Цитаты
286175
Добрые жены, которые мирно ждут на берегу и врастают в махровые халаты, не получают ничего, кроме рогов.
На улицах мегаполиса появляется маньяк, похожий на легендарного Джека-потрошителя. Новый Джек куда опасней: в его распоряжении все возможности двадцать первого века, его жертвой может стать любая женщина, которую он сочтет продажной, – а значит, от безумного убийцы не застрахован никто. Он так искусно скрывается от полиции, что остается для своих преследователей призраком. На него выходят лишь двое: бывший следователь Леон Аграновский и специалист по серийным убийцам Анна Солари. Но для того,...
крикнул громкое имя, смешал его с легендарным преступлением, привел сомнительный аргумент – и я у мамы детектив.
На улицах мегаполиса появляется маньяк, похожий на легендарного Джека-потрошителя. Новый Джек куда опасней: в его распоряжении все возможности двадцать первого века, его жертвой может стать любая женщина, которую он сочтет продажной, – а значит, от безумного убийцы не застрахован никто. Он так искусно скрывается от полиции, что остается для своих преследователей призраком. На него выходят лишь двое: бывший следователь Леон Аграновский и специалист по серийным убийцам Анна Солари. Но для того,...
одна женщина сломает обидчику хребет за пощечину, другая будет много лет терпеть жестокие пытки. Никто тебе не скажет наверняка, почему так происходит, но осуждать это не нужно – вроде как она, такая дура, сама виновата!
– А что нужно?
– Помочь. Не можешь помочь – молчи. Можешь помочь – помоги, неважно как, хоть словом, хоть делом.
На улицах мегаполиса появляется маньяк, похожий на легендарного Джека-потрошителя. Новый Джек куда опасней: в его распоряжении все возможности двадцать первого века, его жертвой может стать любая женщина, которую он сочтет продажной, – а значит, от безумного убийцы не застрахован никто. Он так искусно скрывается от полиции, что остается для своих преследователей призраком. На него выходят лишь двое: бывший следователь Леон Аграновский и специалист по серийным убийцам Анна Солари. Но для того,...
К одиночеству можно привыкнуть, как к хронической боли, как к постоянной усталости.
Мошенник, многоженец, садист — и первый серийный убийца Америки, построивший собственный «замок смерти». Доктору Холмсу не было равных в жестокости и изобретательности, он менял мир, управляя им. Казалось, второго такого просто не может быть — и быть не должно. Но проходит век, и череда загадочных смертей в центре Москвы, на виду у всех, показывает, что у Холмса появился достойный последователь. Остановить его предстоит бывшему следователю Леониду Аграновскому и специалисту по серийным убийцам...
К одиночеству можно привыкнуть, как к хронической боли, как к постоянной усталости. И вот уже оно становится таким привычным, что кажется, будто так было всегда. Оно обнаруживается только в момент контраста. Вроде как ты приспосабливаешься к вечному полумраку, но потом кто-то зажигает яркий свет, и сначала глазам становится больно, хочется все это прекратить, вернуться к спасительной темноте, сделать так, как было. Однако очень скоро ты понимаешь, что свет — это хорошо, удобно и не нужно его бояться.
Мошенник, многоженец, садист — и первый серийный убийца Америки, построивший собственный «замок смерти». Доктору Холмсу не было равных в жестокости и изобретательности, он менял мир, управляя им. Казалось, второго такого просто не может быть — и быть не должно. Но проходит век, и череда загадочных смертей в центре Москвы, на виду у всех, показывает, что у Холмса появился достойный последователь. Остановить его предстоит бывшему следователю Леониду Аграновскому и специалисту по серийным убийцам...
Ничто не сравнится с простейшей и от этого неповторимой и чистой радостью смотреть на человека и любить его. Вот он просто есть — и тебе хорошо. Ему не обязательно быть писаным красавцем или нравиться всем. Он — твой, для тебя, тебя в нем ничто не раздражает и не бесит. Вот это и есть любовь, Анна. Понимание на всех уровнях.
