Цитаты
286027
Для мужчины бояться умереть - это неправильно. Потому что ему надо понять и полюбить целое, в котором смерти и жизни поровну. Если мужчина думает только о жизни, цепляется за неё, а смерти боится, то он, скорей всего, не поймёт ни ту, ни эту. И смерти не избежит, и жизнь будет отравлена мыслями о том, что всё равно умрёшь.
Игорь Сахновский – прозаик, поэт; автор романов «Насущные нужды умерших» (Fellowship Hawthornden International Writers Retreat, Великобритания), «Человек, который знал всё» (премия «Бронзовая улитка», присужденная лично Борисом Стругацким; экранизация в 2009 году), «Заговор ангелов», «Свобода по умолчанию»; обладатель приза читательских симпатий премии «НОС», финалист премий «Русский Букер», «Большая книга», «Национальный бестселлер». Его книги издаются в Германии, Франции, Англии, Италии. ...
Ещё он подумал, что признак взрослости - всеядность. Матёрому пьянице неважно, чем гнать похмелье: драгоценным старинным вином, огуречным лосьоном или теми же польскими духами. Взрослый спасается чем попало от тоски и невозможности жизни.
Игорь Сахновский – прозаик, поэт; автор романов «Насущные нужды умерших» (Fellowship Hawthornden International Writers Retreat, Великобритания), «Человек, который знал всё» (премия «Бронзовая улитка», присужденная лично Борисом Стругацким; экранизация в 2009 году), «Заговор ангелов», «Свобода по умолчанию»; обладатель приза читательских симпатий премии «НОС», финалист премий «Русский Букер», «Большая книга», «Национальный бестселлер». Его книги издаются в Германии, Франции, Англии, Италии. ...
Ведь каждый из нас был ребёнком и каждый, абсолютно каждый обречён. А значит, вправе дождаться - дожить хоть до чьей-нибудь жалости и любви.
Игорь Сахновский – прозаик, поэт; автор романов «Насущные нужды умерших» (Fellowship Hawthornden International Writers Retreat, Великобритания), «Человек, который знал всё» (премия «Бронзовая улитка», присужденная лично Борисом Стругацким; экранизация в 2009 году), «Заговор ангелов», «Свобода по умолчанию»; обладатель приза читательских симпатий премии «НОС», финалист премий «Русский Букер», «Большая книга», «Национальный бестселлер». Его книги издаются в Германии, Франции, Англии, Италии. ...
Печальное наблюдение за природой вещей: все они имеют способность портиться. Самые необходимые портятся быстрее других.
Игорь Сахновский – прозаик, поэт; автор романов «Насущные нужды умерших» (Fellowship Hawthornden International Writers Retreat, Великобритания), «Человек, который знал всё» (премия «Бронзовая улитка», присужденная лично Борисом Стругацким; экранизация в 2009 году), «Заговор ангелов», «Свобода по умолчанию»; обладатель приза читательских симпатий премии «НОС», финалист премий «Русский Букер», «Большая книга», «Национальный бестселлер». Его книги издаются в Германии, Франции, Англии, Италии. ...
<...> после беготни за целями от тебя ничего не остаётся, кроме высунутого языка, а самые прекрасные цели дурнеют на глазах.
Игорь Сахновский – прозаик, поэт; автор романов «Насущные нужды умерших» (Fellowship Hawthornden International Writers Retreat, Великобритания), «Человек, который знал всё» (премия «Бронзовая улитка», присужденная лично Борисом Стругацким; экранизация в 2009 году), «Заговор ангелов», «Свобода по умолчанию»; обладатель приза читательских симпатий премии «НОС», финалист премий «Русский Букер», «Большая книга», «Национальный бестселлер». Его книги издаются в Германии, Франции, Англии, Италии. ...
"Неохота" - стратегический момент, который в принципе нельзя игнорировать. Через "неохота" скрытная душа проговаривается о самых главных вещах. Полное пренебрежение "неохота", растянутое на годы, чревато канцерогенной депрессией и потерей вкуса к жизни.
Игорь Сахновский – прозаик, поэт; автор романов «Насущные нужды умерших» (Fellowship Hawthornden International Writers Retreat, Великобритания), «Человек, который знал всё» (премия «Бронзовая улитка», присужденная лично Борисом Стругацким; экранизация в 2009 году), «Заговор ангелов», «Свобода по умолчанию»; обладатель приза читательских симпатий премии «НОС», финалист премий «Русский Букер», «Большая книга», «Национальный бестселлер». Его книги издаются в Германии, Франции, Англии, Италии. ...
И опустившийся человек начал подниматься по ступеням.
