Цитаты

исключения не подтверждают правил, они есть исключения из правил.

Башня из черного дерева

Джон Фаулз

Эта книга о встрече людей, живущих в абсолютно разных измерениях. Жизнь молодого художника и искусствоведа Дэвида Уильямса, приехавшего в гости к старому и именитому художнику Генри Бресли, состоит из условностей и теоретических измышлений. Это отражается и в его творчестве: картины Дэвида лишены подлинной глубины и очарования. Для Генри же напротив, не существует никаких авторитетов и правил. Есть только всепоглощающее «я», что и позволяет создавать ему яркие и самобытные полотна. Башней из...

Михаил Михайлович Жванецкий, вернувшись из Токио, вскричал: «Простите меня за то, что я был, а вы не были в Японии!»

Михаил Михайлович Жванецкий, вернувшись из Токио, вскричал: «Простите меня за то, что я был, а вы не были в Японии!»

Обратная сторона Японии

Александр Куланов

«Лицо» Японии хорошо знакомо всем: суши и сашими, гейши и самураи, сакура и Фудзи, «Тойота» и «Панасоник». Что скрывается на «Обратной стороне Японии», знают только специалисты. Политические скандалы и мир японских туалетов, причины популярности аниме и тайны мафии-якудза, японские свадьбы и надежды русских жен японских мужей, особенности японской географии и японского «боления» в футболе – стали основными темами книги журналиста и японоведа Александра Куланова. Второе издание «Обратной стороны...

Покажи зверю, что не боишься, и он не тронет.

Лучшие дома — те, что расположены на самых высоких точках местности. Из них всегда увидишь непрошеных гостей.

– А зачем вообще нужны храмы? – спросил Клэй. – Куда дешевле взывать просто к небу.

Короли Жути

Николас Имс

Двадцать лет назад «Сага» гремела на весь обитаемый мир, от Крайнии на западе до Великой Зеленой пучины на востоке. Клэй Пузочес (со щитом Черное Сердце из древесины ходячего дерева), Золотой Гэбриель (с друинским мечом Веленкор, по преданию некогда прорубившим проход между мирами), Матрик Черепобой (с любимыми кинжалами Рокси и Грейси), идеальный убийца Ганелон (к которому в самый нужный момент не пришли на помощь даже соратники, считая, что он заслужил свою кару) и маг Аркандий Муг («великий...

— Из-за твоей неполноценности, да?
Этак спокойненько сказал, да еще и снова ухмылялся при этом! Я сжал зубы, чтобы не взорваться. Если я сейчас заору на Кизлинга, он никогда не возьмет меня с собой в Темпельхоф. Просто бесит, когда некоторые люди считают тебя настоящим сумасшедшим психом только потому, что ты иногда соображаешь немножко медленнее, чем они. Да с моими мозгами соображать — все равно что на машине без руля ездить! И вообще, я ведь не жалуюсь, что другие думают слишком быстро или что кто-то выдумал всякие стороны света, или право-лево, или духовку, в которой двадцать семь разных режимов для того, чтобы разогреть одну-единственную жалкую булочку.

Рико, Оскар и тени темнее темного

Андреас Штайнхёфель

Рико — не совсем обычный ребенок, многие элементарные вещи даются ему с большим трудом. «Необычно одаренный» — называет его любящая мама. «Придурок» — попросту говорит злобный сосед сверху. С таким, как Рико, мало кто хочет дружить, но однажды ему повезло — он познакомился с Оскаром (тоже не совсем обычным мальчиком — вундеркиндом, который на всякий случай никогда не снимает с головы синий мотоциклетный шлем). И ради своего нового друга Рико берется распутывать дело, которое уже полгода ставит в...

Способность ориентироваться у меня как у пьяного почтового голубя в метель при силе ветра двенадцать баллов

Рико, Оскар и тени темнее темного

Андреас Штайнхёфель

Рико — не совсем обычный ребенок, многие элементарные вещи даются ему с большим трудом. «Необычно одаренный» — называет его любящая мама. «Придурок» — попросту говорит злобный сосед сверху. С таким, как Рико, мало кто хочет дружить, но однажды ему повезло — он познакомился с Оскаром (тоже не совсем обычным мальчиком — вундеркиндом, который на всякий случай никогда не снимает с головы синий мотоциклетный шлем). И ради своего нового друга Рико берется распутывать дело, которое уже полгода ставит в...

Они — сенсация, потому что фрау Кесслер дважды родила близнецов, и притом в течение одного года — двух мальчиков в январе и двух девочек в декабре. Так что между двойными днями рождения еле-еле успевают втиснуться Рождество и Новый год. Недешево все это обходится, всегда говорит герр Кесслер, при этом очень гордо ухмыляясь.

