Цитаты
286352Чем более насыщающа, неагрессивна, питательна и неэффективна калория, тем выше ее качество и тем более ЗДОРОВой она является. Она положительно влияет на гормональный фон, предотвращает переедание и понижает уровень нормального веса. И наоборот: чем более калория ненасыщающа, агрессивна, непитательна и эффективна — тем ниже ее качество и тем более неЗДОРОВой она является. Она ухудшает гормональный фон, провоцирует переедание и повышает нормальный вес. Как только мы поймем эти четыре фактора качества калорий, мы яснее увидим, что потребление большего количества высококачественной ЗДОРОВой пищи — единственный результативный способ сжигания жира и улучшения самочувствия на долгий срок.
Если вы не понаслышке знакомы с проблемой лишнего веса, то и дело сидите на какой-нибудь диете и проводите много времени в спортзале, эта книга для вас. Автор доказывает, что традиционная система снижения веса при помощи скрупулезного подсчета калорий не работает, и объясняет, в чем именно допустили ошибки ее авторитетные создатели. Методика Бэйлора помогает снизить вес без дискомфорта, а также восстановить умственную и физическую активность. Соблюдая рекомендации автора, вы сможете без труда...
Долгосрочная эффективность упражнений оценивается по трем критериям (в порядке убывания):
1. Безопасность.
2. Стабильная выполнимость.
3. Сопротивление/нагрузка.
Безопасность. Отсутствие этого качества означает контрпродуктивность. Допустим, Том повредил межпозвоночный диск при пауэрлифтинге и на всю жизнь потерял способность нормально заниматься упражнениями на сопротивление. Некоторые говорят: «Боль временна, гордость вечна». Как человек, некогда и
игравший «в футбольной команде на чемпионате штата Огайо и дважды повредивший колено, я могу сказать, что гордость временна, зато боль — вечна. Разговоры о моих студенческих успехах смолкли годы назад, а колено болит до сих пор.
Стабильная выполнимость. При отсутствии этого качества велик риск контрпродуктивности. Когда я занимался футболом, у нас были силовые тренировки в шесть утра и после обеда. После них любые экстремальные комплексы казались развлечением. Рвота и обмороки были обычным делом. Сейчас почти никто из моих товарищей по команде не тренируется на том же или близком уровне: виной либо травма во время занятий, либо абсурдность самих занятий. Это одна из причин, почему многие бывшие спортсмены страдают ожирением. Если упражнения нельзя выполнять в стабильном режиме — они приводят к истощению и отказу от тренировок.
Сопротивление/нагрузка. Повышение нагрузки в упражнениях на сопротивление (в противовес частотности и продолжительности) — ключ к нормализации гормонального фона. Если способ выполнения упражнения не позволяет легко добавлять нагрузку, повысить интенсивность можно только за счет увеличения скорости, а это прямой путь к травмам. Вот почему применительно к качественным «умным» упражнениям бег не так хорош, как занятия на велотренажере: при беге почти невозможно добавлять нагрузку в приемлемом режиме.
Прежде чем опробовать любую новую программу тренировок, спросите себя:
1. Ставит ли она на первое место безопасность?
2. Могу ли я выполнять ее регулярно до конца жизни?
3. Могу ли я увеличить нагрузку без увеличения риска?
Если ответ на все три вопроса отрицательный, то лучше сделать выбор в пользу «умных» эксцентрических упражнений.
Если вы не понаслышке знакомы с проблемой лишнего веса, то и дело сидите на какой-нибудь диете и проводите много времени в спортзале, эта книга для вас. Автор доказывает, что традиционная система снижения веса при помощи скрупулезного подсчета калорий не работает, и объясняет, в чем именно допустили ошибки ее авторитетные создатели. Методика Бэйлора помогает снизить вес без дискомфорта, а также восстановить умственную и физическую активность. Соблюдая рекомендации автора, вы сможете без труда...
Удовольствия для органов чувств — вкус, прикосновения, запахи, звуки и виды — хороши, но несравнимы с той радостью для ума и души, появляющейся, когда вы проводите время с семьей или друзьями, наконец разрешаете сложную задачу, достигаете важной цели.
