Цитаты
286270
Выйдя от соседей на улицу под истеричное гавканье растревоженных деревенских псов, я впервые за эти дни заплакала. Отчаяние и сожаление выходили из меня толчками, разрывая нутро, словно открылся какой-то защитный клапан, и потеря только сейчас приобрела настоящий масштаб. Я прижалась лбом к ограде дома, в котором прожила столько лет и, как загульный пропойца, что-то выхаркивала из себя, выдавливала, выкорчевывала, пока не поняла, что избавиться от этих чувств невозможно…
Новый роман Веры Арье – это история о потерянном во время оккупации Парижа шедевре и о потерянных во времени людях. Герои книги – журналист Родион Лавров и его юная спутница – берутся за заказное расследование, затрагивающее судьбы очень разных людей: одержимого московского коллекционера и обаятельного парижского махинатора, талантливого французского скульптора и его русской музы… Современная Москва, довоенный Париж, пленительная атмосфера южного берега Франции – таковы декорации к этой...
Габи умела замечательно слушать. Она не перебивала, однако по ее подвижному, эмоциональному лицу было видно, как искренне она проживает историю: по нему то скользили солнечные зайчики восхищения, то проносились хмурые тени сомнения, то едва уловимо, в самых уголках губ, залегали складки печали.
Новый роман Веры Арье – это история о потерянном во время оккупации Парижа шедевре и о потерянных во времени людях. Герои книги – журналист Родион Лавров и его юная спутница – берутся за заказное расследование, затрагивающее судьбы очень разных людей: одержимого московского коллекционера и обаятельного парижского махинатора, талантливого французского скульптора и его русской музы… Современная Москва, довоенный Париж, пленительная атмосфера южного берега Франции – таковы декорации к этой...
Брови Габи взлетели вверх, как потревоженные выстрелом чайки
Новый роман Веры Арье – это история о потерянном во время оккупации Парижа шедевре и о потерянных во времени людях. Герои книги – журналист Родион Лавров и его юная спутница – берутся за заказное расследование, затрагивающее судьбы очень разных людей: одержимого московского коллекционера и обаятельного парижского махинатора, талантливого французского скульптора и его русской музы… Современная Москва, довоенный Париж, пленительная атмосфера южного берега Франции – таковы декорации к этой...
За окном больничной палаты сгустился сумрак, сверкают скальпели молний, протыкая набрякшую тучную плоть
Новый роман Веры Арье – это история о потерянном во время оккупации Парижа шедевре и о потерянных во времени людях. Герои книги – журналист Родион Лавров и его юная спутница – берутся за заказное расследование, затрагивающее судьбы очень разных людей: одержимого московского коллекционера и обаятельного парижского махинатора, талантливого французского скульптора и его русской музы… Современная Москва, довоенный Париж, пленительная атмосфера южного берега Франции – таковы декорации к этой...
В окно затекал бледный молочный свет луны, разбавляя крепкую заварку наваливающейся ночи…
Новый роман Веры Арье – это история о потерянном во время оккупации Парижа шедевре и о потерянных во времени людях. Герои книги – журналист Родион Лавров и его юная спутница – берутся за заказное расследование, затрагивающее судьбы очень разных людей: одержимого московского коллекционера и обаятельного парижского махинатора, талантливого французского скульптора и его русской музы… Современная Москва, довоенный Париж, пленительная атмосфера южного берега Франции – таковы декорации к этой...
Шедевр рождается тогда, когда соединяются любовь и мастерство
Новый роман Веры Арье – это история о потерянном во время оккупации Парижа шедевре и о потерянных во времени людях. Герои книги – журналист Родион Лавров и его юная спутница – берутся за заказное расследование, затрагивающее судьбы очень разных людей: одержимого московского коллекционера и обаятельного парижского махинатора, талантливого французского скульптора и его русской музы… Современная Москва, довоенный Париж, пленительная атмосфера южного берега Франции – таковы декорации к этой...
...натужно тикали часы, словно проталкивая песчинки времени через просвет настоящего в бесконечное прошлое
Новый роман Веры Арье – это история о потерянном во время оккупации Парижа шедевре и о потерянных во времени людях. Герои книги – журналист Родион Лавров и его юная спутница – берутся за заказное расследование, затрагивающее судьбы очень разных людей: одержимого московского коллекционера и обаятельного парижского махинатора, талантливого французского скульптора и его русской музы… Современная Москва, довоенный Париж, пленительная атмосфера южного берега Франции – таковы декорации к этой...
