У всех должны быть свои маленькие шкафчики с миленькими скелетиками внутри.
- Прошлое никуда не уходит. Оно есть. Оно определяет наше будущее. Только люди считают, что то, что прошло, - исчезло и стерлось в песках времени. Это не так.
Прошлое не уходит. Оно как бессмертный феникс, что восстает из пепла, прячется в глубине веков. Чтобы однажды вновь явиться миру, приняв иное обличие.
Однако всему есть начало и конец. Поэтому "всегда" - это неправильно.
Есть такая птица – нужда. И клюется она больно.
Спасение жизни – удачное начало любых отношений.
Стрелам все равно, в кого втыкаться.
У тебя нет красоты? Но у тебя есть твое тело! Осанка, движения, походка, манеры – если правильно этим пользоваться, ты будешь королевой всегда. Просто потому, что умеешь показать себя.
Не бывает безвыходных ситуаций, бывают двери, которые она не видит!
Если ты любишь – подумаешь в первую очередь не о себе, о любимом. А если ты и через него перешагнуть готова, то какая ж это любовь? Это уже подлость. И? Сначала подлость, потом преступление – да запросто!
Женщине вредно много читать, потом мужчине сложнее ее обмануть
Человечество хоть и достигло явного научно-технологического прогресса, но все равно ещё слишком примитивно, чтоб узнать всю правду, которую скрывает водная бездна.
Человечество готовит экспедицию на Марс, но сегодня до сих пор нет технологий, позволяющих полностью изучить дно океанов, морей и даже небольших озер. Иногда остается только предполагать, что же хранят в себе бездны.
Всегда предполагай худшее, чтобы избежать неприятных сюрпризов.
- В этом и заключается величайшая загадка жизни и ее бессмысленность. Материя, порождающая в себе самой силы для разгадки себя, копящая информацию о самой себе. Змея, вцепившаяся в свой хвост!
– Вы говорите как древний человек, живший узко, мало и без радости познания.
– Все мы, как и тридцать тысяч лет назад, оказываемся узкими и малыми, едва встретимся лицом к лицу с беспощадностью мира.
Но скоро тебе придется узнать уже не разумом, а чувством всю неизбежную полярность ощущений, диалектику жизни, гораздо более сложную и трудную, чем все головоломные задачи творцов теорий в науке и новых путей искусства. Помни всегда, что самое трудное в жизни – это сам человек, потому что он вышел из дикой природы не предназначенным к той жизни, какую он должен вести по силе своей мысли и благородству чувств.
- В этом и заключается величайшая загадка жизни и ее бессмысленность. Материя, порождающая в себе самой силы для разгадки себя, копящая информацию о самой себе. Змея, вцепившаяся в свой хвост!
– Вы говорите как древний человек, живший узко, мало и без радости познания.
– Все мы, как и тридцать тысяч лет назад, оказываемся узкими и малыми, едва встретимся лицом к лицу с беспощадностью мира.
Но скоро тебе придется узнать уже не разумом, а чувством всю неизбежную полярность ощущений, диалектику жизни, гораздо более сложную и трудную, чем все головоломные задачи творцов теорий в науке и новых путей искусства. Помни всегда, что самое трудное в жизни – это сам человек, потому что он вышел из дикой природы не предназначенным к той жизни, какую он должен вести по силе своей мысли и благородству чувств.
Жизнь – это река, ее не остановишь, как бы тебе этого ни хотелось. Как бы тяжело ни было тому, кто пострадал, чуть поодаль жизнь все равно продолжается.
Любовь и ненависть правят миром, государыня. Все прочие желания продаются.
Власть любая – она не сама по себе власть, а токмо когда твое право приказывать, карать и миловать слуги твои признают. Откажутся – и все! Ты более не князь…
«Слово «Родина», заметим, в русской поэзии впервые ввёл в употребление Державин – имея в виду «малую родину» (страну именовали Отчизной); и вот оно уже начинает обживаться в стихах…».
«…у Раевского тоже ни одно слово не устарело: не сегодня ли, снова забыв подвиги национальной славы, «дети робкие с изнеженной душой, / Чудесно исказя и нрав и разум свой / В очах невежества чтут модные уставы»?
«Матвей Муравьёв-Апостол на завтраках утверждал, что России нужна республика, – и Бестужев был с ним согласен; на что Рылеев резонно отвечал, что, если объявят республику, – завтра русские снова выберут царя. Был, кстати говоря, прав.»
«Заодно Аммалат-бек у Бестужева формулирует суть русской имперской политики: «Не русская храбрость, а русское великодушие победило меня. Не раб я, а товарищ их».