В этот момент одногруппник до невозможности походил на Толфана. Вроде и происхождением не блещет, и богатством не избалован, и Дар похуже, чем у толстяка, а какая-то неуловимая общность душ всё равно ощущалась. Причём что это так сразу и не скажешь: может какая-то пронырливость и понимание изнанки жизни, может нескрываемое себялюбие. Ясно другое, чем Серж от Толфана точно отличался, так это отсутствием трусости.
Хейзел поняла, что война убивает не только тех, чьи родители получают телеграмму.
Музыка. Ресницы. Волосы, пахнущие сиренью. Легкое касание ее губ на его щеках.
ВОТ И ОНА. ПАРИКМАХЕРСКАЯ. "Королевская борода". ... . Если первый этаж был бородой, то второй - носом?
Прах к праху, пепел к пеплу. Бог даёт, и бог забирает...
Не "жалкий". Трогательный. Грустный. То, что чувствуешь, когда скучаешь по любимым и близким людям.
Смерть, где твое жало?...Ад, где твоя победа?
КАКОВО ЭТО - быть снайпером в снегу? Туман был густым и неприглядным, как снежная стена. Эта чистая белизна приглушила звуки смерти и разрушения, словно плотное одеяло. Какая ужасная шутка.
- Сделать мир безопаснее для людей, которые готовятся к прослушиванию - хорошая причина для того, чтобы отправиться на войну. Если не станет музыки и искусства и вся красота исчезнет - что у нас останется?
Я идеальна, а смертные не могут искренне любить идеал. В конце концов, человеческие иллюзии рушатся, и это их уничтожает.
Вы знали, что вся еда становится намного аппетитнее, когда вы влюблены? А Париж - самое лучшее место, чтобы быть голодным.
ЧТО ХУЖЕ? Когда сердце возлюбленного остывает? Или когда его забирает смерть?
О бедственном положении ликвидаторов можно написать отдельную книгу, но, чтобы не нарушать баланс повествования, ограничусь этой главой. Главное, они показали себя героями, чья отвага не знала предела. По ходу своего исследования я то и дело в самых разных источниках сталкивался с одним и тем же фактом (и он, похоже, раскрывает советский менталитет как таковой): люди с полной готовностью выполняли все, что необходимо было сделать. Бесчисленное множество мужчин и женщин пожертвовали здоровьем и самой жизнью ради всех нас, и то, что правительства бывших советских республик сегодня почти забыли об этих людях после подвига, который они совершили, – вопиющая несправедливость.
Курчатовского института В.П. Волков представил совету информацию о конструктивных недостатках реактора, которые привели к аварии, но признать перед всем миром, что советские реакторы не идеальны хоть в чем-то, было невозможно. Вера в науку была одной из базовых ценностей СССР, который всегда кичился статусом технологической сверхдержавы, к тому же члены совета опасались негативной реакции общественности в адрес ядерной энергетики, как это случилось в Америке после аварии на Три-Майл-Айленд. Допустить этого было нельзя, и козлов отпущения в лице чернобыльских операторов назначили заранее. Разумеется, невозможно утверждать, что некоторые операторы не проявили халатности – несомненно проявили, – но даже их пренебрежение инструкциями по безопасности не привело бы к катастрофе такого масштаба, будь РБМК спроектирован должным образом.
Мне хочется думать, что ушедшие любимые иногда посылают нам весточки. У них там сложности со связью, они вынуждены обходить главного ангела по цензуре, и потому их послания бывают загадочны и мало напоминают письма. Но тот, кому адресовано, поймет. «Мне хорошо здесь, я по-прежнему усат и прекрасен, не скучай, не плачь, не плачь».
Великая Сага- это Сага Норен.
"Между принципами и людьми всегда нужно выбирать последних".
"Между принципами и людьми всегда нужно выбирать последних." "Дома так быстро умирают, если в них нет человека." "То, что не убивает нас, остаётся с нами до конца."
- Говори, Назяленская. Когда ты вот так поджимаешь губы, ты выглядишь так, словно занималась любовью с лимоном. - Счастливый лимон, - фыркнула Зоя.
Нина фыркнула. Если бы мужчины стыдились, когда им положено стыдиться, у них не оставалось бы времени ни на что другое.
– Я в офис, раз уж ты меня подняла хрен пойми во сколько. Удивлю их там, пусть тоже охренеют от моего брака с жаворонком.
– Конечно нет, леди Меган, – кивнула я, даже не думая спорить. – Умница. Сидеть смирно! Я с облегчением подняла глаза и тогда только поняла, что теперь она обращалась к собаке, а не ко мне. Слава богу! Потому что еще чуть-чуть, и я бы села.
– Как там с обзвоном? – спросил, дико злясь на самого себя. – Пятнадцать процентов сотрудников уже в курсе, что вы на месте с самого утра. У одного, кажется, сердечный приступ, остальные мчатся на работу.
"Я задумчиво осмотрел Эмму. Воробушек, ептыть. Сидит в одеяле, сверлит меня огромными глазками и еще на подозревает, что развода я ей не дам. И причина у меня, как у взрослого двадцатидевятилетнего мужика очень уважительная! Потому что мне бабушка запретила."
"Отцу я как-нибудь все объясню. Вначале подготовлю, потом сядем, поговорим… Уверена, он встанет на мою сторону. Со временем. Через лет пять точно снова станет отвечать на звонки."