Единственное понимание, которое во мне за это время укоренилось, состоит в том, что смерть - это тоже жизнь...
Новый роман Веры Арье – это история о потерянном во время оккупации Парижа шедевре и о потерянных во времени людях. Герои книги – журналист Родион Лавров и его юная спутница – берутся за заказное расследование, затрагивающее судьбы очень разных людей: одержимого московского коллекционера и обаятельного парижского махинатора, талантливого французского скульптора и его русской музы… Современная Москва, довоенный Париж, пленительная атмосфера южного берега Франции – таковы декорации к этой...
Поезд нагоняла грозовая туча. Ее клубящуюся дымную плоть разрывали всполохи молний, и казалось, что она вот-вот накроет состав и затянет его в свое клокочущее чрево.
Новый роман Веры Арье – это история о потерянном во время оккупации Парижа шедевре и о потерянных во времени людях. Герои книги – журналист Родион Лавров и его юная спутница – берутся за заказное расследование, затрагивающее судьбы очень разных людей: одержимого московского коллекционера и обаятельного парижского махинатора, талантливого французского скульптора и его русской музы… Современная Москва, довоенный Париж, пленительная атмосфера южного берега Франции – таковы декорации к этой...
Не старайтесь писать стихи о любви, часто говорю я своим ученикам. Пишите стихи о том, как приготовить блинчики для своего возлюбленного. Или о дедушкиных руках, когда он привязывает к удочке мармышку. Пусть любовь возникает из деталей.
Карен бежит от проблем в маленькую деревню в горах Колорадо и остается наедине со своими мыслями на фоне красоты и жестокости природы. Когда пожар уничтожает все, что у нее было, она еще сильнее замыкается в себе. Но, пытаясь примирить жажду одиночества с потребностью в обществе, Карен находит путь назад и становится счастливой. Эти вдохновляющие мемуары – дань уважения сорока сезонам, которые автор прожила в горах, а также признание в любви непредсказуемым и прекрасным силам природы.
Так что я направлялась домой, в Колорадо, слишком хорошо сознавая, что у меня нет никакого дома, чтобы в него вернуться.
Карен бежит от проблем в маленькую деревню в горах Колорадо и остается наедине со своими мыслями на фоне красоты и жестокости природы. Когда пожар уничтожает все, что у нее было, она еще сильнее замыкается в себе. Но, пытаясь примирить жажду одиночества с потребностью в обществе, Карен находит путь назад и становится счастливой. Эти вдохновляющие мемуары – дань уважения сорока сезонам, которые автор прожила в горах, а также признание в любви непредсказуемым и прекрасным силам природы.
Я знаю, из чего состоит мир, и все равно люблю его весь.
Карен бежит от проблем в маленькую деревню в горах Колорадо и остается наедине со своими мыслями на фоне красоты и жестокости природы. Когда пожар уничтожает все, что у нее было, она еще сильнее замыкается в себе. Но, пытаясь примирить жажду одиночества с потребностью в обществе, Карен находит путь назад и становится счастливой. Эти вдохновляющие мемуары – дань уважения сорока сезонам, которые автор прожила в горах, а также признание в любви непредсказуемым и прекрасным силам природы.
Лучше поосторожничать, чем потом жалеть
Анна - принцесса Эренделла. Анна коротает время в замке, в котором она оказалась фактически запертой. Ее родители погибли, а сестра Эльза не желает с ней общаться. Любовь становится для девушки единственным спасением от одиночества. Ханс - принц Южных островов и тринадцатый в очереди на престол. Отец-тиран и жестокие братья не оставляют его в покое и всячески отравляют существование. Любовь становится для юноши единственным спасением от одиночества. Пути Анны и Ханса пересеклись на коронации...
Контроль, контроль, в то время как многое в мире было неясным и не имело смысла.По иронии, я думаю, что доставляла им больше проблем, чем если бы шлялась непонятно где, в Камдене, или Сохо, или еще где. Они могли бы наказывать меня, если бы я курила, или пила, или воровала бы, или приводила домой всяких непонятных парней. Но я этого не делала. Вместо этого я сидела в своей комнате: писала, читала, думала. Думала слишком много.
