Цитаты
285961
Свой договор фрейлина со стилистом скрепили рукопожатием и выпитой бутылкой медовухи. До сих пор весь дворец слушает песни, которые они распевают на два голоса. Даже отец выходил из своих покоев. Постоял, прислушался, и вынес вердикт: «Фальшивят. Плохая медовуха попалась».
Какие удивительные в сказках принцессы – все как на подбор красивые, умные, добрые, и замуж выходят не иначе, как за прекрасных принцев… А если я совсем не такая? Если я мало того, что не очень красивая, не всегда добрая, не во всем умная, дак еще и замуж не хочу? Совсем, получается, не оправдала чаяния государства.
Вашему вниманию представляется дневник совсем не подходящей под обычные стандарты принцессы.
один из ночных цветов выплеснул в мага ядовитый сок, от которого половина лица его покрылась прыщами. Мне же нужно при свете дня рассмотреть как выглядят эти травки? Нужно. Так что пусть маг потерпит. Рьянее учить меня будет, чтобы побыстрее отделаться.
Какие удивительные в сказках принцессы – все как на подбор красивые, умные, добрые, и замуж выходят не иначе, как за прекрасных принцев… А если я совсем не такая? Если я мало того, что не очень красивая, не всегда добрая, не во всем умная, дак еще и замуж не хочу? Совсем, получается, не оправдала чаяния государства.
Вашему вниманию представляется дневник совсем не подходящей под обычные стандарты принцессы.
Дослушав монолог до конца, отец выразил мысль, которая читалась на его лице уже через минуту после начала пространной речи фрейлины. Если отбросить матерные слова, которые я по идее знать не должна, вопрос звучал так: «Почему же вы, уважаемая фрейлина Амбер, только сейчас взялись за воспитание моей дочери, хотя с такими познаниями должны были с детства, планомерно создавать из нее идеальную принцессу?».
Какие удивительные в сказках принцессы – все как на подбор красивые, умные, добрые, и замуж выходят не иначе, как за прекрасных принцев… А если я совсем не такая? Если я мало того, что не очень красивая, не всегда добрая, не во всем умная, дак еще и замуж не хочу? Совсем, получается, не оправдала чаяния государства.
Вашему вниманию представляется дневник совсем не подходящей под обычные стандарты принцессы.
Весть о том, что я употребляю матерные слова, батюшку не удивила и даже не расстроила – все ж таки большей части из них меня научил еще в раннем детстве как раз он.
Какие удивительные в сказках принцессы – все как на подбор красивые, умные, добрые, и замуж выходят не иначе, как за прекрасных принцев… А если я совсем не такая? Если я мало того, что не очень красивая, не всегда добрая, не во всем умная, дак еще и замуж не хочу? Совсем, получается, не оправдала чаяния государства.
Вашему вниманию представляется дневник совсем не подходящей под обычные стандарты принцессы.
батюшка дал добро старшей фрейлине на мое преображение, выделил энное количество денег из бюджета, и со спокойной совестью обратился к двум своим любимым занятиям – за обширной трапезой принялся продумывать планы военных походов.
Какие удивительные в сказках принцессы – все как на подбор красивые, умные, добрые, и замуж выходят не иначе, как за прекрасных принцев… А если я совсем не такая? Если я мало того, что не очень красивая, не всегда добрая, не во всем умная, дак еще и замуж не хочу? Совсем, получается, не оправдала чаяния государства.
Вашему вниманию представляется дневник совсем не подходящей под обычные стандарты принцессы.
образ обычной идеальной принцессы.
Рост: 1 метр 70 см.
Вес: 45 кг.
Размер ноги: 36.
Духовные качества: добрая, любящая цветы и животных, умеющая петь, танцевать, играть на флейте.
Физические качества: легкость и плавность движений, грациозность; белокурые локоны, голубые глаза.