Если вы не понаслышке знакомы с проблемой лишнего веса, то и дело сидите на какой-нибудь диете и проводите много времени в спортзале, эта книга для вас. Автор доказывает, что традиционная система снижения веса при помощи скрупулезного подсчета калорий не работает, и объясняет, в чем именно допустили ошибки ее авторитетные создатели. Методика Бэйлора помогает снизить вес без дискомфорта, а также восстановить умственную и физическую активность. Соблюдая рекомендации автора, вы сможете без труда...
Впрочем, нет больше глупости, нежели мучиться угрызениями совести из-за совершенной подлости. Гадости надо делать с легким сердцем или же не делать вовсе.
Что может быть хуже, чем застрять в виртуальном мире? Я рассчитывал немного расслабиться, а вместо этого оказался заперт в мёртвом теле своего игрового персонажа. И теперь единственная возможность спастись – заполучить легендарный свиток Возрождения. Только вот шансы на успех не слишком высоки. Ведь я – нежить, а значит – вне закона. Друзей нет, одни лишь временные союзники, а врагов – хоть отбавляй. И враги своего не упустят… Мёртвому палачу-экзекутору придётся пройтись по самому краю, и лишь...
admin
добавил цитату
из книги
«Царство мертвых»
6 лет назад
Впрочем, нет больше глупости, нежели мучиться угрызениями совести из-за совершенной подлости. Гадости надо делать с легким сердцем или же не делать вовсе.
Нельзя критиковать людей, которые много работают. Даже если ты не понимаешь ничего из того, что они делают. Правило такое: "Ты не имеешь права открывать рот, если ничего не добился и ни черта не смыслишь в этом деле". И точка. Для того чтобы сидеть на диване или за компьютером и ворчать, много ума не нужно. А вот создавать что-то самому тяжело.
Серия «100 способов изменить жизнь» родилась из одноименной рубрики Ларисы Парфентьевой на сайте издательства «Манн, Иванов и Фербер». Только появившись, эта рубрика вызвала много откликов. Люди стали писать о том, как разные истории помогают им двигаться вперед.
Первая книга в серии уже стала бестселлером. Вашему вниманию – вторая книга Ларисы с новыми вдохновляющими историями, авторскими методиками и солидной порцией мотивации для того, чтобы круто изменить жизнь к лучшему.
Закон 1: деньги - это энергия, которая способна проявляться в реальности. Закон 2: подобное притягивает подобное. Следствие: чем больше внутренней энергии (внутренней силы), тем больше денег. Вывод: чтобы хорошо зарабатывать, нужно делать то, что дает энергию, а не забирает ее.
Серия «100 способов изменить жизнь» родилась из одноименной рубрики Ларисы Парфентьевой на сайте издательства «Манн, Иванов и Фербер». Только появившись, эта рубрика вызвала много откликов. Люди стали писать о том, как разные истории помогают им двигаться вперед.
Первая книга в серии уже стала бестселлером. Вашему вниманию – вторая книга Ларисы с новыми вдохновляющими историями, авторскими методиками и солидной порцией мотивации для того, чтобы круто изменить жизнь к лучшему.
Если вы действительно хотите быть богатыми, поставьте деньги в списке приоритетов на второе место, а на первое - страсть.
Серия «100 способов изменить жизнь» родилась из одноименной рубрики Ларисы Парфентьевой на сайте издательства «Манн, Иванов и Фербер». Только появившись, эта рубрика вызвала много откликов. Люди стали писать о том, как разные истории помогают им двигаться вперед.
Первая книга в серии уже стала бестселлером. Вашему вниманию – вторая книга Ларисы с новыми вдохновляющими историями, авторскими методиками и солидной порцией мотивации для того, чтобы круто изменить жизнь к лучшему.
Она оперлась головой о его голову и почувствовала - впервые - то, что часто будет с ним чувствовать: любовь к себе.Из-за него она себе понравилась.
Третий роман нигерийского прозаика Чимаманды Нгози Адичи, уже завоевавшей не одну литературную награду за предыдущие свои книги, — самый масштабный и по времени, и по географии действия, и по диапазону идей и проблем, которые Адичи смогла мастерски и увлекательно охватить. Роман о том, что чувствует образованный человек «второго мира», оказавшись в США или в Лондоне, про то, что ждет его дома, если он решит вернуться. Еще подростками Ифемелу и Обинзе влюбились, и дела им не было до диктатуры в...
