Цитаты
286188
Смазливые воины – дерьмовые воины. Ты не поймешь, насколько сладок вдох, пока тебе не сломают ребра. Ты не начнешь ценить своего счастья, пока не познаешь горя. И нет никакого смысла винить себя в том, что жизнь дала тебе пинок. Просто подумай, насколько это больно, и как сильно ты не желаешь почувствовать это вновь. В следующий раз это поможет тебе сделать все возможное ради победы.
В Итрее воцарился хаос. Мия Корвере убила кардинала Дуомо, а слухи о гибели консула Скаевы разлетаются по улицам Годсгрейва со скоростью лесного пожара. Но прямо под этими улицами, глубоко в древних костях города, скрыта тайна, которая навсегда изменит республику… Долгая дорога Мии к желанной цели – мести за убийство семьи – подходит к концу. Опасное путешествие юной убийцы приведет ее к эпичному финалу: в поисках истины ей придется спуститься в недра старинного метрополиса, пересечь Море...
Никогда не бояться значит никогда не надеяться. Никогда не любить. Никогда не жить. Никогда не бояться тьмы – значит никогда не улыбаться рассветным лучам, целующим твое лицо. Никогда не бояться одиночества – значит никогда не знать радости от объятий с возлюбленным. Обладание – это и страх потерять.
В Итрее воцарился хаос. Мия Корвере убила кардинала Дуомо, а слухи о гибели консула Скаевы разлетаются по улицам Годсгрейва со скоростью лесного пожара. Но прямо под этими улицами, глубоко в древних костях города, скрыта тайна, которая навсегда изменит республику… Долгая дорога Мии к желанной цели – мести за убийство семьи – подходит к концу. Опасное путешествие юной убийцы приведет ее к эпичному финалу: в поисках истины ей придется спуститься в недра старинного метрополиса, пересечь Море...
Кто говорит, что за деньги счастье не купишь, тот явно никогда их не имел.
В Итрее воцарился хаос. Мия Корвере убила кардинала Дуомо, а слухи о гибели консула Скаевы разлетаются по улицам Годсгрейва со скоростью лесного пожара. Но прямо под этими улицами, глубоко в древних костях города, скрыта тайна, которая навсегда изменит республику… Долгая дорога Мии к желанной цели – мести за убийство семьи – подходит к концу. Опасное путешествие юной убийцы приведет ее к эпичному финалу: в поисках истины ей придется спуститься в недра старинного метрополиса, пересечь Море...
Кто остаётся в наших сердцах, тот никогда не умирает.
В Итрее воцарился хаос. Мия Корвере убила кардинала Дуомо, а слухи о гибели консула Скаевы разлетаются по улицам Годсгрейва со скоростью лесного пожара. Но прямо под этими улицами, глубоко в древних костях города, скрыта тайна, которая навсегда изменит республику… Долгая дорога Мии к желанной цели – мести за убийство семьи – подходит к концу. Опасное путешествие юной убийцы приведет ее к эпичному финалу: в поисках истины ей придется спуститься в недра старинного метрополиса, пересечь Море...
admin
добавил цитату
из книги
«Аббарр. Пепел и крылья»
6 лет назад
-Ваша правда, Вэл Стурион, - ответила Эша вытирая руку. - Время сложно обуздать... -...остается лишь подружиться с ним,- закончил излюбленное изречение горожан торговец.
admin
добавил цитату
из книги
«Аббарр. Пепел и крылья»
6 лет назад
— Я гляжу, ты с голоду точно не помрешь. Всегда сможешь пойти в барды, — рассмеялась Эша. — Неужели ты веришь в эти сказки? — Запомни, Ашри, я верю в науку и здравый смысл, и они мне подсказывают, что древняя мудрость не лжёт: женщина запросто может угробить своими причудами любого мужика и себя заодно.
admin
добавил цитату
из книги
«Аббарр. Пепел и крылья»
6 лет назад
Если ценность столь бесценна, что цены ей нет, то какая она ценность? Одни убытки и потеря времени
admin
добавил цитату
из книги
«Аббарр. Пепел и крылья»
6 лет назад
Спокойнее малыш, я не враг тебе. Может, еще не друг, но точно не враг
На этом месте я всегда просыпаюсь. В голове срабатывает переключатель, подсознание бережет меня от того, чего я не хочу видеть.
«Ведьмин день» «Зачем вы поселились в этом доме? – спросил меня тогда парень по кличке Горох. – Немедленно уезжайте! Будет беда!» Но я не послушал его и не рассказал о предупреждении родителям. Однако вскоре выяснилось: этот самый Горох умер много лет назад! Значит, я разговаривал с привидением?.. Но это меня ничуть не испугало. Ведь пугать начало совсем другое: шорох, стук когтей по полу, ощущение присутствия в доме чего-то неведомого… Одного не могу понять: она мне только видится или...
ПРОКЛЯТЬЕ НЕ НОСКИ, СНЯТЬ НЕЛЬЗЯ.