Какие удивительные в сказках принцессы – все как на подбор красивые, умные, добрые, и замуж выходят не иначе, как за прекрасных принцев… А если я совсем не такая? Если я мало того, что не очень красивая, не всегда добрая, не во всем умная, дак еще и замуж не хочу? Совсем, получается, не оправдала чаяния государства.
Вашему вниманию представляется дневник совсем не подходящей под обычные стандарты принцессы.
Эта старая … (зачеркнуто много раз, невозможно прочитать) порядочная женщина прорвалась к батюшке и напомнила ему о том, что если мы сами отправим сватов к какому-то из принцев, это будет выглядеть глупо, и поставит меня в неудобное положение. Отец растерялся, так как по воинской привычке он и помыслить не мог, что какое-то его решение будет выглядеть, мягко скажем, неумно, и решил прислушаться к этой (много раз зачеркнуто) старшей фрейлине.
Какие удивительные в сказках принцессы – все как на подбор красивые, умные, добрые, и замуж выходят не иначе, как за прекрасных принцев… А если я совсем не такая? Если я мало того, что не очень красивая, не всегда добрая, не во всем умная, дак еще и замуж не хочу? Совсем, получается, не оправдала чаяния государства.
Вашему вниманию представляется дневник совсем не подходящей под обычные стандарты принцессы.
старшая фрейлина загородила дорогу и, осыпая белилами, поинтересовалась куда я направляюсь в тот самый миг, когда решается моя судьба, закатила глаза и с трудом сдерживая смех (надеюсь, это походило на рыдания), сказала, что мне нужно осознать тот факт, что жизнь моя кончена.
Какие удивительные в сказках принцессы – все как на подбор красивые, умные, добрые, и замуж выходят не иначе, как за прекрасных принцев… А если я совсем не такая? Если я мало того, что не очень красивая, не всегда добрая, не во всем умная, дак еще и замуж не хочу? Совсем, получается, не оправдала чаяния государства.
Вашему вниманию представляется дневник совсем не подходящей под обычные стандарты принцессы.
принц уже двадцать лет находится в заточении – пытался совершить переворот.
Батюшка, узнав о такой особенности жизни моего предполагаемого жениха, надолго задумался и даже прервал опрос придворных господ с тем, чтобы успокоить расстроенные нервы внеплановым обедом.
Какие удивительные в сказках принцессы – все как на подбор красивые, умные, добрые, и замуж выходят не иначе, как за прекрасных принцев… А если я совсем не такая? Если я мало того, что не очень красивая, не всегда добрая, не во всем умная, дак еще и замуж не хочу? Совсем, получается, не оправдала чаяния государства.
Вашему вниманию представляется дневник совсем не подходящей под обычные стандарты принцессы.
батюшку хотя бы можно понять – последние десять лет он провел в походах, и тот факт, что дочь выросла, его очень удивил, а куда смотрели все многочисленные советники – непонятно.
Какие удивительные в сказках принцессы – все как на подбор красивые, умные, добрые, и замуж выходят не иначе, как за прекрасных принцев… А если я совсем не такая? Если я мало того, что не очень красивая, не всегда добрая, не во всем умная, дак еще и замуж не хочу? Совсем, получается, не оправдала чаяния государства.
Вашему вниманию представляется дневник совсем не подходящей под обычные стандарты принцессы.
Я все жду, когда Оля начнет говорить, но вместо этого она, кажется, пытается выдавить слезу. Я едва удерживаюсь от того, чтобы не закатить глаза. Предсказуемо! И противно до жути. Я раньше велся на это. Пока пелена с глаз не сошла. Просто думал, что вот передо мной ранимая девочка, с ней нельзя иначе, нужно бережно, аккуратно, пылинки сдувать, не расстраивать, чтобы лишний раз не переломить ее.