– Луиго, я все-таки легкодоступна! – объявила я, входя в бар на следующий вечер. – Я знал… Не зря ты мне так нравишься, bella, – парировал он.
Камин, редактору глянцевого журнала из Лондона, в буквальном смысле достался счастливый билет. Билет во Флоренцию. И ей потребовалось совсем немного времени, чтобы понять, насколько итальянская жизнь отличается от английской. Итальянцы любят себя, наслаждаются вкусной едой и никуда не спешат. Каждый месяц Камин отмечала для себя одно слово, место и рецепт, которые в Италии стали для нее особенными. Это манифест красивой и яркой жизни, которую итальянцы ведут поколениями, гид по спокойствию...
– По-моему, у нее есть жених, – шепнула мне Антонелла, вставая рядом у окна. – Она не признается! Но я кое-кого подозреваю. Взгляни-ка вон туда!
Она указала на низенького мужичка, сидящего на одной из каменных скамеек, стоявших по периметру площади. На нем была клетчатая рубашка и плоская шляпа, руки были сложены на коленях.
– Смотри, он всегда там, когда она только приходит домой или, наоборот, куда-то собирается, – продолжала шепотом Антонелла. – Я думаю, он провожает ее, а потом садится, чтобы перевести дух…
– А ты ее спрашивала? – Я выглянула в окно, с удовольствием наблюдая за таинственным маминым поклонником.
– Да, но она не хочет говорить! – Анто рассмеялась, и я подхватила ее смех, втайне надеясь, что, когда мне стукнет семьдесят, на свете еще останутся мужчины, желающие проводить меня домой.
Камин, редактору глянцевого журнала из Лондона, в буквальном смысле достался счастливый билет. Билет во Флоренцию. И ей потребовалось совсем немного времени, чтобы понять, насколько итальянская жизнь отличается от английской. Итальянцы любят себя, наслаждаются вкусной едой и никуда не спешат. Каждый месяц Камин отмечала для себя одно слово, место и рецепт, которые в Италии стали для нее особенными. Это манифест красивой и яркой жизни, которую итальянцы ведут поколениями, гид по спокойствию...
Секрет натуральной еды – то есть той, которая еще «помнит», что когда-то была картошкой на поле или курицей – в том, что она не вредит нашему организму, если питаться сбалансированно и разнообразно. Вы можете сколько угодно употреблять пищевые добавки вместе с полуфабрикатами, но природа задумала нас так, чтобы мы ели рыбу целиком – будь то скумбрия, лосось или сардины, – а не только экстракт ее масла. Жить по принципам bella figura означает не искажать природу того, что мы едим, а питаться гармонично и сбалансированно. Разнообразие – и правильные пропорции – вот ключ к успеху.
Камин, редактору глянцевого журнала из Лондона, в буквальном смысле достался счастливый билет. Билет во Флоренцию. И ей потребовалось совсем немного времени, чтобы понять, насколько итальянская жизнь отличается от английской. Итальянцы любят себя, наслаждаются вкусной едой и никуда не спешат. Каждый месяц Камин отмечала для себя одно слово, место и рецепт, которые в Италии стали для нее особенными. Это манифест красивой и яркой жизни, которую итальянцы ведут поколениями, гид по спокойствию...
Данте был таким же хмурым и неприветливым, как и мой таксист, и все же я улыбнулась. Прямо передо мной, держа в каменных руках книгу, стоял человек, написавший «Божественную комедию» и считающийся отцом современного итальянского языка, и сверлил меня взглядом василиска. Это был добрый знак.
Камин, редактору глянцевого журнала из Лондона, в буквальном смысле достался счастливый билет. Билет во Флоренцию. И ей потребовалось совсем немного времени, чтобы понять, насколько итальянская жизнь отличается от английской. Итальянцы любят себя, наслаждаются вкусной едой и никуда не спешат. Каждый месяц Камин отмечала для себя одно слово, место и рецепт, которые в Италии стали для нее особенными. Это манифест красивой и яркой жизни, которую итальянцы ведут поколениями, гид по спокойствию...
Будьте счастливы: выбор есть всегда.
