Цитаты
285971
Теперь я покраснел от похвалы. Что поделать? Теплое слово приятно и темным. Особенно от призрака, который от тебя не зависит, а значит, говорит правду.
Весело ли быть властелином тьмы? Не особо, когда ты отличаешься от других темных, а вокруг плетется заговор, чтобы тебя убить. Остается один выход — затаиться на время, чтобы потом наказать виновных. А где никто не будет искать темного короля? Правильно, в академии. Вот только там придется доказать, чего ты стоишь без придворных и титула.
— Не будем, — ответил я. — Лучше расскажите что-нибудь интересное. Вы тут уже много сотен лет…
— Я еще не так стара, — перебила меня девушка. — Умерла всего лишь три века назад.
— Прощу прощения, — отвесил ей поклон. — Я не умею определять возраст призраков на глаз.
— Нет, ну разве не милашка? — снова восхитилась моя собеседница. — Так бы и затискала. А ты, девочка, не бойся. Зато на нашем погосте другая нечисть не водится. Мы свою территорию блюдем.
Весело ли быть властелином тьмы? Не особо, когда ты отличаешься от других темных, а вокруг плетется заговор, чтобы тебя убить. Остается один выход — затаиться на время, чтобы потом наказать виновных. А где никто не будет искать темного короля? Правильно, в академии. Вот только там придется доказать, чего ты стоишь без придворных и титула.
Я открыл глаза. Надо мной склонились три призрака. Сквозь их тела можно было увидеть ночное небо, усеянное звездами.
— Привет, — улыбнулась женщина в старинном платье.
— Привет, — помахал рукой в ответ.
— Ой, ты не боишься, — призрак округлил глаза.
— А надо? — спросил я.
— Надо бы, — кивнул старик. — А то развелось вас, непуганых. Мните себя центром земли. Молоде-е-ежь, — и он с воем взмыл ввысь.
Весело ли быть властелином тьмы? Не особо, когда ты отличаешься от других темных, а вокруг плетется заговор, чтобы тебя убить. Остается один выход — затаиться на время, чтобы потом наказать виновных. А где никто не будет искать темного короля? Правильно, в академии. Вот только там придется доказать, чего ты стоишь без придворных и титула.
Был у нас во дворце один призрак. Приходился мне то ли двоюродным дядей, то ли троюродным дедом. И однажды вздумал напугать. Я был маленьким и глупым, а призрак — страшным и сильным. Но чего не сделаешь по глупости? Я заточил его в зеркало и подсовывал дамам, от которых получал отказ. То-то визгу было!
Весело ли быть властелином тьмы? Не особо, когда ты отличаешься от других темных, а вокруг плетется заговор, чтобы тебя убить. Остается один выход — затаиться на время, чтобы потом наказать виновных. А где никто не будет искать темного короля? Правильно, в академии. Вот только там придется доказать, чего ты стоишь без придворных и титула.
никто не придумает такого каверзного испытания, как женщина.
Весело ли быть властелином тьмы? Не особо, когда ты отличаешься от других темных, а вокруг плетется заговор, чтобы тебя убить. Остается один выход — затаиться на время, чтобы потом наказать виновных. А где никто не будет искать темного короля? Правильно, в академии. Вот только там придется доказать, чего ты стоишь без придворных и титула.
Скорее, считаю, что это их право – ненавидеть меня или любить, – ответил я. – От недостатка любви никогда не страдал. Как и от недостатка ненависти.
Весело ли быть властелином тьмы? Не особо, когда ты отличаешься от других темных, а вокруг плетется заговор, чтобы тебя убить. Остается один выход — затаиться на время, чтобы потом наказать виновных. А где никто не будет искать темного короля? Правильно, в академии. Вот только там придется доказать, чего ты стоишь без придворных и титула.