Можно ли было спасти СССР? Перекроить карту с учетом национальных интересов, не разделяя соотечественников по разным странам? Герой романа Михаила Попова академик Петухов считал, что можно, и даже подготовил план спасения, но… был убит. Читателю очередной книги серии «Культурный детектив» предстоит вычислить убийцу и вместе с автором порассуждать о том, могло бы у нашей страны быть другое прошлое. Ещё одна альтернативная история рассказывается в повести «Последнее дело Шерлока Холмса». Автор...
Можно было различить и самый мелкий, насекомый уровень звуков. Потрескивание обоев, одиссеи одиноких комариков, самоубийство капли воды, выпавшей из крана на кухне.
Можно ли было спасти СССР? Перекроить карту с учетом национальных интересов, не разделяя соотечественников по разным странам? Герой романа Михаила Попова академик Петухов считал, что можно, и даже подготовил план спасения, но… был убит. Читателю очередной книги серии «Культурный детектив» предстоит вычислить убийцу и вместе с автором порассуждать о том, могло бы у нашей страны быть другое прошлое. Ещё одна альтернативная история рассказывается в повести «Последнее дело Шерлока Холмса». Автор...
Если вы чувствуете себя одиноко, знайте, что это не так. Эмоции пройдут, а суицид – это навсегда.
«Мое тело – мое дело!» – однажды громко заявила Тесс Холлидей, запустив волну восхищений и возмущений по всему миру. Теперь она смотрит на всех злопыхателей с обложки журнала Cosmopolitan и говорит: «Это мое время!» Эта книга – не просто исповедь толстой девчонки и не очередная история успеха – это мощный мотиватор для всех, кто когда-либо сомневался в себе. Тесс Холлидей прошла непростой путь от забитой девочки из неблагополучной семьи до самой скандальной и высокооплачиваемой модели...
Какой бы ни была твоя работа – выкладывайся на все сто. Любая работа – достойная.
«Мое тело – мое дело!» – однажды громко заявила Тесс Холлидей, запустив волну восхищений и возмущений по всему миру. Теперь она смотрит на всех злопыхателей с обложки журнала Cosmopolitan и говорит: «Это мое время!» Эта книга – не просто исповедь толстой девчонки и не очередная история успеха – это мощный мотиватор для всех, кто когда-либо сомневался в себе. Тесс Холлидей прошла непростой путь от забитой девочки из неблагополучной семьи до самой скандальной и высокооплачиваемой модели...
Моя первая татуировка позволила мне открыть для себя тату как способ поднятия самооценки. Даже сейчас, когда половина моего тела покрыта картинками, я обожаю делать новые татуировки. Каждая из них словно становится новой главой в своего рода дневнике, который пишется на моем теле. Каждая татуировка напоминает мне о месте, где я ее сделала, и о людях, с которыми я там была. Они напоминают мне о том, что нужно чувствовать себя храброй и прекрасной, а заодно это отличная тема для обсуждения за стаканчиком виски.
«Мое тело – мое дело!» – однажды громко заявила Тесс Холлидей, запустив волну восхищений и возмущений по всему миру. Теперь она смотрит на всех злопыхателей с обложки журнала Cosmopolitan и говорит: «Это мое время!» Эта книга – не просто исповедь толстой девчонки и не очередная история успеха – это мощный мотиватор для всех, кто когда-либо сомневался в себе. Тесс Холлидей прошла непростой путь от забитой девочки из неблагополучной семьи до самой скандальной и высокооплачиваемой модели...
Отдать кому-то свое сердце, зная, что его могут разбить, – это всегда страшно, но иногда нужно просто сделать прыжок веры в омут любви.
«Мое тело – мое дело!» – однажды громко заявила Тесс Холлидей, запустив волну восхищений и возмущений по всему миру. Теперь она смотрит на всех злопыхателей с обложки журнала Cosmopolitan и говорит: «Это мое время!» Эта книга – не просто исповедь толстой девчонки и не очередная история успеха – это мощный мотиватор для всех, кто когда-либо сомневался в себе. Тесс Холлидей прошла непростой путь от забитой девочки из неблагополучной семьи до самой скандальной и высокооплачиваемой модели...
Вы не обязаны оправдываться перед кем бы то ни было за свое состояние здоровья. Все тела достойны любви, вне зависимости от проблем со здоровьем и того, вызваны ли эти проблемы генетикой или вашим образом жизни. Неприкосновенность тела является одним из фундаментальных прав человека. Ваше тело – это ваше и только ваше дело.
