— Нет ничего позорного в смущении.
Восхищение приятно, домогательства отвратительны.
Иногда больших побед достигают малыми средствами.
Подумаешь, спала в одной постели с ректором, это не повод для знакомства.
— Ничто не дается бесплатно.
Должна же присутствовать в жизни романтика, а не только серые унылые учебные будни.
Паника — верный спутник поражения.
Раньше Манюня писала стихи, много стихов в детстве и в бурной молодости, они были лирические, наивные и ранили душу. Подруги просили почитать их на посиделках, а потом, вздыхая и вытирая слезы, хвалили ее творчество. Постепенно подруги исчезали из ее жизни, выходя замуж и обзаводясь детьми, а стихи становились все хуже и злее. Год назад последняя подруга, услышав от нее, что не осталось свободных нормальных мужиков, попыталась ее вразумить: «Правда? Все хорошие и не женатые мужчины были выслежены и убиты? А мой Ваня, которого я встретила всего полгода назад, – это единственный выживший в геноциде хороших парней? Ты придумала себе оправдание и живешь, упиваясь этой трусливой мыслью». Тогда Маня на нее обиделась, а вместе с последней подругой исчезло желание писать стихи. Зачем нужны стихи, когда некому их читать?
"Человек - единственное животное, которое может скучать". ЭРИХ ФРОММ
Для начала посмотри на эту картинку, и ты увидишь, как будет выглядеть мужчина, если его разрубить топором пополам.
!!!!! без комментариев
Дети и взрослые мечтают по-разному. Дети мечтают романтично: о парусах, наполненных ветром, о старинных замках, о каретах, балах, битвах с драконами… Это настоящие мечты, почти наверняка недостижимые и потому особенно прекрасные. …. Взрослые мечтают прагматично: о новой машине, об удобном доме, хорошей работе… ну, может, еще о встрече с красоткой или красавцем, правда, не загадывая дальше короткого бурного романа (куда потом девать эту красотку или красавца, когда влюбленность пройдет?)….
В доме тепло, даже душновато, и смердит какими-то благовониями. Я ожидала чего-то в таком духе и запаслась леденцами от головной боли, которая у меня всегда начинается от всяких ароматических палочек. Брат в детстве на основе этого делал вывод, что я настоящая нечисть.
Я сижу, изображая лицом разновидность зимней обуви.
Тянусь целоваться, хоть он и не умеет... ой, уже умеет! Ну то есть, выходит у него довольно робко и неуклюже, но принцип он явно понял. Ох и забористо...
– Ты рехнулась, что ли? Ты ещё спроси, кто такой Кутузов!
Кутузов. Кажется, в школе как-то раз мальчик, который мне нравился, делал по нему доклад. Но я больше смотрела, чем слушала.
Он смотрит на меня, как смотрела мама, когда я в седьмом классе пришла домой с зелёными волосами.
Сижу у себя в каюте, вяжу, пялюсь в иллюминатор. И так уже часа четыре. Скучно, сил нет. И как люди жили без компьютера...
– Так раны сквозные, я же не могу внутри зашить! Ну и какой смысл...
Держите меня семеро. Иначе точно стукну.
– Значит так, – говорю, – я зашила всё. Это раз. Эцаган выживет, это два. А три – ты, хрен-цуцик, уйди с глаз моих, пока я тебе что-нибудь не пришила!
Если вычеркнуть все непечатные выражения, которые я подумала в свой собственный адрес, останется, что я икнула.
Несмотря на зажатые уши, вздрагиваю от чудовищного воя, непроизвольно оборачиваюсь – – зря, зато теперь знаю, как выглядит бэнши. Плохо только, что она так похожа на маму.
Интересно, у геев есть какой-то мужской вариант ПМС или Алтоша всегда такой?
Госспади, вот это я понимаю – – человек! Не просто вежливый, а книжки специально читает, чтобы знать, как именно быть вежливым! Внезапно совершенно непрошенно вспоминается Кирилл, хохочущий над выражением «однояйцевые близнецы» . М-да, мы много чего принимаем как данность.
Не знают они, дескать, что земляне такие хрупкие. Каззлы.
– Огонь должен быть в сердце, а не в голове.
— А что должно быть в голове? – хмуро спросил Даня. – Лед?
— Мозг, Матвеев, мозг.
— Если бы все люди были искренними, на земле не прекращались бы войны. Даже в искренности нужно знать меру.