Есть вещи, которые одним прощаются, а другим — нет, будь то при жизни или посмертно. В случае с принцем глаза прикроют на что угодно. То ли дело какой-то маг из института…
Готова ли беглая преступница, люто ненавидящая монарха, сотрудничать с королевским сыном? Нет, нет и ещё раз нет! Но если на карту поставлена судьба целого мира, придётся переступить через свои предубеждения. А, значит, Йоланда Блэр, магистр зеркальных глубин, готова выйти из тени. Блистать на балу в королевском дворце, устроиться преподавателем в Институт магии и стихий, сражаться с величайшим из колдунов, терпеть общество вспыльчивого принца, водить дружбу с обаятельным деканом… И всё это –...
зря ты так болезненно воспринимаешь слово «мальчишка». Годы, опыт, горечь утрат — всё это приходит раньше или позже, хотим мы того или нет. И мальчики становятся мужчинами, разве не так? Вот только не все.
Готова ли беглая преступница, люто ненавидящая монарха, сотрудничать с королевским сыном? Нет, нет и ещё раз нет! Но если на карту поставлена судьба целого мира, придётся переступить через свои предубеждения. А, значит, Йоланда Блэр, магистр зеркальных глубин, готова выйти из тени. Блистать на балу в королевском дворце, устроиться преподавателем в Институт магии и стихий, сражаться с величайшим из колдунов, терпеть общество вспыльчивого принца, водить дружбу с обаятельным деканом… И всё это –...
преподаватели — тоже люди.
Готова ли беглая преступница, люто ненавидящая монарха, сотрудничать с королевским сыном? Нет, нет и ещё раз нет! Но если на карту поставлена судьба целого мира, придётся переступить через свои предубеждения. А, значит, Йоланда Блэр, магистр зеркальных глубин, готова выйти из тени. Блистать на балу в королевском дворце, устроиться преподавателем в Институт магии и стихий, сражаться с величайшим из колдунов, терпеть общество вспыльчивого принца, водить дружбу с обаятельным деканом… И всё это –...
— Рисковать — не женское дело! — неожиданно жёстко отрезал Орвин.
— Я не женщина, — сообщила я собеседникам, глядя на них сверху вниз. — Я — зеркальный маг и немножко государственный преступник.
Готова ли беглая преступница, люто ненавидящая монарха, сотрудничать с королевским сыном? Нет, нет и ещё раз нет! Но если на карту поставлена судьба целого мира, придётся переступить через свои предубеждения. А, значит, Йоланда Блэр, магистр зеркальных глубин, готова выйти из тени. Блистать на балу в королевском дворце, устроиться преподавателем в Институт магии и стихий, сражаться с величайшим из колдунов, терпеть общество вспыльчивого принца, водить дружбу с обаятельным деканом… И всё это –...
— Она считает меня хорошим человеком, — со смешком поделился с принцем Кейл. — Просто недостаточно меня знает.
— Если глубоко копать, все мы не подарки, — приняла юмористический тон я.
Готова ли беглая преступница, люто ненавидящая монарха, сотрудничать с королевским сыном? Нет, нет и ещё раз нет! Но если на карту поставлена судьба целого мира, придётся переступить через свои предубеждения. А, значит, Йоланда Блэр, магистр зеркальных глубин, готова выйти из тени. Блистать на балу в королевском дворце, устроиться преподавателем в Институт магии и стихий, сражаться с величайшим из колдунов, терпеть общество вспыльчивого принца, водить дружбу с обаятельным деканом… И всё это –...
Если по-любому тонешь, зачем тащить с собой на дно хорошего человека?
Готова ли беглая преступница, люто ненавидящая монарха, сотрудничать с королевским сыном? Нет, нет и ещё раз нет! Но если на карту поставлена судьба целого мира, придётся переступить через свои предубеждения. А, значит, Йоланда Блэр, магистр зеркальных глубин, готова выйти из тени. Блистать на балу в королевском дворце, устроиться преподавателем в Институт магии и стихий, сражаться с величайшим из колдунов, терпеть общество вспыльчивого принца, водить дружбу с обаятельным деканом… И всё это –...