Рико, Оскар и тени темнее темного

Андреас Штайнхёфель

Рико — не совсем обычный ребенок, многие элементарные вещи даются ему с большим трудом. «Необычно одаренный» — называет его любящая мама. «Придурок» — попросту говорит злобный сосед сверху. С таким, как Рико, мало кто хочет дружить, но однажды ему повезло — он познакомился с Оскаром (тоже не совсем обычным мальчиком — вундеркиндом, который на всякий случай никогда не снимает с головы синий мотоциклетный шлем). И ради своего нового друга Рико берется распутывать дело, которое уже полгода ставит в...

— Почему у меня ощущение, что ты злишься, Патрик? — тихо спрашивает она и отпивает еще вина. — Может быть, потому что я злюсь, — цежу я сквозь зубы.

Фолиант увезли в Москву – и он ухнул в безвестность. Виниус удрал в Голландию, воеводу князя Черкасского сняли с места, и некому было сообщить в Сибирь изографу, как принят его труд.Безвестность угнетала больше всего. Семён Ульянович радел не о славе своего имени и не о наградах; ему по- юношески хотелось, чтобы его Сибирь была открыта для обозрения. Неужели там, в столицах, никого не смущает, что половина вселенной погружена во мрак незнания? Бог есть свет, и как можно мириться с тенью?

Тобол. Много званых

Алексей Иванов

В эпоху великих реформ Петра I «Россия молодая» закипела даже в дремучей Сибири. Нарождающаяся империя крушила в тайге воеводское средневековье. Народы и веры перемешались. Пленные шведы, бухарские купцы, офицеры и чиновники, каторжники, инородцы, летописцы и зодчие, китайские контрабандисты, беглые раскольники, шаманы, православные миссионеры и воинственные степняки джунгары – все они вместе, враждуя между собой или спасая друг друга, творили судьбу российской Азии. Эти обжигающие сюжеты...

Они его убили. И их убили. Как убийство может быть Божьей волей?

Крампус, Повелитель Йоля

Джеральд Бром

Как-то на Рождество в одном маленьком местечке в округе Бун, что в Западной Вирджинии, бард-неудачник по имени Джесс Уокер становится свидетелем странного происшествия: семеро существ, напоминающих чертей, гонятся за человеком в красной шубе, подозрительно похожим на… Санта-Клауса. Беглец запрыгивает в сани, запряженные оленями, «черти» – за ними следом, олени взмывают в небо, и все они исчезают в облаках. Оттуда доносятся вопли, а несколько секунд спустя на землю падает мешок – ТОТ САМЫЙ...

Ну, думаю, вам сложно будет поспорить, что миру нужно больше Иисуса и поменьше Санты.

Крампус, Повелитель Йоля

Джеральд Бром

Как-то на Рождество в одном маленьком местечке в округе Бун, что в Западной Вирджинии, бард-неудачник по имени Джесс Уокер становится свидетелем странного происшествия: семеро существ, напоминающих чертей, гонятся за человеком в красной шубе, подозрительно похожим на… Санта-Клауса. Беглец запрыгивает в сани, запряженные оленями, «черти» – за ними следом, олени взмывают в небо, и все они исчезают в облаках. Оттуда доносятся вопли, а несколько секунд спустя на землю падает мешок – ТОТ САМЫЙ...

Мое увлечение этим рогатым чудовищем только выросло, когда я открыл для себя старинные открытки, на которых оно радостно волокло в ад вопящих детей, посадив их в бочку, или с сатанинским энтузиазмом било по попе пышных дам. Как его было не полюбить?

Крампус, Повелитель Йоля

Джеральд Бром

Как-то на Рождество в одном маленьком местечке в округе Бун, что в Западной Вирджинии, бард-неудачник по имени Джесс Уокер становится свидетелем странного происшествия: семеро существ, напоминающих чертей, гонятся за человеком в красной шубе, подозрительно похожим на… Санта-Клауса. Беглец запрыгивает в сани, запряженные оленями, «черти» – за ними следом, олени взмывают в небо, и все они исчезают в облаках. Оттуда доносятся вопли, а несколько секунд спустя на землю падает мешок – ТОТ САМЫЙ...

Людям нужен путь к просветлению, к освобождению от мелочей повседневной жизни, им нужно что-то помимо тех ограничений, которые накладывает плоть. Жизнь коротка, но посмертие вечно.

Крампус, Повелитель Йоля

Джеральд Бром

Как-то на Рождество в одном маленьком местечке в округе Бун, что в Западной Вирджинии, бард-неудачник по имени Джесс Уокер становится свидетелем странного происшествия: семеро существ, напоминающих чертей, гонятся за человеком в красной шубе, подозрительно похожим на… Санта-Клауса. Беглец запрыгивает в сани, запряженные оленями, «черти» – за ними следом, олени взмывают в небо, и все они исчезают в облаках. Оттуда доносятся вопли, а несколько секунд спустя на землю падает мешок – ТОТ САМЫЙ...

У здания, построенного на лжи, фундамент слабый, дорогой мой старый друг.