Давно забытый король даровал своей возлюбленной огромный замок, Кипсейк, и уехал, чтобы никогда не вернуться. Несмотря на чудесных бабочек, обитающих в саду, Кипсейк стал ее проклятием. Ведь королева умирала от тоски и одиночества внутри огромного каменного монстра. Она замуровала себя в старой часовне, не сумев вынести разлуки с любимым. Такую сказку Нина Парр читала в детстве. Из-за бабочек погиб ее собственный отец, знаменитый энтомолог. Она никогда не видела его до того, как он воскрес,...
Я всегда была идеально хорошей девочкой, как мне казалось. Никаких проблем. А потом я пошла и влюбилась.
Давно забытый король даровал своей возлюбленной огромный замок, Кипсейк, и уехал, чтобы никогда не вернуться. Несмотря на чудесных бабочек, обитающих в саду, Кипсейк стал ее проклятием. Ведь королева умирала от тоски и одиночества внутри огромного каменного монстра. Она замуровала себя в старой часовне, не сумев вынести разлуки с любимым. Такую сказку Нина Парр читала в детстве. Из-за бабочек погиб ее собственный отец, знаменитый энтомолог. Она никогда не видела его до того, как он воскрес,...
Любила ли я его? Да, очень. Болезненно. Любил ли он меня? Да, я знаю, что любил. Так что же пошло не так? Не думаю, что любви достаточно. Не думаю, что мы были готовы. Мы думали, что это наша судьба, влюбиться такими молодыми, вот так пожениться. Я думала, что рождена для этого, книжная, тихая девочка, которая, в общем, и не жила – я верила, что настало мое время летать. Я ошиблась: я думала, он меня спасет, заполнит все дыры. Вы не можете просто попросить кого-то сделать это для вас. Вы должны сделать это вместе.
Давно забытый король даровал своей возлюбленной огромный замок, Кипсейк, и уехал, чтобы никогда не вернуться. Несмотря на чудесных бабочек, обитающих в саду, Кипсейк стал ее проклятием. Ведь королева умирала от тоски и одиночества внутри огромного каменного монстра. Она замуровала себя в старой часовне, не сумев вынести разлуки с любимым. Такую сказку Нина Парр читала в детстве. Из-за бабочек погиб ее собственный отец, знаменитый энтомолог. Она никогда не видела его до того, как он воскрес,...
Даже в мире, где кто-то умирает от любви, где любовь высасывает все соки из тела, все еще остается красота среди них, порхающих, золотых, по-летнему прекрасных. Они такие глупые, эти бабочки.
Давно забытый король даровал своей возлюбленной огромный замок, Кипсейк, и уехал, чтобы никогда не вернуться. Несмотря на чудесных бабочек, обитающих в саду, Кипсейк стал ее проклятием. Ведь королева умирала от тоски и одиночества внутри огромного каменного монстра. Она замуровала себя в старой часовне, не сумев вынести разлуки с любимым. Такую сказку Нина Парр читала в детстве. Из-за бабочек погиб ее собственный отец, знаменитый энтомолог. Она никогда не видела его до того, как он воскрес,...
То, что для одного психическое расстройство, для другого просто очаровательный стиль.
Давно забытый король даровал своей возлюбленной огромный замок, Кипсейк, и уехал, чтобы никогда не вернуться. Несмотря на чудесных бабочек, обитающих в саду, Кипсейк стал ее проклятием. Ведь королева умирала от тоски и одиночества внутри огромного каменного монстра. Она замуровала себя в старой часовне, не сумев вынести разлуки с любимым. Такую сказку Нина Парр читала в детстве. Из-за бабочек погиб ее собственный отец, знаменитый энтомолог. Она никогда не видела его до того, как он воскрес,...
Ранняя юность отличается переменной погодой.
Виржини Гримальди с присущей ей чуткостью и душевным теплом рассказывает историю трех женщин. Историю о том, что, какой бы страшной беда ни была, выход есть всегда. И очень важно не забывать об этом. Анне тридцать семь. Работая с утра до ночи, она пытается свести концы с концами и поднять двух дочерей. На личном счастье она давно поставила крест. Хлое семнадцать. Когда-то прилежная ученица с большой мечтой, она забросила лицей, решив отказаться от планов на будущее и работать, чтобы хоть...