Мужчинам просто сложно понять, как женщине тяжело сделать карьеру, пробиться в этой жизни, не по рождению, не благодаря замужеству, а только в силу собственных талантов и упорства. И уж если подобное удаётся, кто станет жертвовать всем ради какой-то дурацкой материальной выгоды?
Готова ли беглая преступница, люто ненавидящая монарха, сотрудничать с королевским сыном? Нет, нет и ещё раз нет! Но если на карту поставлена судьба целого мира, придётся переступить через свои предубеждения. А, значит, Йоланда Блэр, магистр зеркальных глубин, готова выйти из тени. Блистать на балу в королевском дворце, устроиться преподавателем в Институт магии и стихий, сражаться с величайшим из колдунов, терпеть общество вспыльчивого принца, водить дружбу с обаятельным деканом… И всё это –...
— Мир сам не допустит, чтобы его уничтожили, — улыбнулся архиепископ. — Можете не сомневаться: если возникнет такая угроза, природа вступит в игру. И против неё не выстоит ни один охотник. Наша задача — делать то, что от нас зависит. А остальное предоставить ей.
— Всё это хорошо, — не унималась я, — но неужели вы полагаете, что, получив все семь ключей, преступник просто подавится вишнёвой косточкой? Потому что так задумает природа?
— Ну отчего же? Необязательно. Она может действовать и через посредников. Через человека, который остановит убийцу. Но мир уничтожен не будет, в этом у меня нет ни малейших сомнений.
Готова ли беглая преступница, люто ненавидящая монарха, сотрудничать с королевским сыном? Нет, нет и ещё раз нет! Но если на карту поставлена судьба целого мира, придётся переступить через свои предубеждения. А, значит, Йоланда Блэр, магистр зеркальных глубин, готова выйти из тени. Блистать на балу в королевском дворце, устроиться преподавателем в Институт магии и стихий, сражаться с величайшим из колдунов, терпеть общество вспыльчивого принца, водить дружбу с обаятельным деканом… И всё это –...
— Истина в вине, — машинально пробормотала я известную присказку.
— Нет её там, — покачал головой глава эльмиррской церкви. — Можете мне поверить, я проверял. По молодости.
— Думаю, её нет нигде, — честно высказалась я.
— Есть, — уверенно, но без малейшего упрёка возразил он. — Только она не на поверхности. И её никогда нельзя ухватить, озвучить, посадить в клетку из человеческих слов. Вам ли не знать, сколь многое таится в глубине? Вот и с людьми тоже так. Здесь плохой, там хороший, а, может, наоборот. Глубина в каждом что-нибудь, да откроет.
Откроет, конечно, тут не поспоришь. Вот только не лучше ли этому «чему-то» подольше оставаться закрытым?
Готова ли беглая преступница, люто ненавидящая монарха, сотрудничать с королевским сыном? Нет, нет и ещё раз нет! Но если на карту поставлена судьба целого мира, придётся переступить через свои предубеждения. А, значит, Йоланда Блэр, магистр зеркальных глубин, готова выйти из тени. Блистать на балу в королевском дворце, устроиться преподавателем в Институт магии и стихий, сражаться с величайшим из колдунов, терпеть общество вспыльчивого принца, водить дружбу с обаятельным деканом… И всё это –...
— Опять шутишь?
— Ага. Я сегодня в ударе.
— Со смертью ведь играешь, — предостерёг он.
— Самый лучший партнёр для игр, — улыбнулась я. — Играть с кем попало неинтересно.
Готова ли беглая преступница, люто ненавидящая монарха, сотрудничать с королевским сыном? Нет, нет и ещё раз нет! Но если на карту поставлена судьба целого мира, придётся переступить через свои предубеждения. А, значит, Йоланда Блэр, магистр зеркальных глубин, готова выйти из тени. Блистать на балу в королевском дворце, устроиться преподавателем в Институт магии и стихий, сражаться с величайшим из колдунов, терпеть общество вспыльчивого принца, водить дружбу с обаятельным деканом… И всё это –...