Крампус, Повелитель Йоля

Джеральд Бром

Как-то на Рождество в одном маленьком местечке в округе Бун, что в Западной Вирджинии, бард-неудачник по имени Джесс Уокер становится свидетелем странного происшествия: семеро существ, напоминающих чертей, гонятся за человеком в красной шубе, подозрительно похожим на… Санта-Клауса. Беглец запрыгивает в сани, запряженные оленями, «черти» – за ними следом, олени взмывают в небо, и все они исчезают в облаках. Оттуда доносятся вопли, а несколько секунд спустя на землю падает мешок – ТОТ САМЫЙ...

Если много людей верит во что-то, думаю, оно становится настоящим. Верно?

Крампус, Повелитель Йоля

Джеральд Бром

Как-то на Рождество в одном маленьком местечке в округе Бун, что в Западной Вирджинии, бард-неудачник по имени Джесс Уокер становится свидетелем странного происшествия: семеро существ, напоминающих чертей, гонятся за человеком в красной шубе, подозрительно похожим на… Санта-Клауса. Беглец запрыгивает в сани, запряженные оленями, «черти» – за ними следом, олени взмывают в небо, и все они исчезают в облаках. Оттуда доносятся вопли, а несколько секунд спустя на землю падает мешок – ТОТ САМЫЙ...

Когда человек окружен недоверием, то начинает сам не доверять.

- Предпочитаю быть самим собой, - сказал он. - Пусть хмурым, но собой. А не кем-то другим, хоть и развесёлым.

- Предпочитаю быть самим собой, - сказал он. - Пусть хмурым, но собой. А не кем-то другим, хоть и развесёлым.

- Предпочитаю быть самим собой, - сказал он. - Пусть хмурым, но собой. А не кем-то другим, хоть и развесёлым.

О дивный новый мир [Прекрасный новый мир]

Олдос Хаксли

На страницах романа описывается мир далёкого будущего (действие происходит в Лондоне), в котором люди выращиваются на специальных заводах-эмбрионариумах и заранее (воздействием на эмбрион на различных стадиях развития) поделены на пять различных по умственным и физическим способностям каст, которые выполняют разную работу. От «альф» — крепких и красивых работников умственного труда до «эпсилонов» — полукретинов, которым доступна только самая простая физическая работа. В зависимости от касты...

... я отгораживаюсь от страданий, ищу их в книгах, рыдаю над выдумкой, а не над правдой. Правда необъятна, не преукрашина. В ней нет места поэтическому языку, жёлтым бабочкам и эпическим потопам. Правда столь безбрежна, что в ней можно захлебнуться.

Мы в порядке

Нина Лакур

Марин бросила все и сбежала из родного города, не объяснив причин даже лучшей подруге Мейбл. Она поступает в Нью-Йоркский колледж в тысячах километров от дома и пытается начать новую жизнь. Однако, когда на новогодние каникулы к ней приезжает Мейбл, намереваясь возобновить общение, прошлое настигает Марин с новой силой, вынуждая взглянуть в лицо одиночеству и страхам. «Мы в порядке» — роман об утраченной любви, принятии себя, скорби и семейных тайнах.

Может, она уже спит. Я полежу так всего несколько минут. Только пока не оттаю окончательно. Пока не вспомню, каково это - лежать так близко к другому человеку. Мне хватит этого воспоминания еще на несколько месяцев. Я вдыхаю ее запах. Говорю себе, что нужно отвернуться.
Сейчас. Еще чуть-чуть.
- Больше не исчезай, - говорит она. - Ладно?

Мы в порядке

Нина Лакур

Марин бросила все и сбежала из родного города, не объяснив причин даже лучшей подруге Мейбл. Она поступает в Нью-Йоркский колледж в тысячах километров от дома и пытается начать новую жизнь. Однако, когда на новогодние каникулы к ней приезжает Мейбл, намереваясь возобновить общение, прошлое настигает Марин с новой силой, вынуждая взглянуть в лицо одиночеству и страхам. «Мы в порядке» — роман об утраченной любви, принятии себя, скорби и семейных тайнах.

Смерть - крайний случай бессилия. Бессилие - крайний случай отчаяния.

Здесь была Бритт-Мари

Фредрик Бакман

Бритт-Мари – не самый легкий в общении человек. Не то чтобы она была как-то особенно упряма, капризна или придирчива – просто свято уверена, что всегда, везде и во всем должен быть абсолютный порядок. Но весь порядок рушится в одно мгновение, когда Бритт-Мари узнает, что Кент, с которым они сорок лет прожили в образцовом браке, изменил ей. Она принимает удивительное для самой себя решение – собрать чемодан и уехать куда глаза глядят. В захолустном провинциальном городишке с не очень...

Любовь слишком молода, чтобы знать, что такое совесть.

Пока мы лиц не обрели

Клайв Льюис

«Пока мы лиц не обрели» — остросюжетный философский роман, «пересказанный миф», по определению самого автора. Вечная история Амура и Психеи ставит вечные вопросы о Судьбе человека и природе Любви — и дает на них ответы.