. И потом ещё удивляются, отчего это иномирянки звереют. А попробуй тут не озвереть от таких вот незаманчивых предложений руки и сердца!
Дилогия. Книга 2. Не успела я пройти первое испытание в безжалостной охоте за трон Харраса, как на горизонте замаячили новые задания, а с ними и новые проблемы. Cамая большая из них — как выжить в чужом незнакомом мире и при этом остаться собой, неунывающей попаданкой Лизой. Хотя нет, вру. На повестке дня еще как минимум два вопроса: как не лишить жизни герцога де Горта (уж слишком многие ждут от меня именно этого, да мне и самой порой хочется того же) и как в него не влюбиться. И...
Следуя команде Стального "к ноге, наины!", мы послушно засеменили за лордом к выходу. Ладно, про ногу ничего сказано не было, но смысл приказа не поменялся.
Дилогия. Книга 2. Не успела я пройти первое испытание в безжалостной охоте за трон Харраса, как на горизонте замаячили новые задания, а с ними и новые проблемы. Cамая большая из них — как выжить в чужом незнакомом мире и при этом остаться собой, неунывающей попаданкой Лизой. Хотя нет, вру. На повестке дня еще как минимум два вопроса: как не лишить жизни герцога де Горта (уж слишком многие ждут от меня именно этого, да мне и самой порой хочется того же) и как в него не влюбиться. И...
Каждый наживает воспоминания, от которых боль казнит сердце.
Живая русская история дышит на страницах этой книги. Но главная заслуга Марии Семеновой даже не в безупречной точности этнографических описаний – автору удалось показать события тысячелетней давности глазами их участника, который, в отличие от нас,еще не разучился примечать лешего за болотной корягой, русалку в речном омуте, голоса древних богов в шуме леса.