«Мое тело – мое дело!» – однажды громко заявила Тесс Холлидей, запустив волну восхищений и возмущений по всему миру. Теперь она смотрит на всех злопыхателей с обложки журнала Cosmopolitan и говорит: «Это мое время!» Эта книга – не просто исповедь толстой девчонки и не очередная история успеха – это мощный мотиватор для всех, кто когда-либо сомневался в себе. Тесс Холлидей прошла непростой путь от забитой девочки из неблагополучной семьи до самой скандальной и высокооплачиваемой модели...
Если кто-то извиняется, но продолжает вести себя плохо, верьте действиям, а не словам.
«Мое тело – мое дело!» – однажды громко заявила Тесс Холлидей, запустив волну восхищений и возмущений по всему миру. Теперь она смотрит на всех злопыхателей с обложки журнала Cosmopolitan и говорит: «Это мое время!» Эта книга – не просто исповедь толстой девчонки и не очередная история успеха – это мощный мотиватор для всех, кто когда-либо сомневался в себе. Тесс Холлидей прошла непростой путь от забитой девочки из неблагополучной семьи до самой скандальной и высокооплачиваемой модели...
Чтобы обзавестись собственным «пляжным телом», вам понадобится ваше тело и пляж. Человек имеет право наслаждаться своим телом на свежем воздухе вне зависимости от того, какой у него размер и формы.
«Мое тело – мое дело!» – однажды громко заявила Тесс Холлидей, запустив волну восхищений и возмущений по всему миру. Теперь она смотрит на всех злопыхателей с обложки журнала Cosmopolitan и говорит: «Это мое время!» Эта книга – не просто исповедь толстой девчонки и не очередная история успеха – это мощный мотиватор для всех, кто когда-либо сомневался в себе. Тесс Холлидей прошла непростой путь от забитой девочки из неблагополучной семьи до самой скандальной и высокооплачиваемой модели...
Повторяемость и ограниченность — часть нашей природы. В конце концов, мы никогда не сумеем сильно разнообразить движения, которые выполняем для того, чтобы подняться с кровати.
В книге Роберто Калассо (род. 1941), итальянского прозаика и переводчика, одного из зачинателей и многолетнего директора известного миланского издательства Adelphi, собраны эссе об издательском деле – особом искусстве, достигшем расцвета в XX веке, а ныне находящемся под угрозой исчезновения. Автор делится размышлениями о сущности и судьбе этого искусства, вспоминает о выдающихся издателях, с которыми ему довелось быть знакомым, рассказывает о пути своего издательства – одного из ярчайших в...
По
большому счету не бывает скучным только качество.
Но если понимание качества во всем, что определяет объект, будь то книга или издательство, затемняется, потому что само качество представляется незначительным фактором, то это открывает путь к беспощадному однообразию, в котором дрожь будут вызывать лишь гальванические сотрясения больших анонсов, больших тиражей, больших рекламных кампаний, больших продаж и столь же часто больших возвратов товара, которые поддерживают цветущий макулатурный бизнес.
В книге Роберто Калассо (род. 1941), итальянского прозаика и переводчика, одного из зачинателей и многолетнего директора известного миланского издательства Adelphi, собраны эссе об издательском деле – особом искусстве, достигшем расцвета в XX веке, а ныне находящемся под угрозой исчезновения. Автор делится размышлениями о сущности и судьбе этого искусства, вспоминает о выдающихся издателях, с которыми ему довелось быть знакомым, рассказывает о пути своего издательства – одного из ярчайших в...
Говоря о книгах, вступаешь в намного более широкое, лёгкое и свободное пространство, чем если говоришь о мире или, что ещё хуже, о своих делах.
В книге Роберто Калассо (род. 1941), итальянского прозаика и переводчика, одного из зачинателей и многолетнего директора известного миланского издательства Adelphi, собраны эссе об издательском деле – особом искусстве, достигшем расцвета в XX веке, а ныне находящемся под угрозой исчезновения. Автор делится размышлениями о сущности и судьбе этого искусства, вспоминает о выдающихся издателях, с которыми ему довелось быть знакомым, рассказывает о пути своего издательства – одного из ярчайших в...
Можно прятаться всю жизнь до самого конца, упускать шанс за шансом, чтобы ночами прокручивать каждый из них в голове. Но однажды всему приходит конец. Либо трусости, либо жизни. Круг обязан замкнуться. И это единственный закон жизни.
Что можно разглядеть на самом дне чужих глаз? Сомнения, боль, страсть, нежность? Ульяна умеет видеть смерть во взгляде того, кто стоит напротив. И мир гаснет, и затихают звуки, и воздух нестерпимо горько пахнет полынью. Но как жить ей, покинутой всеми, с этим страшным даром на холодных улицах Москвы? Ответов нет, есть лишь полынь и неминуемое, что не выходит предотвратить, как ни старайся.
