Чем больше у человека врагов, тем лучше работает его ум.
Он рисует деньги?- это рассуждение дурака так как высокоинтеллектуальное существо, очевидно почитаемое аксиомой.
"Львы не подражают друг другу".
«Одна ласточка не делает весны.»
Потерять то, что у тебя было, гораздо больнее, чем вообще никогда этого не иметь.
Добродетель умирает, чтобы тут же возродиться в еще более грозном обличье. И вопиет на всех перекрестках о своем неумолимом милосердии, о той любви к дальнему, что сделала посмешище из современного гуманизма. В своей неумолимости добродетель эта способна теперь производить только разрушения.
Страх сковывает Европу, населенную призраками да машинами. В промежутке между двумя кровопролитными войнами в глубине подземелий возводятся эшафоты. Палачи в обличье гуманистов в молчании справляют там свой новый культ. Чей вопль их потревожит?
В древние времена кровавое убийство вызывало, по меньшей мере, священный ужас, освящавший, таким образом, цену жизни. А в нашу эпоху, напротив, приговор справедлив именно тогда, когда наводит на мысль о его недостаточной кровавости.
Кровь сделалась незримой, она уже не хлещет прямо в лицо нашим фарисеям.
Нигилизм дошел до такой крайности, когда слепое и яростное убийство кажется пустяком, а тупой преступник - сущей овечкой в сравнении с интеллигентными палачами.
Убив Авеля, Каин бежит в пустыню. А когда убийц становится много, в пустыне оказывается все их скопище, живущее в скученности, которая куда хуже одиночества.
Нанося удар, бунтовщик раскалывает мир надвое. Восставший во имя тождества людей, он приносит его в жертву, освящая рознь пролитой им кровью.
Несправедливость отвратительна для бунтаря не потому, что она противоречит вечной идее справедливости, неизвестно откуда взявшейся, а потому, что благодаря ей длится немая вражда, разделяющая угнетателя и угнетенного.
И все же он наконец понял, что пытается втолковать ему Дамблдор. "Разницу, - думал Гарри, - между тем, что тебя выволакивают на арену, где ты должен лицом к лицу сразиться со смертью, и тем, что ты сам, с высоко поднятой головой, выходишь на эту арену. Кое-кто, возможно, сказал бы, что выбор тут не велик, но Дамблдор знал, а теперь... знаю и я: в этой разнице вся суть и состоит"
Не живет любовь на цокольном этаже Заросло рогозом в подвале моем окно Слышно рядом салют но совсем не видно уже И тебя в этих топях не видно уже давно Если ты вернешься ныряй не ступай по дну Не руби рогоза не заплывай в окно Не войдешь по второму разу в Реку Одну У Одны-Реки устелено граблями дно.
Девочка продолжала молчать и тяжело дышать, но теперь в ее глазах плескался не страх, а интерес. Она даже сделала осторожный шаг в его сторону. Один, потом другой. Подойдя достаточно близко, она призналась, понизив голос почти до шёпота...
...ты не хотел бы, чтобы это было каждый день?...Чтобы я ждала тебя с завтраком с пробежки, а ты готовил мне ужин после работы? Чтобы я разводила бардак в квартире, а потом мы вместе делали уборку? Скучала, когда ты в командировке, а ты старался вести себя тихо, когда я сплю...
...вернувшись из показавшейся бесконечной ссылки домой, он теперь вечерами по несколько минут простаивал у широкого окна, глядя на вечерние огни, разукрашивающие город, и перекатывая в большом бокале красное вино. Он совершенно не разбирался в марках и сортах, поэтому просто покупал умеренно дорогие бутылки и учился наслаждаться кисловато-терпким вкусом.
Она уже чувствовала себя немного влюбленной... Если она уже влюбилась, она не сможет влюбиться ещё раз в будущем. Нет, она понимала, что сейчас маловата для него, но она была уже достаточно взрослой и разумной, чтобы понимать: это скоро пройдет. У ее родителей была очень приличная разница в возрасте. Так почему у нее не можно быть так же?
Ещё два года назад он не строил планов на будущее, жил по инерции... Сейчас же он снова ощутил вкус жизни, настроил кучу планов, повязал этими планами с собой женщину, которую искренне любил и которая отказалась от всего ради него. И именно теперь у него это будущее отнимали.
Нельзя помочь человеку, который не хочет, чтобы ему помогли
Я не собиралась публично рассказывать о своих отношениях с Пьетро и с мужчинами вообще, чтобы подтвердить, что все мужчины, несмотря на социальное положение и возраст, одинаковы. Никто из них не знал лучше меня, что значит перестраивать свое мышление под мужское, потому что иначе ты будешь отвергнута всей мужской культурой: я совершила эту перестройку и до сих пор продолжала этим заниматься.
- Каждый рассказывает историю своей жизни так, как ему удобно, - буркнула она.
Люди умирали от антисанитарии, коррупции и произвола, но продолжали послушно голосовать за политиков, превративших их жизнь в кошмар
Я хотела стать кем-то, хотя никогда не знала, кем именно. И я стала, это было точно, только без цели, без подлинной страсти, без ясных амбиций. но главное заключалось в том, что стать кем-то я хотела только лишь из страха, что Лила станет кем-то значительным, а я останусь никем.