Мой мозг никогда не отдыхает, моё воображение – боевая машина.
Виржини Гримальди с присущей ей чуткостью и душевным теплом рассказывает историю трех женщин. Историю о том, что, какой бы страшной беда ни была, выход есть всегда. И очень важно не забывать об этом. Анне тридцать семь. Работая с утра до ночи, она пытается свести концы с концами и поднять двух дочерей. На личном счастье она давно поставила крест. Хлое семнадцать. Когда-то прилежная ученица с большой мечтой, она забросила лицей, решив отказаться от планов на будущее и работать, чтобы хоть...
У меня такое ощущение, что все мы сидим в автобусе, который неотвратимо следует по заданному маршруту, общему для всех людей. Там мы встречаемся, теряемся, иногда сближаемся и оказываемся рядом, порой сопровождаем друг друга до конечной остановки. Его движение нельзя затормозить, остановить хотя бы на несколько мгновений... Единственное, что мы можем, – это сделать наше пребывание в нём более или менее приятным.
Виржини Гримальди с присущей ей чуткостью и душевным теплом рассказывает историю трех женщин. Историю о том, что, какой бы страшной беда ни была, выход есть всегда. И очень важно не забывать об этом. Анне тридцать семь. Работая с утра до ночи, она пытается свести концы с концами и поднять двух дочерей. На личном счастье она давно поставила крест. Хлое семнадцать. Когда-то прилежная ученица с большой мечтой, она забросила лицей, решив отказаться от планов на будущее и работать, чтобы хоть...
Родители подобны канатоходцам: они идут по натянутому канату между двумя крайностями – «слишком» и «недостаточно» – с очень хрупким грузом в руках.
Виржини Гримальди с присущей ей чуткостью и душевным теплом рассказывает историю трех женщин. Историю о том, что, какой бы страшной беда ни была, выход есть всегда. И очень важно не забывать об этом. Анне тридцать семь. Работая с утра до ночи, она пытается свести концы с концами и поднять двух дочерей. На личном счастье она давно поставила крест. Хлое семнадцать. Когда-то прилежная ученица с большой мечтой, она забросила лицей, решив отказаться от планов на будущее и работать, чтобы хоть...
Какой же он болезненный, этот переход от детства к юности, когда тысячи иллюзий разбиваются в осколки, а мечты сталкиваются с суровой реальностью. Остаётся только сожалеть о прошлой удобной невинности, мире, в котором все твои горести и болячки проходят с наступлением нового дня.
Виржини Гримальди с присущей ей чуткостью и душевным теплом рассказывает историю трех женщин. Историю о том, что, какой бы страшной беда ни была, выход есть всегда. И очень важно не забывать об этом. Анне тридцать семь. Работая с утра до ночи, она пытается свести концы с концами и поднять двух дочерей. На личном счастье она давно поставила крест. Хлое семнадцать. Когда-то прилежная ученица с большой мечтой, она забросила лицей, решив отказаться от планов на будущее и работать, чтобы хоть...
Всё когда-нибудь кончается. Гнев, разочарование, хлопоты, радость, усталость. Всё, что нам остаётся до последнего вздоха, будь они в этом мире или в мире ином, – это люди, которых мы любили.
Виржини Гримальди с присущей ей чуткостью и душевным теплом рассказывает историю трех женщин. Историю о том, что, какой бы страшной беда ни была, выход есть всегда. И очень важно не забывать об этом. Анне тридцать семь. Работая с утра до ночи, она пытается свести концы с концами и поднять двух дочерей. На личном счастье она давно поставила крест. Хлое семнадцать. Когда-то прилежная ученица с большой мечтой, она забросила лицей, решив отказаться от планов на будущее и работать, чтобы хоть...
Горе тех, кого мы любим, многократно увеличивает наше собственное.
Виржини Гримальди с присущей ей чуткостью и душевным теплом рассказывает историю трех женщин. Историю о том, что, какой бы страшной беда ни была, выход есть всегда. И очень важно не забывать об этом. Анне тридцать семь. Работая с утра до ночи, она пытается свести концы с концами и поднять двух дочерей. На личном счастье она давно поставила крест. Хлое семнадцать. Когда-то прилежная ученица с большой мечтой, она забросила лицей, решив отказаться от планов на будущее и работать, чтобы хоть...