«Ведьмин день» «Зачем вы поселились в этом доме? – спросил меня тогда парень по кличке Горох. – Немедленно уезжайте! Будет беда!» Но я не послушал его и не рассказал о предупреждении родителям. Однако вскоре выяснилось: этот самый Горох умер много лет назад! Значит, я разговаривал с привидением?.. Но это меня ничуть не испугало. Ведь пугать начало совсем другое: шорох, стук когтей по полу, ощущение присутствия в доме чего-то неведомого… Одного не могу понять: она мне только видится или...
Как-то я прочитал книжку про универсальную технику выживания в джунглях. Там рассказывалось, как можно, к примеру, победить ягуара. Победить ягуара легко – с ним надо просто не встречаться.
«Ведьмин день» «Зачем вы поселились в этом доме? – спросил меня тогда парень по кличке Горох. – Немедленно уезжайте! Будет беда!» Но я не послушал его и не рассказал о предупреждении родителям. Однако вскоре выяснилось: этот самый Горох умер много лет назад! Значит, я разговаривал с привидением?.. Но это меня ничуть не испугало. Ведь пугать начало совсем другое: шорох, стук когтей по полу, ощущение присутствия в доме чего-то неведомого… Одного не могу понять: она мне только видится или...
Поединок нервов, поединок воли.
Семён живёт в приёмной семье. И это его первый настоящий Дом. Семёна приняли очень хорошо, выделили отдельную комнату на втором этаже просторного загородного дома. Он стал звать приёмных родителей Ма и Па и подружился с их единственной дочерью – Ли. Ма и Папа разрешили Семёну забрать с собой из приюта огромного пса по кличке Бакс. Как же всё хорошо складывалось. Пока не появилась Римма, дальняя родственница, оставшаяся сиротой в результате жуткой автомобильной катастрофы. Она вроде бы ровесница...
Мне кажется, мы обрывки душ, – сказал Куцый. – Нас не взяли на небо, нас забыли здесь. Почему-то… Вместилища для нас тоже не нашлось – и вот мы в собаках сидим, и бродим, бродим туда-сюда, туда-сюда. Мне уже двадцать лет, собаки так долго не живут – а я ещё хожу. Как?
Семён живёт в приёмной семье. И это его первый настоящий Дом. Семёна приняли очень хорошо, выделили отдельную комнату на втором этаже просторного загородного дома. Он стал звать приёмных родителей Ма и Па и подружился с их единственной дочерью – Ли. Ма и Папа разрешили Семёну забрать с собой из приюта огромного пса по кличке Бакс. Как же всё хорошо складывалось. Пока не появилась Римма, дальняя родственница, оставшаяся сиротой в результате жуткой автомобильной катастрофы. Она вроде бы ровесница...
Подумаешь, разум попадает в нечеловеческое тело. Гораздо страшнее, когда разум не попадает в тело человеческое.
Семён живёт в приёмной семье. И это его первый настоящий Дом. Семёна приняли очень хорошо, выделили отдельную комнату на втором этаже просторного загородного дома. Он стал звать приёмных родителей Ма и Па и подружился с их единственной дочерью – Ли. Ма и Папа разрешили Семёну забрать с собой из приюта огромного пса по кличке Бакс. Как же всё хорошо складывалось. Пока не появилась Римма, дальняя родственница, оставшаяся сиротой в результате жуткой автомобильной катастрофы. Она вроде бы ровесница...
Образ бывшего мужа настолько истёрся, что она уже не помнила его профессию - то ли рекламный агент, то ли частный охранник, то ли Ультрамен, то ли ещё кто.
В одном из самых своих шокирующих романов Рю Мураками описывает эпическое противостояние двух дружеских компаний: шестерки молодых бездельников и Общества Мидори, состоящего из кумушек в возрасте под сорок. Развлечения юношей, поначалу вполне невинные, приводят к убийству одной из Мидори, после чего запускается маховик взаимной мести, достигающей поистине катастрофических масштабов.
- Ты мой единственный друг, оставшийся в живых, тут не поспоришь, но мне кажется, что превратиться в гомосеков будет огромной ошибкой!
В одном из самых своих шокирующих романов Рю Мураками описывает эпическое противостояние двух дружеских компаний: шестерки молодых бездельников и Общества Мидори, состоящего из кумушек в возрасте под сорок. Развлечения юношей, поначалу вполне невинные, приводят к убийству одной из Мидори, после чего запускается маховик взаимной мести, достигающей поистине катастрофических масштабов.
- Н-да, оба-сан угрожают нам всем, - сокрушённо отозвался Гендзиро. - Это форма жизни, которая перестала эволюционировать. Каждый может превратиться с оба-сан. Разумеется, прежде всего, молоденькие девушки, но и юноши тоже. Да и мужчины средних лет тоже не застрахованы. Да что там, даже дети! Человек превращается в оба-сан в тот самый момент, когда перестаёт развиваться.
В одном из самых своих шокирующих романов Рю Мураками описывает эпическое противостояние двух дружеских компаний: шестерки молодых бездельников и Общества Мидори, состоящего из кумушек в возрасте под сорок. Развлечения юношей, поначалу вполне невинные, приводят к убийству одной из Мидори, после чего запускается маховик взаимной мести, достигающей поистине катастрофических масштабов.