Мошенник, многоженец, садист — и первый серийный убийца Америки, построивший собственный «замок смерти». Доктору Холмсу не было равных в жестокости и изобретательности, он менял мир, управляя им. Казалось, второго такого просто не может быть — и быть не должно. Но проходит век, и череда загадочных смертей в центре Москвы, на виду у всех, показывает, что у Холмса появился достойный последователь. Остановить его предстоит бывшему следователю Леониду Аграновскому и специалисту по серийным убийцам...
— Важно все, — продолжила Полина. — Нельзя любить только за внешность, всю жизнь в постели не проведешь. И тот самый хищник, которого ты обожала ночью, при свете дня окажется туповатым котиком, который гадит мимо лотка. Но нельзя и любить один лишь внутренний мир, позабыв обо всем остальном.
Мошенник, многоженец, садист — и первый серийный убийца Америки, построивший собственный «замок смерти». Доктору Холмсу не было равных в жестокости и изобретательности, он менял мир, управляя им. Казалось, второго такого просто не может быть — и быть не должно. Но проходит век, и череда загадочных смертей в центре Москвы, на виду у всех, показывает, что у Холмса появился достойный последователь. Остановить его предстоит бывшему следователю Леониду Аграновскому и специалисту по серийным убийцам...
Все мы верим, что бессмертны, и порой смерть разубеждает нас так быстро, что мы не успеваем удивиться.
Мошенник, многоженец, садист — и первый серийный убийца Америки, построивший собственный «замок смерти». Доктору Холмсу не было равных в жестокости и изобретательности, он менял мир, управляя им. Казалось, второго такого просто не может быть — и быть не должно. Но проходит век, и череда загадочных смертей в центре Москвы, на виду у всех, показывает, что у Холмса появился достойный последователь. Остановить его предстоит бывшему следователю Леониду Аграновскому и специалисту по серийным убийцам...
Времена меняются, люди — нет. Мы те же, и даже наша цивилизованность условна.
Мошенник, многоженец, садист — и первый серийный убийца Америки, построивший собственный «замок смерти». Доктору Холмсу не было равных в жестокости и изобретательности, он менял мир, управляя им. Казалось, второго такого просто не может быть — и быть не должно. Но проходит век, и череда загадочных смертей в центре Москвы, на виду у всех, показывает, что у Холмса появился достойный последователь. Остановить его предстоит бывшему следователю Леониду Аграновскому и специалисту по серийным убийцам...
— Правильно, давайте все будем лицемерить, лишь бы это со стороны смотрелось хорошо, — с показательным дружелюбием кивнул Леон. — А то вдруг за нами сейчас призраки наблюдают и мы им плохой семьей покажемся?
Мошенник, многоженец, садист — и первый серийный убийца Америки, построивший собственный «замок смерти». Доктору Холмсу не было равных в жестокости и изобретательности, он менял мир, управляя им. Казалось, второго такого просто не может быть — и быть не должно. Но проходит век, и череда загадочных смертей в центре Москвы, на виду у всех, показывает, что у Холмса появился достойный последователь. Остановить его предстоит бывшему следователю Леониду Аграновскому и специалисту по серийным убийцам...
в любви нет греха, так что можно любить даже чудовище, не оправдывая при этом его преступление.
Мошенник, многоженец, садист — и первый серийный убийца Америки, построивший собственный «замок смерти». Доктору Холмсу не было равных в жестокости и изобретательности, он менял мир, управляя им. Казалось, второго такого просто не может быть — и быть не должно. Но проходит век, и череда загадочных смертей в центре Москвы, на виду у всех, показывает, что у Холмса появился достойный последователь. Остановить его предстоит бывшему следователю Леониду Аграновскому и специалисту по серийным убийцам...
Правильная жизнь — это не обязательно хорошая жизнь.
Мошенник, многоженец, садист — и первый серийный убийца Америки, построивший собственный «замок смерти». Доктору Холмсу не было равных в жестокости и изобретательности, он менял мир, управляя им. Казалось, второго такого просто не может быть — и быть не должно. Но проходит век, и череда загадочных смертей в центре Москвы, на виду у всех, показывает, что у Холмса появился достойный последователь. Остановить его предстоит бывшему следователю Леониду Аграновскому и специалисту по серийным убийцам...
