Рост экономической независимости женщин привёл к тому, что мужчины перестали восприниматься как талончики на еду.
Возможно, я слишком привередлива, но мне кажется, что поиск интимной близости исключительно ради самоудовлетворения – это то же самое, что страсть алкоголика или обжоры.
Позже, в 1990-х, Нэнси Фрайдей вспоминала, что даже в 1973-м, когда вышла её первая книга, уважаемый американский психолог Алан Фромм уверял журнал Cosmopolitan, что в большинстве своём женщины «лишены сексуальных фантазий», потому что воспитание не позволяет им их иметь.
— Ради таких пробуждений, фрейлина, можно даже умереть,
Где ее книги, там и она.
Панические атаки не отличаются оригинальностью.
Сначала начинает колотиться сердце. Потом в горле встаёт ком, мысли путаются и становится трудно смотреть в одну точку. А потом появляется ощущение сильного ветра в голове, который переворачивает все вверх дном и превращает реальность в пародию. Все пути перекрыты. Куда бы ты не пошла, везде ждёт гибель. Ничто не имеет смысла. Словно чьи-то руки сжимают твою шею.
Люди, которые считают, что у них прекрасная память, иногда оказываются самыми ненадежными свидетелями, но именно они чаще всего переубеждают остальных.
Валяться в грязи забавно до тех пор, пока ты знаешь, что впереди тебя ждет горячая ванна, а вот валяться в грязи, когда впереди тебя ждет все та же грязь, – в этом ничего забавного нет.
По-моему, нет слова хуже, чем "возможно"
- Я не собираюсь становиться тем знаменитым капитаном, который не обратил внимания на сигнализацию и убил весь Исполнительный комитет. Капитана «Титаника» до сих пор помнят.
Человек может бороться со многими пороками и слабостями, но не с любовью. Нельзя изменить выбор сердца. Боюсь, этот факт стал величайшей трагедией моей жизни.
Любая дорога, по которой я шёл, приводила меня к тебе.
Брак, Анна, — это всегда партнёрство: что-то отдаёшь, что-то получаешь.
Но со своего места за столом Кейт хорошо видела глаза Бетси во время сцены с омлетом. Холодные глаза, похожие на острые черные камешки. Наверное, Бетси рано научилась прятать железный кулак в бархатной перчатке: использовать чувство вины и другие чувства, чтобы подчинять людей своей воле, а не прибегать к грубой физической силе или прямым угрозам. Острая потребность всегда быть правой и командовать окружающими людьми въелась в нее навечно, как в самого жестокого уличного бандита или в безумного диктатора.
А впрочем, если, как говорится, суждено болтаться на виселице за кражу ягненка, почему бы не украсть овцу?
У меня есть секрет, но я ничего не скажу...пока. Скоро ты всё узнаешь.
Мы живём, не зная, что нас ждёт завтра.
Мы никого не знаем по-настоящему.
Подготовка посланника пыталась совладать с неслабыми дозами гормонов, которые выбросила моя оболочка, приводя меня в боевую готовность; и на этом фоне мое настроение становилось все более приподнятым, на слегка истерический лад.
— Мне просто не кажется, что…
— Если что-то пойдет не так, вали все на меня, – я подтолкнул его снова. – Давай, давай.
— Если что-то пойдет не так, мы покойники, – пробормотал он угрюмо.
— Ага, как минимум.
…так далеко от Земли, что едва ли сумеем найти в этом ночном небе звезду по имени Солнце. Нас унесло сюда ветром измерения, которое не то что невозможно увидеть, а нельзя даже представить. Наши сны хранятся в памяти машин…
Мы не принадлежим этому миру.
Нам позволили несколько сотен лет играть в песочницах, оставленных марсианами примерно на тридцати планетах. Никто из взрослых не пришел и не позаботился о нас. Никто не предупредил, что именно появится из-за забора и как следует это встретить. Предзакатный свет струился с безмятежного неба, освещая крыши соседних домов, и на пустых улицах внезапно появились незнакомые тени.
Люди пытаются вбить себе в голову, что существует какое-то тайное предназначение, какая-то великая цель. Что наша жизнь что-то значит. А на самом деле не значит ничего. Мы просто куча фриков. Вот и все. Большая куча глупых заурядных фриков. Мы и не должны быть счастливыми. Мы не должны быть нормальными. Мы даже не должны быть живыми. Нет, ну разве что только сами хотим жить. Мы можем делать все, что пожелаем, пока никому не причиняем вреда.
Как только прекращаешь пытаться понять смысл жизни, все становится совершенно очевидным.
Человеческое сознание - гибкая штука. Когда надо, оно может найти объяснение и приспособиться к чему угодно.
Никогда не надейся только на один вариант развития событий. У тебя их должно быть несколько.