Пока не завоюешь самоуважение, никогда не постигнешь красоту музыки Моцарта
В одном из самых своих шокирующих романов Рю Мураками описывает эпическое противостояние двух дружеских компаний: шестерки молодых бездельников и Общества Мидори, состоящего из кумушек в возрасте под сорок. Развлечения юношей, поначалу вполне невинные, приводят к убийству одной из Мидори, после чего запускается маховик взаимной мести, достигающей поистине катастрофических масштабов.
Это к хорошему быстро привыкают, а к одиночеству нельзя привыкнуть, можно только приноровиться.
Мы несемся по жизни, едва успевая перевести дыхание и переобуться на ходу. Кроссовки – для здоровья, острые шпильки – для карьеры, тапочки – для дома. Только что были босоножки, и опять – зимние сапоги. И бежим, бежим, бежим… Словно там, за поворотом, нас ждет что-то такое, чего нам не хватает для полного счастья. И в этом беге не замечаем, что счастье рядом. Оно еле уворачивается от нашего стремительного натиска, боится приблизиться, чтобы его не затоптали. Оно опасливо поджимает ноги, чтобы...
Для откровенности нужна надежда на понимание.
Мы несемся по жизни, едва успевая перевести дыхание и переобуться на ходу. Кроссовки – для здоровья, острые шпильки – для карьеры, тапочки – для дома. Только что были босоножки, и опять – зимние сапоги. И бежим, бежим, бежим… Словно там, за поворотом, нас ждет что-то такое, чего нам не хватает для полного счастья. И в этом беге не замечаем, что счастье рядом. Оно еле уворачивается от нашего стремительного натиска, боится приблизиться, чтобы его не затоптали. Оно опасливо поджимает ноги, чтобы...
Найти свой город не менее важно, чем встретить своего человека.
Мы несемся по жизни, едва успевая перевести дыхание и переобуться на ходу. Кроссовки – для здоровья, острые шпильки – для карьеры, тапочки – для дома. Только что были босоножки, и опять – зимние сапоги. И бежим, бежим, бежим… Словно там, за поворотом, нас ждет что-то такое, чего нам не хватает для полного счастья. И в этом беге не замечаем, что счастье рядом. Оно еле уворачивается от нашего стремительного натиска, боится приблизиться, чтобы его не затоптали. Оно опасливо поджимает ноги, чтобы...
Россия - это страна-холодильник с небольшими перерывами на разморозку.
Мы несемся по жизни, едва успевая перевести дыхание и переобуться на ходу. Кроссовки – для здоровья, острые шпильки – для карьеры, тапочки – для дома. Только что были босоножки, и опять – зимние сапоги. И бежим, бежим, бежим… Словно там, за поворотом, нас ждет что-то такое, чего нам не хватает для полного счастья. И в этом беге не замечаем, что счастье рядом. Оно еле уворачивается от нашего стремительного натиска, боится приблизиться, чтобы его не затоптали. Оно опасливо поджимает ноги, чтобы...
Женщина. Отряд одиноких. Сладким не кормить.
Мы несемся по жизни, едва успевая перевести дыхание и переобуться на ходу. Кроссовки – для здоровья, острые шпильки – для карьеры, тапочки – для дома. Только что были босоножки, и опять – зимние сапоги. И бежим, бежим, бежим… Словно там, за поворотом, нас ждет что-то такое, чего нам не хватает для полного счастья. И в этом беге не замечаем, что счастье рядом. Оно еле уворачивается от нашего стремительного натиска, боится приблизиться, чтобы его не затоптали. Оно опасливо поджимает ноги, чтобы...
Мне кажется, что ты специально усложняешь задачу, чтобы оправдать свою пассивность, потому что недостаточно сильно хочешь быть счастливой.
Мы несемся по жизни, едва успевая перевести дыхание и переобуться на ходу. Кроссовки – для здоровья, острые шпильки – для карьеры, тапочки – для дома. Только что были босоножки, и опять – зимние сапоги. И бежим, бежим, бежим… Словно там, за поворотом, нас ждет что-то такое, чего нам не хватает для полного счастья. И в этом беге не замечаем, что счастье рядом. Оно еле уворачивается от нашего стремительного натиска, боится приблизиться, чтобы его не затоптали. Оно опасливо поджимает ноги, чтобы...
— А не много ли ты себе позволяешь? — стараясь сохранять дружелюбие, прошипела я. — Хотелось бы больше, — признался Дивислав.
Калина — чудесница из Полозовичей, вотчины Змеиного царя. От нечистого спасает, на удачу заклинает, водичку живую от неведомого благодетеля местным поставляет. Но всё меняется, когда исчезает лучший друг и сам Кощей Бессмертный зовёт в свои чертоги, обещая любовь и ласку. Стоит ли верить? И что таится за нежностью кощеевой? Поможет ли он отыскать друга или заведет к погибели? Но Калина не робкого десятка, да и в беде своих не оставляет!