— Вы человечнее, чем пытаетесь казаться.
— Да ну! — искренне изумилась я. — У вас есть хоть какие-то основания для столь категоричных утверждений?
Готова ли беглая преступница, люто ненавидящая монарха, сотрудничать с королевским сыном? Нет, нет и ещё раз нет! Но если на карту поставлена судьба целого мира, придётся переступить через свои предубеждения. А, значит, Йоланда Блэр, магистр зеркальных глубин, готова выйти из тени. Блистать на балу в королевском дворце, устроиться преподавателем в Институт магии и стихий, сражаться с величайшим из колдунов, терпеть общество вспыльчивого принца, водить дружбу с обаятельным деканом… И всё это –...
— Знаете, кто такой учёный в первую очередь?
— Тот, кто много знает? — предположила я.
Он с улыбкой покачал головой.
— Многое умеет на практике? — выдвинула я очередную гипотезу.
— Учёный — это в первую очередь тот, кто имеет своё, независимое мнение, — пояснил свою мысль декан. — И эта способность не может ограничиваться наукой. Она распространяется на все прочие сферы жизни. В том числе и на политические взгляды.
Готова ли беглая преступница, люто ненавидящая монарха, сотрудничать с королевским сыном? Нет, нет и ещё раз нет! Но если на карту поставлена судьба целого мира, придётся переступить через свои предубеждения. А, значит, Йоланда Блэр, магистр зеркальных глубин, готова выйти из тени. Блистать на балу в королевском дворце, устроиться преподавателем в Институт магии и стихий, сражаться с величайшим из колдунов, терпеть общество вспыльчивого принца, водить дружбу с обаятельным деканом… И всё это –...
Даже самый сильный маг — не более чем человек. Даже самая самодостаточная личность, которой ничего не может предложить сам король, имеет свои слабости. Какие именно и как они проявятся — другой вопрос. Один разревётся, второй перережет себе вены, а третий уничтожит весь мир.
Готова ли беглая преступница, люто ненавидящая монарха, сотрудничать с королевским сыном? Нет, нет и ещё раз нет! Но если на карту поставлена судьба целого мира, придётся переступить через свои предубеждения. А, значит, Йоланда Блэр, магистр зеркальных глубин, готова выйти из тени. Блистать на балу в королевском дворце, устроиться преподавателем в Институт магии и стихий, сражаться с величайшим из колдунов, терпеть общество вспыльчивого принца, водить дружбу с обаятельным деканом… И всё это –...
Когда будущего нет, а настоящее ограничено тесной каменной клеткой, только прошлое помогает сохранить рассудок.
Готова ли беглая преступница, люто ненавидящая монарха, сотрудничать с королевским сыном? Нет, нет и ещё раз нет! Но если на карту поставлена судьба целого мира, придётся переступить через свои предубеждения. А, значит, Йоланда Блэр, магистр зеркальных глубин, готова выйти из тени. Блистать на балу в королевском дворце, устроиться преподавателем в Институт магии и стихий, сражаться с величайшим из колдунов, терпеть общество вспыльчивого принца, водить дружбу с обаятельным деканом… И всё это –...
Я стянула куртку и принялась расстёгивать рубашку, сопроводив процесс раздевания незаметным пассом рукой. Лёгкая магия, позволяющая Орвину увидеть то, что обычно остаётся для окружающих незаметным.
— Что вы делаете? — полюбопытствовал он, когда я разобралась со второй пуговицей и приступила к третьей.
Я саркастически поглядела на него снизу вверх.
— Вы же спасли мне жизнь! Вот, отдаться вам собираюсь в благодарность.
Надо отдать принцу должное: тут он отреагировал как взрослый. Не смутился, не спрятал глаза, не осерчал. Вместо этого иронично полюбопытствовал:
— А можно я возьму деньгами?
Я одобрительно хохотнула.
— Вот уж нет! Сказала «отдаться», значит, отдаться.