— Дима! — позвала Анна. — Много раз его тыкали? Сколько там ножевых?
— Пока семь насчитал, не отвлекай меня, — напряженно отозвался Дима.
— Слушай, а можно мне его разик ножиком ткнуть? Ему уже без разницы на общем фоне, а мне приятно!
— Господи, нет, конечно!
— Ладно. — Анна снова повернулась к Леону. — Кто-то семь раз оттянулся, а мне и разик нельзя. Обидно, когда кто-то другой осуществляет твои мечты, да?
Судмедэксперт Дмитрий Аграновский обнаруживает, что за несколькими бытовыми преступлениями на самом деле стоит серийный убийца, умело обманывающий полицию. Дело усложняется, когда оказывается, что это не просто маньяк, а подражатель. Он не копирует чужой стиль, он идет еще дальше: он проживает жизнь легендарного серийного убийцы Джона Кристи, охотившегося в Англии в первой половине XX века. Чтобы остановить его, необходимо понять, что ему нужно. Присвоить славу Кристи? Или подставить ни в чем не...
за счастье, спокойное, тихое и долгое, нужно бороться, иногда — даже с самим собой.
Судмедэксперт Дмитрий Аграновский обнаруживает, что за несколькими бытовыми преступлениями на самом деле стоит серийный убийца, умело обманывающий полицию. Дело усложняется, когда оказывается, что это не просто маньяк, а подражатель. Он не копирует чужой стиль, он идет еще дальше: он проживает жизнь легендарного серийного убийцы Джона Кристи, охотившегося в Англии в первой половине XX века. Чтобы остановить его, необходимо понять, что ему нужно. Присвоить славу Кристи? Или подставить ни в чем не...
Если человек так отчаянно сопротивляется собственному спасению, ничего уже не поделаешь.
Судмедэксперт Дмитрий Аграновский обнаруживает, что за несколькими бытовыми преступлениями на самом деле стоит серийный убийца, умело обманывающий полицию. Дело усложняется, когда оказывается, что это не просто маньяк, а подражатель. Он не копирует чужой стиль, он идет еще дальше: он проживает жизнь легендарного серийного убийцы Джона Кристи, охотившегося в Англии в первой половине XX века. Чтобы остановить его, необходимо понять, что ему нужно. Присвоить славу Кристи? Или подставить ни в чем не...
— Если ты собираешься ездить только по правилам, то сразу продавай свою карету. Никто и никогда в России не ездит по правилам!
Судмедэксперт Дмитрий Аграновский обнаруживает, что за несколькими бытовыми преступлениями на самом деле стоит серийный убийца, умело обманывающий полицию. Дело усложняется, когда оказывается, что это не просто маньяк, а подражатель. Он не копирует чужой стиль, он идет еще дальше: он проживает жизнь легендарного серийного убийцы Джона Кристи, охотившегося в Англии в первой половине XX века. Чтобы остановить его, необходимо понять, что ему нужно. Присвоить славу Кристи? Или подставить ни в чем не...
риск любого коллективного допроса — чарующая атмосфера базара.
Судмедэксперт Дмитрий Аграновский обнаруживает, что за несколькими бытовыми преступлениями на самом деле стоит серийный убийца, умело обманывающий полицию. Дело усложняется, когда оказывается, что это не просто маньяк, а подражатель. Он не копирует чужой стиль, он идет еще дальше: он проживает жизнь легендарного серийного убийцы Джона Кристи, охотившегося в Англии в первой половине XX века. Чтобы остановить его, необходимо понять, что ему нужно. Присвоить славу Кристи? Или подставить ни в чем не...
Смерть приходит всего однажды.
Судмедэксперт Дмитрий Аграновский обнаруживает, что за несколькими бытовыми преступлениями на самом деле стоит серийный убийца, умело обманывающий полицию. Дело усложняется, когда оказывается, что это не просто маньяк, а подражатель. Он не копирует чужой стиль, он идет еще дальше: он проживает жизнь легендарного серийного убийцы Джона Кристи, охотившегося в Англии в первой половине XX века. Чтобы остановить его, необходимо понять, что ему нужно. Присвоить славу Кристи? Или подставить ни в чем не...