Камин, редактору глянцевого журнала из Лондона, в буквальном смысле достался счастливый билет. Билет во Флоренцию. И ей потребовалось совсем немного времени, чтобы понять, насколько итальянская жизнь отличается от английской. Итальянцы любят себя, наслаждаются вкусной едой и никуда не спешат. Каждый месяц Камин отмечала для себя одно слово, место и рецепт, которые в Италии стали для нее особенными. Это манифест красивой и яркой жизни, которую итальянцы ведут поколениями, гид по спокойствию...
Он так сильно любил меня, что женился на другой…
Камин, редактору глянцевого журнала из Лондона, в буквальном смысле достался счастливый билет. Билет во Флоренцию. И ей потребовалось совсем немного времени, чтобы понять, насколько итальянская жизнь отличается от английской. Итальянцы любят себя, наслаждаются вкусной едой и никуда не спешат. Каждый месяц Камин отмечала для себя одно слово, место и рецепт, которые в Италии стали для нее особенными. Это манифест красивой и яркой жизни, которую итальянцы ведут поколениями, гид по спокойствию...
Кажется, будто ты управляешь своей жизнью, а тут — бац! Тебя бьет исподтишка неожиданный поворот.
…Разыгравшийся шторм отрезал от мира остров у побережья Шотландии. Остров, на который пришла смерть. Кому принадлежит изуродованное и обгоревшее до полной неузнаваемости тело, случайно обнаруженное отставным детективом Броуди в заброшенном коттедже? Кто и почему совершил это жуткое убийство — и позаботился о том, чтобы никто и никогда не смог опознать останки? Связано ли это убийство с гибелью еще двух человек, жизнь которых унес весьма подозрительный пожар? За дело берется опытный...
Надо остерегаться событий, которые невозможно предвидеть.
…Разыгравшийся шторм отрезал от мира остров у побережья Шотландии. Остров, на который пришла смерть. Кому принадлежит изуродованное и обгоревшее до полной неузнаваемости тело, случайно обнаруженное отставным детективом Броуди в заброшенном коттедже? Кто и почему совершил это жуткое убийство — и позаботился о том, чтобы никто и никогда не смог опознать останки? Связано ли это убийство с гибелью еще двух человек, жизнь которых унес весьма подозрительный пожар? За дело берется опытный...
Искусство прорицания состоит из одной части правды, десяти частей лжи, а все остальное - это фантазия.
Впервые на русском — международный бестселлер от мастера испанского исторического романа. В этот раз внимание Антонио Гарридо, славящегося глубиной и тщательностью проработки материала, обратилось к средневековому Китаю, где в XIII веке жил знаменитый Сун Цы — родоначальник мировой судебной медицины. «Читающий по телам» получил Международную премию Сарагосы, присуждающуюся за лучший исторический роман. После смерти дедушки молодой Сун Цы, подающий надежды студент столичного университета и...
— Создавать — значит говорить.— Нельзя писать без слов. Линии.Девушка окинула комнату взглядом. Голос ее звучал очень ровно:— Искусство есть форма речи. Речь должна опираться на то, что нужно человеку, а не на абстрактные правила грамматики. Ни на что, кроме слова. Реально существующего слова.— Отвлеченные понятия в самой своей основе опасны для искусства, потому что отвергают реальность человеческого существования.
Эта книга о встрече людей, живущих в абсолютно разных измерениях. Жизнь молодого художника и искусствоведа Дэвида Уильямса, приехавшего в гости к старому и именитому художнику Генри Бресли, состоит из условностей и теоретических измышлений. Это отражается и в его творчестве: картины Дэвида лишены подлинной глубины и очарования. Для Генри же напротив, не существует никаких авторитетов и правил. Есть только всепоглощающее «я», что и позволяет создавать ему яркие и самобытные полотна. Башней из...
В памяти Дэвида, конечно, останется природная неотесанность старика. Но грубость речи и поведения в конечном счете обманчивы — как обманчива внешняя агрессивность некоторых зверей, потому что агрессивность эта, в сущности, обусловлена желанием обрести мир и пространство, а не демонстрировать свою животную силу. Гротескные обличья старика — всего лишь внешние проявления его подлинного "я", стремящегося вырваться на волю.