Кричи, и, быть может, что я не услышу, как дождь разбивается в капли о крышу, как снег забивается в окна и ставни... Кричи, это время собрать наши камни.
Кричи, говори, уговаривай биться в окно твое темное глупою птицей - без крыльев и перьев, на проводе тонком. А вот бы ребенком, остаться ребенком... Не видеть, как поле туманом накрыто, и небо, как сито, как старое сито, все льется дождями, секрет этот давний: однажды придется собрать наши камни.
И выстроить стену от неба до неба, кормить голубей нечерствеющим хлебом. А вот бы во всем у меня ты был первым, простым и понятным, любимым и верным...
А вот бы мы вовсе во тьме не встречались, губами холодными, плечи плечами, при встрече молчали, не зная печали...
Но если бы кто-то оставил мне выбор - забыть твое имя безмолвною рыбой... Я выбрала бы этот дождь, эти ставни и чертовы камни, могильные камни...
Что можно разглядеть на самом дне чужих глаз? Сомнения, боль, страсть, нежность? Ульяна умеет видеть смерть во взгляде того, кто стоит напротив. И мир гаснет, и затихают звуки, и воздух нестерпимо горько пахнет полынью. Но как жить ей, покинутой всеми, с этим страшным даром на холодных улицах Москвы? Ответов нет, есть лишь полынь и неминуемое, что не выходит предотвратить, как ни старайся.
Уля чувствовала его запах - горький, живой, табачный, полынный, понимая вдруг, что любовь, наверное, может быть и такой. Пиром во время чумы. Минутой сна перед звонком будильника. Глотком воздуха за секунду до падения в омут. Гулким ударом умирающего сердца. Первым снегом, готовым сорваться с тяжелых небес. И эта любовь ничем не хуже прочих.
Что можно разглядеть на самом дне чужих глаз? Сомнения, боль, страсть, нежность? Ульяна умеет видеть смерть во взгляде того, кто стоит напротив. И мир гаснет, и затихают звуки, и воздух нестерпимо горько пахнет полынью. Но как жить ей, покинутой всеми, с этим страшным даром на холодных улицах Москвы? Ответов нет, есть лишь полынь и неминуемое, что не выходит предотвратить, как ни старайся.
"- Доброта нужна всем. И особенно тем из нас, кто считает, что мы не заслуживаем доброго отношения к себе."
Полвека назад в ночном небе над Бофортом взорвался пассажирский авиалайнер. Это событие обросло многочисленными слухами, которые и спустя десятилетия по-прежнему бередят умы местных жителей. Гиббс Хейвард и жена его покойного брата Мерит оказываются втянуты в необычное расследование, которое напрямую связано с этим давним происшествием. Прошлое и настоящее переплетутся в этой магнетической, почти нуаровой истории, где любовь способна перевернуть жизнь, а эгоизм становится спусковым крючком для...
«Никогда не давай даме тюбик с губной помадой без зеркальца».
Полвека назад в ночном небе над Бофортом взорвался пассажирский авиалайнер. Это событие обросло многочисленными слухами, которые и спустя десятилетия по-прежнему бередят умы местных жителей. Гиббс Хейвард и жена его покойного брата Мерит оказываются втянуты в необычное расследование, которое напрямую связано с этим давним происшествием. Прошлое и настоящее переплетутся в этой магнетической, почти нуаровой истории, где любовь способна перевернуть жизнь, а эгоизм становится спусковым крючком для...
Никогда не бойся спрашивать, даже если ты не вполне уверен в том, что хочешь услышать ответ.
Полвека назад в ночном небе над Бофортом взорвался пассажирский авиалайнер. Это событие обросло многочисленными слухами, которые и спустя десятилетия по-прежнему бередят умы местных жителей. Гиббс Хейвард и жена его покойного брата Мерит оказываются втянуты в необычное расследование, которое напрямую связано с этим давним происшествием. Прошлое и настоящее переплетутся в этой магнетической, почти нуаровой истории, где любовь способна перевернуть жизнь, а эгоизм становится спусковым крючком для...
Лучше перевернуть страницу и начать все с чистого листа, чем снова и снова перечитывать старые записи.
Полвека назад в ночном небе над Бофортом взорвался пассажирский авиалайнер. Это событие обросло многочисленными слухами, которые и спустя десятилетия по-прежнему бередят умы местных жителей. Гиббс Хейвард и жена его покойного брата Мерит оказываются втянуты в необычное расследование, которое напрямую связано с этим давним происшествием. Прошлое и настоящее переплетутся в этой магнетической, почти нуаровой истории, где любовь способна перевернуть жизнь, а эгоизм становится спусковым крючком для...