Есть особая порода людей, которые, даже умирая внутри, не позволят никому узнать об этом.
Судмедэксперт Дмитрий Аграновский обнаруживает, что за несколькими бытовыми преступлениями на самом деле стоит серийный убийца, умело обманывающий полицию. Дело усложняется, когда оказывается, что это не просто маньяк, а подражатель. Он не копирует чужой стиль, он идет еще дальше: он проживает жизнь легендарного серийного убийцы Джона Кристи, охотившегося в Англии в первой половине XX века. Чтобы остановить его, необходимо понять, что ему нужно. Присвоить славу Кристи? Или подставить ни в чем не...
— Есть дело, важное… Кажется, я наткнулся на серийного убийцу. Но вижу его только я!
— Воображаемый друг?
— Очень смешно!
Судмедэксперт Дмитрий Аграновский обнаруживает, что за несколькими бытовыми преступлениями на самом деле стоит серийный убийца, умело обманывающий полицию. Дело усложняется, когда оказывается, что это не просто маньяк, а подражатель. Он не копирует чужой стиль, он идет еще дальше: он проживает жизнь легендарного серийного убийцы Джона Кристи, охотившегося в Англии в первой половине XX века. Чтобы остановить его, необходимо понять, что ему нужно. Присвоить славу Кристи? Или подставить ни в чем не...
не стоит советовать тогда, когда совета никто не спрашивает.
Иви-Ардена Левингстон — аристократка и богачка, представительница древнего и славного рода. Ее жизнь полна роскоши и капризов. По праву рождения Иви-Ардена получила не только беззаботную жизнь, но и высшую привилегию нашего мира — отправиться в Двериндариум и открыть заветную Дверь. Получить Дар Двери. И даже ее ненавистный старший брат не в силах помешать этому событию. А при чем здесь я, нищенка и сирота Вивьен? Все просто. Я та девушка, которая приехала в Двериндариум вместо богатой...
выбор может быть фатальным, ранящим или даже губительным…
Но убиваться о нем – лишь напрасно терять время, которое можно потратить на то, чтобы хоть что-то исправить.
Масок больше нет, самозванка открыла свое истинное лицо. Теперь все знают кто я – приютская девчонка и врунья. А еще – Освободительница Чудовищ. Друзья отвернулись, враги ждут, чтобы напасть, а жизнь преподносит все новые сюрпризы. И как справиться со всем этим, если я всего лишь девушка с отравленной кровью… Заключительная книга трилогии.
Чужое доверие – порой слишком тяжёлая ноша.
Масок больше нет, самозванка открыла свое истинное лицо. Теперь все знают кто я – приютская девчонка и врунья. А еще – Освободительница Чудовищ. Друзья отвернулись, враги ждут, чтобы напасть, а жизнь преподносит все новые сюрпризы. И как справиться со всем этим, если я всего лишь девушка с отравленной кровью… Заключительная книга трилогии.
Пустой живот наполняет сердце и ум злобой.
Масок больше нет, самозванка открыла свое истинное лицо. Теперь все знают кто я – приютская девчонка и врунья. А еще – Освободительница Чудовищ. Друзья отвернулись, враги ждут, чтобы напасть, а жизнь преподносит все новые сюрпризы. И как справиться со всем этим, если я всего лишь девушка с отравленной кровью… Заключительная книга трилогии.
Я никогда не верила в героев, которые жертвуют собой ради всех. Все – слишком непонятная и большая величина для одного маленького человека. Слишком туманная и необъятная. Слишком безликая.
Нет, мы не умираем ради всех.
Мы шагаем в пустоту ради тех, кого любим.
Масок больше нет, самозванка открыла свое истинное лицо. Теперь все знают кто я – приютская девчонка и врунья. А еще – Освободительница Чудовищ. Друзья отвернулись, враги ждут, чтобы напасть, а жизнь преподносит все новые сюрпризы. И как справиться со всем этим, если я всего лишь девушка с отравленной кровью… Заключительная книга трилогии.