— Она моя дочь? — спрашивает Руслан, глядя на меня в упор. — Твоя, — мой голос дрожит, а помещение кухни становится крохотным. — Ты не собиралась говорить мне, да? — догадывается. — Страшно было? Или подумала, что пошлю? — Не видела смысла, — признаюсь честно. — Наши отношения закончились шесть лет назад. Ты улетел, а я осталась. У меня не было даже твоего номера. Он кивает и отворачивается, смотря в окно за дочкой. Ксюша играет там с моей сестрой, которая любезно согласилась побыть с ней,...
Лежа в палате и вдыхая запах медикаментов, я поняла, что больше не хочу. Мне не нужно пытаться забыть, заглушить боль, переждать, пока все пройдет. Жить нужно здесь и сейчас, пользоваться моментом, показывать свою боль, разговаривать с тем, кто тебе дорог.
— Она моя дочь? — спрашивает Руслан, глядя на меня в упор. — Твоя, — мой голос дрожит, а помещение кухни становится крохотным. — Ты не собиралась говорить мне, да? — догадывается. — Страшно было? Или подумала, что пошлю? — Не видела смысла, — признаюсь честно. — Наши отношения закончились шесть лет назад. Ты улетел, а я осталась. У меня не было даже твоего номера. Он кивает и отворачивается, смотря в окно за дочкой. Ксюша играет там с моей сестрой, которая любезно согласилась побыть с ней,...
Так бывает, что мы часто обвиняем близких нам людей в том, чего они не совершали. Это понимание, что ты обидел приходит, увы, не сразу. Иногда слишком поздно. Тогда, когда уже ничего исправить нельзя.
— Она моя дочь? — спрашивает Руслан, глядя на меня в упор. — Твоя, — мой голос дрожит, а помещение кухни становится крохотным. — Ты не собиралась говорить мне, да? — догадывается. — Страшно было? Или подумала, что пошлю? — Не видела смысла, — признаюсь честно. — Наши отношения закончились шесть лет назад. Ты улетел, а я осталась. У меня не было даже твоего номера. Он кивает и отворачивается, смотря в окно за дочкой. Ксюша играет там с моей сестрой, которая любезно согласилась побыть с ней,...
Как ребенок себя веду, честное слово. Даю надежду и тут же отбираю, заставляю парня совершать поступки ради меня, стараться, доказывать что-то.
— Она моя дочь? — спрашивает Руслан, глядя на меня в упор. — Твоя, — мой голос дрожит, а помещение кухни становится крохотным. — Ты не собиралась говорить мне, да? — догадывается. — Страшно было? Или подумала, что пошлю? — Не видела смысла, — признаюсь честно. — Наши отношения закончились шесть лет назад. Ты улетел, а я осталась. У меня не было даже твоего номера. Он кивает и отворачивается, смотря в окно за дочкой. Ксюша играет там с моей сестрой, которая любезно согласилась побыть с ней,...
Возможно ли выбросить из головы человека, который был тебе близок, даже если он предал?
— Она моя дочь? — спрашивает Руслан, глядя на меня в упор. — Твоя, — мой голос дрожит, а помещение кухни становится крохотным. — Ты не собиралась говорить мне, да? — догадывается. — Страшно было? Или подумала, что пошлю? — Не видела смысла, — признаюсь честно. — Наши отношения закончились шесть лет назад. Ты улетел, а я осталась. У меня не было даже твоего номера. Он кивает и отворачивается, смотря в окно за дочкой. Ксюша играет там с моей сестрой, которая любезно согласилась побыть с ней,...
Я определенно сказочный дурачок. Разводили, как лоха, а я и рад верить! Зато ей… Ане… не поверил.
— Она моя дочь? — спрашивает Руслан, глядя на меня в упор. — Твоя, — мой голос дрожит, а помещение кухни становится крохотным. — Ты не собиралась говорить мне, да? — догадывается. — Страшно было? Или подумала, что пошлю? — Не видела смысла, — признаюсь честно. — Наши отношения закончились шесть лет назад. Ты улетел, а я осталась. У меня не было даже твоего номера. Он кивает и отворачивается, смотря в окно за дочкой. Ксюша играет там с моей сестрой, которая любезно согласилась побыть с ней,...
