Тот, кто знает, "зачем" жить, может вынести любое "как".
Больше, чем смерти, люди боятся одиночества, неиз¬менного спутника болезни. Мы стараемся пройти по жизни рука об руку с кем-либо, но умирать нам прихо¬дится поодиночке.
Я знаю, папа, наверное, меня любил – он об этом всем говорил, тете Эйлин, тете Марии, дяде Джо – только мне так и не сказал. Жаль, что я этого так и не услышала.
«Изоляция умирающего может быть двух видов. Пациент сам старается отделиться от живых, не желая втягивать семью и друзей в свои страхи и жуткие мысли, или друзья, чувствуя свою бесполезность, неуклюжесть и неуверенность в том, что говорить и как вести себя, стараются избегать общения, желая находиться подальше от "предварительного просмотра собственной смерти".»
жизнь нельзя откладывать на потом; ее надо прожить сейчас, не оставлять до выходных, до отпуска, до того времени, когда дети пойдут в университет, до стремительно тающих лет на пенсии.
...каждый должен стать тем, кто он есть, должен вы¬полнить то, что ему предопределено судьбой.
слушать — это творчество
Докторам тоже нужны мамы, как и мамам нужны мамы.
Вопрос: как мы, врачеватели, сохраняем здравый ум? Ответ: учимся лицемерить.
«Часто детям, которых обижали в детстве, трудно вырваться из своих дисфункциональнх семей, даже если это были хорошие, дружные семьи с любящими родителями. В конце концов, не является ли первостепенной задачей хороших родителей отпустить своего ребенка из дома?»
больше всего боятся смерти те, кто умирает, так и не прожив полно свою жизнь.
Мы очень хорошо усвоили один урок: жизнь нельзя отложить, ее нужно проживать сейчас, не дожи¬даться выходных, отпуска, времени, когда дети закончат колледж или когда выйдешь на пенсию. Сколько раз я слышал горестные восклицания: “Как жаль, что мне пришлось дождаться, когда рак завладеет моим телом, чтобы научиться жить”.
Люди начинают любить себя, если они видят свой образ, отражающийся в полных обожания глазах кого-то, кто им не безразличен.
— Наградят? Да не надо мне наград — я из бескорыстной вредности. Мне ведь в этом мире ничего уже не надо… Даже денег не попрошу, хотя моя жаба этого не одобрит.
— Жаба?
— Мой внутренний голос: личный советник по всем финансовым вопросам и заодно казначей — дрессированное земноводное, жадное до изумления.
— Вашему психиатру, думаю, захочется с ней познакомиться…
Она что — решила меня по телефону заморозить? Не голос, а поток жидкого азота…
Можете за меня порадоваться — адаптировался к параллельному миру почти полностью. Сегодня вот довелось отрубить голову симпатичной девушке, и даже не проблевался при этом. А ведь в первые дни меня наизнанку выворачивало при виде дохлой мухи. Крепну на глазах — сам собой горжусь.
— Вас тут видеть хотят. — Так пусть смотрят. — Простите? — Хотят видеть — пусть смотрят. Не возражаю.
Все как на Земле — даже религия есть. Хотя чему удивляться — без веры нет человека. Насколько знаю, ни одного народа или племени без собственного или заимствованного культа в истории не было.
Смерть бывает разная. Героическая и трусливая, величественная и смешная, трагическая и глупая, мучительная и быстрая.
Случаются в жизни ситуации, когда «полезно» и «правильно» ссорятся друг с другом. Вот как сейчас. Выбирать надо «правильно», иначе зачем тогда вообще жить…
Многие просто физически не способны выдать больше, тем более на такой местности, а скорость отряда равняется скорости самого тихоходного бойца.
От щедрости преумножаются богатства, от скупости — лишь тлен и сожаление о потерянном...
Брезгливость – первый признак сытости, – голод быстро делает человека всеядным.
доктор Монтессори советует не учить детей, а сохранять природную мотивацию ребенка к освоению окружающего мира, поддерживать его стремление быть самостоятельным и ответственным учеником до конца жизни.
Самые убедительные доказательства - это показания враждебно настроенных свидетелей.