Эта книга о встрече людей, живущих в абсолютно разных измерениях. Жизнь молодого художника и искусствоведа Дэвида Уильямса, приехавшего в гости к старому и именитому художнику Генри Бресли, состоит из условностей и теоретических измышлений. Это отражается и в его творчестве: картины Дэвида лишены подлинной глубины и очарования. Для Генри же напротив, не существует никаких авторитетов и правил. Есть только всепоглощающее «я», что и позволяет создавать ему яркие и самобытные полотна. Башней из...
— Три года вдалбливают тебе, как надо правильно писать. И чем дольше учишься, тем меньше знаешь. И вдруг встречаешь этакий нелепый старый мешок с костями и видишь, что он делает все наоборот. И все твои маленькие победы и достижения оказываются ничтожными.
Эта книга о встрече людей, живущих в абсолютно разных измерениях. Жизнь молодого художника и искусствоведа Дэвида Уильямса, приехавшего в гости к старому и именитому художнику Генри Бресли, состоит из условностей и теоретических измышлений. Это отражается и в его творчестве: картины Дэвида лишены подлинной глубины и очарования. Для Генри же напротив, не существует никаких авторитетов и правил. Есть только всепоглощающее «я», что и позволяет создавать ему яркие и самобытные полотна. Башней из...
Так бывает. В одном случае отворачиваешься от человека с золотым сердцем, а в другом — отдаешься душой и телом тому, кто этого не заслуживает.
Эта книга о встрече людей, живущих в абсолютно разных измерениях. Жизнь молодого художника и искусствоведа Дэвида Уильямса, приехавшего в гости к старому и именитому художнику Генри Бресли, состоит из условностей и теоретических измышлений. Это отражается и в его творчестве: картины Дэвида лишены подлинной глубины и очарования. Для Генри же напротив, не существует никаких авторитетов и правил. Есть только всепоглощающее «я», что и позволяет создавать ему яркие и самобытные полотна. Башней из...
Пренебрежение природой и реальностью исказило до безобразия отношения между живописцем и зрителем; ныне художник творит для интеллектуалов и теоретиков — не для людей вообще и, что хуже всего, не для себя самого. Конечно, это приносит дивиденды в материальном отношении и в смысле популярности, но пренебрежение телом человека, его естественным, чувственным восприятием привело к порочному кругу, к водовороту, к уходу в небытие; ныне живописец и критик согласны лишь в том, что существуют и имеют какое-то значение они одни. Хорошее надгробие для разного отребья, которому на всех наплевать.
Эта книга о встрече людей, живущих в абсолютно разных измерениях. Жизнь молодого художника и искусствоведа Дэвида Уильямса, приехавшего в гости к старому и именитому художнику Генри Бресли, состоит из условностей и теоретических измышлений. Это отражается и в его творчестве: картины Дэвида лишены подлинной глубины и очарования. Для Генри же напротив, не существует никаких авторитетов и правил. Есть только всепоглощающее «я», что и позволяет создавать ему яркие и самобытные полотна. Башней из...
нельзя относиться терпимо к тому, что считаешь дурным.
Эта книга о встрече людей, живущих в абсолютно разных измерениях. Жизнь молодого художника и искусствоведа Дэвида Уильямса, приехавшего в гости к старому и именитому художнику Генри Бресли, состоит из условностей и теоретических измышлений. Это отражается и в его творчестве: картины Дэвида лишены подлинной глубины и очарования. Для Генри же напротив, не существует никаких авторитетов и правил. Есть только всепоглощающее «я», что и позволяет создавать ему яркие и самобытные полотна. Башней из...
Когда человек ничем не рискует, не принимает никаких вызовов, он превращается в робота. Секрет старика в том, что он не терпит никаких преград между собой и тем, что изображает; и дело тут не в том, какую цель преследует художник или какими техническими приемами он пользуется, а в том, насколько полно, насколько смело идет по пути постоянной переделки самого себя.
Эта книга о встрече людей, живущих в абсолютно разных измерениях. Жизнь молодого художника и искусствоведа Дэвида Уильямса, приехавшего в гости к старому и именитому художнику Генри Бресли, состоит из условностей и теоретических измышлений. Это отражается и в его творчестве: картины Дэвида лишены подлинной глубины и очарования. Для Генри же напротив, не существует никаких авторитетов и правил. Есть только всепоглощающее «я», что и позволяет создавать ему яркие и самобытные полотна. Башней из...