Живи дальше, будь с ним холодна. Захочет видеться с дочкой — пожалуйста, но только после того, как с шалашовкой этой разберется. И прекрати быть понимающей, мужики этого не ценят — пользуются. Ты и так и эдак, а они только прочнее залезают на твою шею и там обосновываются.
— Она моя дочь? — спрашивает Руслан, глядя на меня в упор. — Твоя, — мой голос дрожит, а помещение кухни становится крохотным. — Ты не собиралась говорить мне, да? — догадывается. — Страшно было? Или подумала, что пошлю? — Не видела смысла, — признаюсь честно. — Наши отношения закончились шесть лет назад. Ты улетел, а я осталась. У меня не было даже твоего номера. Он кивает и отворачивается, смотря в окно за дочкой. Ксюша играет там с моей сестрой, которая любезно согласилась побыть с ней,...
— Как такое простить? — не могу угомониться. — Я пустила его не в свою жизнь, Соня. В Ксюшину. Она волнуется и спрашивает, где отец и почему он не с нами, а ему… наплевать?
— Она моя дочь? — спрашивает Руслан, глядя на меня в упор. — Твоя, — мой голос дрожит, а помещение кухни становится крохотным. — Ты не собиралась говорить мне, да? — догадывается. — Страшно было? Или подумала, что пошлю? — Не видела смысла, — признаюсь честно. — Наши отношения закончились шесть лет назад. Ты улетел, а я осталась. У меня не было даже твоего номера. Он кивает и отворачивается, смотря в окно за дочкой. Ксюша играет там с моей сестрой, которая любезно согласилась побыть с ней,...
Я впустила его в свою жизнь, а он снова сделал мне больно.
— Она моя дочь? — спрашивает Руслан, глядя на меня в упор. — Твоя, — мой голос дрожит, а помещение кухни становится крохотным. — Ты не собиралась говорить мне, да? — догадывается. — Страшно было? Или подумала, что пошлю? — Не видела смысла, — признаюсь честно. — Наши отношения закончились шесть лет назад. Ты улетел, а я осталась. У меня не было даже твоего номера. Он кивает и отворачивается, смотря в окно за дочкой. Ксюша играет там с моей сестрой, которая любезно согласилась побыть с ней,...
Хочется вернуть все вспять и поступить умнее — представиться Оле, познакомить с ней дочку, быть любезной. Я вдруг понимаю, что мелкая двадцатилетняя соплюшка обыграла меня на раз-два. Обвела вокруг пальца и снова осталась в выигрыше. Наверняка с трагическим лицом удивилась, что мы ушли и не познакомились.
— Она моя дочь? — спрашивает Руслан, глядя на меня в упор. — Твоя, — мой голос дрожит, а помещение кухни становится крохотным. — Ты не собиралась говорить мне, да? — догадывается. — Страшно было? Или подумала, что пошлю? — Не видела смысла, — признаюсь честно. — Наши отношения закончились шесть лет назад. Ты улетел, а я осталась. У меня не было даже твоего номера. Он кивает и отворачивается, смотря в окно за дочкой. Ксюша играет там с моей сестрой, которая любезно согласилась побыть с ней,...
я стою с открытым от удивления ртом и четким пониманием, что мужчина, от которого у меня дочь, слепой. Он в упор не видит то, как выглядят их отношения со стороны. В этом, пожалуй, нет его вины. Она умело играет свою роль: строит нежную трепетную лань, эдакую малышку, которую я вижу насквозь. Я жутко хочу ошибаться. В том, что она имеет на него виды. Так было бы хорошо, потому что он меня не услышит и не поймет, что Оля к нему неравнодушна до тех пор, пока она не сделает ошибку. А раз она полгода рядом и четыре с ним общается, уверена, она просчитает все наперед.