Готова ли беглая преступница, люто ненавидящая монарха, сотрудничать с королевским сыном? Нет, нет и ещё раз нет! Но если на карту поставлена судьба целого мира, придётся переступить через свои предубеждения. А, значит, Йоланда Блэр, магистр зеркальных глубин, готова выйти из тени. Блистать на балу в королевском дворце, устроиться преподавателем в Институт магии и стихий, сражаться с величайшим из колдунов, терпеть общество вспыльчивого принца, водить дружбу с обаятельным деканом… И всё это –...
— Что это? — спросил Орвин, отдышавшись.
Пытаясь понять, о чём он говорит, я опустила голову и увидела древко болта, всё ещё торчавшего из моей груди. Улыбнулась.
— Вы, принц, пронзили насквозь моё сердце!
Я постаралась вложить в эти слова максимально романтические интонации.
— Это не я, это наёмник.
Орвин, как и большинство мужчин, поспешил снять с себя ответственность.
— Ну и не важно.
Готова ли беглая преступница, люто ненавидящая монарха, сотрудничать с королевским сыном? Нет, нет и ещё раз нет! Но если на карту поставлена судьба целого мира, придётся переступить через свои предубеждения. А, значит, Йоланда Блэр, магистр зеркальных глубин, готова выйти из тени. Блистать на балу в королевском дворце, устроиться преподавателем в Институт магии и стихий, сражаться с величайшим из колдунов, терпеть общество вспыльчивого принца, водить дружбу с обаятельным деканом… И всё это –...
невозможно двигаться к будущему, не отпустив своё прошлое.
Готова ли беглая преступница, люто ненавидящая монарха, сотрудничать с королевским сыном? Нет, нет и ещё раз нет! Но если на карту поставлена судьба целого мира, придётся переступить через свои предубеждения. А, значит, Йоланда Блэр, магистр зеркальных глубин, готова выйти из тени. Блистать на балу в королевском дворце, устроиться преподавателем в Институт магии и стихий, сражаться с величайшим из колдунов, терпеть общество вспыльчивого принца, водить дружбу с обаятельным деканом… И всё это –...
— В моём бюро в третьем ящике справа возьмёшь деньги, — распорядилась я. — Там хватит на полгода вперёд. К тому времени я двадцать раз успею вернуться. А если не вернусь… — Я хмыкнула и безразлично пожала плечами. — Тогда дом твой, и вообще можешь делать, что захочешь.
Служанка кивнула с таким выражением лица, будто я не сказала ничего неожиданного, да и вообще раздаю распоряжения такого рода каждое утро и вечер. Я одобрительно улыбнулась. Как-никак сама подбирала себе именно такого человека.
Готова ли беглая преступница, люто ненавидящая монарха, сотрудничать с королевским сыном? Нет, нет и ещё раз нет! Но если на карту поставлена судьба целого мира, придётся переступить через свои предубеждения. А, значит, Йоланда Блэр, магистр зеркальных глубин, готова выйти из тени. Блистать на балу в королевском дворце, устроиться преподавателем в Институт магии и стихий, сражаться с величайшим из колдунов, терпеть общество вспыльчивого принца, водить дружбу с обаятельным деканом… И всё это –...
— Сразу видно, что вам ни разу не доводилось сидеть в тюрьме. Впрочем, это, знаете ли, поправимо. Как бы ни был высок ваш статус, сегодня вы неприкосновенны, а завтра — весьма, причём во всех возможных смыслах этого слова.
Готова ли беглая преступница, люто ненавидящая монарха, сотрудничать с королевским сыном? Нет, нет и ещё раз нет! Но если на карту поставлена судьба целого мира, придётся переступить через свои предубеждения. А, значит, Йоланда Блэр, магистр зеркальных глубин, готова выйти из тени. Блистать на балу в королевском дворце, устроиться преподавателем в Институт магии и стихий, сражаться с величайшим из колдунов, терпеть общество вспыльчивого принца, водить дружбу с обаятельным деканом… И всё это –...