— Она моя дочь? — спрашивает Руслан, глядя на меня в упор. — Твоя, — мой голос дрожит, а помещение кухни становится крохотным. — Ты не собиралась говорить мне, да? — догадывается. — Страшно было? Или подумала, что пошлю? — Не видела смысла, — признаюсь честно. — Наши отношения закончились шесть лет назад. Ты улетел, а я осталась. У меня не было даже твоего номера. Он кивает и отворачивается, смотря в окно за дочкой. Ксюша играет там с моей сестрой, которая любезно согласилась побыть с ней,...
Зачем Руслану правда и семья, когда у него есть Оля? Видно же, что он о ней переживает и разговаривает, кажется, еще тише и уравновешеннее, чем с дочкой. Зато со мной может позволить и голос повысить и накричать. И даже оставить синяки, которые уже проступили на коже.
— Она моя дочь? — спрашивает Руслан, глядя на меня в упор. — Твоя, — мой голос дрожит, а помещение кухни становится крохотным. — Ты не собиралась говорить мне, да? — догадывается. — Страшно было? Или подумала, что пошлю? — Не видела смысла, — признаюсь честно. — Наши отношения закончились шесть лет назад. Ты улетел, а я осталась. У меня не было даже твоего номера. Он кивает и отворачивается, смотря в окно за дочкой. Ксюша играет там с моей сестрой, которая любезно согласилась побыть с ней,...
Понятия не имею, почему так реагирую на его ласковый тон. Наверное, потому что ко мне он говорит иначе. Более равнодушно, иногда даже грубо и непреклонно, а с ней вот… пожалуйста. И так тихо, ласково, едва слышно.
— Она моя дочь? — спрашивает Руслан, глядя на меня в упор. — Твоя, — мой голос дрожит, а помещение кухни становится крохотным. — Ты не собиралась говорить мне, да? — догадывается. — Страшно было? Или подумала, что пошлю? — Не видела смысла, — признаюсь честно. — Наши отношения закончились шесть лет назад. Ты улетел, а я осталась. У меня не было даже твоего номера. Он кивает и отворачивается, смотря в окно за дочкой. Ксюша играет там с моей сестрой, которая любезно согласилась побыть с ней,...
Он мне не доверяет и пару минут назад признался, что я в любом случае солгу, если наши с его подругой слова будут разниться.
— Она моя дочь? — спрашивает Руслан, глядя на меня в упор. — Твоя, — мой голос дрожит, а помещение кухни становится крохотным. — Ты не собиралась говорить мне, да? — догадывается. — Страшно было? Или подумала, что пошлю? — Не видела смысла, — признаюсь честно. — Наши отношения закончились шесть лет назад. Ты улетел, а я осталась. У меня не было даже твоего номера. Он кивает и отворачивается, смотря в окно за дочкой. Ксюша играет там с моей сестрой, которая любезно согласилась побыть с ней,...
Если она приедет сейчас между нами с Аней больше ничего не будет. Не потому, что я ее послушаю, а потому что мой мозг говорит мне не прикасаться к матери моей дочери, не подходить к ней ближе и не трогать, потому что я все еще ее не простил. И вряд ли смогу. Оля станет напоминать, а я… не хочу думать.
— Она моя дочь? — спрашивает Руслан, глядя на меня в упор. — Твоя, — мой голос дрожит, а помещение кухни становится крохотным. — Ты не собиралась говорить мне, да? — догадывается. — Страшно было? Или подумала, что пошлю? — Не видела смысла, — признаюсь честно. — Наши отношения закончились шесть лет назад. Ты улетел, а я осталась. У меня не было даже твоего номера. Он кивает и отворачивается, смотря в окно за дочкой. Ксюша играет там с моей сестрой, которая любезно согласилась побыть с ней,...