Цитаты

Много месяцев после преступления Томасу снилось, что Анна приходит к нему домой. Он просыпался в поту, с криком и вглядывался в темноту, ожидая её появления. Ждал, что она сдерёт тонкую кожуру нормальности с окружающего мира, обнажив свидетельства его проклятия: огонь, кровь, безумие.

Город Перестановок

Грег Иган

В 2045 году бессмертие стало реальностью. Теперь людей можно оцифровывать, после чего они обретают потенциально бесконечную жизнь в виде виртуальных Копий. Кто-то после смерти управляет собственной компанией, кто-то хочет подарить умирающей матери вечную жизнь, а кто-то скрывается в новой реальности от грехов прошлого. Есть только один нюанс: твоя жизнь зависит от стабильности мировой компьютерной сети. А еще тебя могут просто стереть. И поэтому когда к сильным мира сего, уже ушедшим в...

А что я? Да, есть пробелы в моем образовании. Если разобраться, оно только из пробелов и состоит. Но!.. Когда с другими занимались учителя, сам я занимался тем, что зарабатывал себе на жизнь, чтобы не сдохнуть с голоду.

Своим кинжалом Клер, который, кстати, был подарком от меня, категорически отказывалась даже чистить рыбу, потому что для этого он, видите ли, слишком красивенький! Что, впрочем, нисколько не мешало девушке не чистить рыбу и любым другим ножом.

... свое отбытие тот хотел произвести в обстановке строгой секретности, но то, что знает мажордом, во время любовных игр становится известно и кухарке. От нее, тем же путем, конюху. Тот ночью в постели на ушко поведает секрет служанке. Она между делом, тоже ночной порой, проболтается кучеру. У того найдется хорошая знакомая среди городских белошвеек, клиентками которых являются все знатные дамы города. И потому в конечном итоге на причале нас провожала целая куча народа. Не хватало разве что оркестра.

– Не надо, я сам. – Головешка занимался тем, что наносил себе на лицо полоски грязи, чтобы стать незаметнее в лесу. – Нормально? – Закончив, он обратился сразу ко всем.
– Сейчас подправим. – Блез, щедро зачерпнув ладонью целую пригоршню, старательно размазал ее по лицу Теда. – Вот теперь действительно нормально!

С тех пор как в моей жизни появилась Клер, я практически не пью. Так, пару кружек пива в жаркий день. Или стаканчик-другой вина перед сном, чтобы не мучил навязчивый кошмар о том, как меня завалило в подземелье. Тот случай, когда я больше недели в нем провел, без всякой надежды на спасение. Удивительно, но если ночью мы вдвоем с Клер – хоть бы раз вся эта жуть приснилась! Уже по одному этому поводу мне следует на ней жениться. Не высыпаешься в любом случае, но по крайней мере кошмаров нет. Правда, деньги и теперь не держатся: все-таки тяжкий труд – быть господином в Сагании!

Мне никогда не нравились ситуации, в которых не понятно ничего. А кому они вообще нравятся? Найдутся такие?..

... на вырученные деньги купил ей плащ с капюшоном? Кстати, вместо водонепроницаемого девушка сделала выбор в пользу красивого, и теперь, когда идет дождь, всегда пользуется моим. А он у меня, между прочим, единственный!

К своему удивлению, я застал всех четырех девушек азартно режущимися в карты.
– Что, Лео, всех уже перебил? – не отрываясь от карт, встретила меня вопросом Клер.
– Нет еще, только одного.
– А чего медлишь? – Девушка ловко покрыла семеркой бубен валета червей, хотя козырями были пики. – Мы тут в карты сыграть затеяли, чтобы отвлечься, – пояснила она очевидное.
Барри, на удивление ничего не жрущий, с интересом наблюдал за игрой. Мало того, по-моему, он еще и помогал Клер мухлевать. И как иначе можно истолковать его действия, если тот, когда Клер побила семеркой валета, гавкнул так громко, что все вздрогнули и невольно на него посмотрели? А когда одна из служанок леди Хельги что-то заподозрила и потянулась к столу, он лизнул ее в щеку, заодно смахнув хвостом карты на пол. Вернее, на палубу, потому что капитан Лавост всегда недовольно морщится, если называть вещи на корабле неправильно. Затем пес мгновение подумал и лизнул в щеку уже саму леди Хельгу.
Извиняюще так лизнул. Мол, ты тоже хорошая, но у меня есть хозяйка, и прежде всего я обязан помогать именно ей.
– Барри, отстань! – возмущенно сказала пассия маркиза. – Мне из-за тебя ничего не видно!
После чего столкнула с колен его огромную морду, которую пес попытался там пристроить.
Что-то непохоже, чтобы Барри действительно был бойцовской породы. Скорее уж дамский угодник…
– Ладно, пойду остальных перебью, – печально вздохнул я. Вообще-то, когда шел сюда, рассчитывал на поцелуй, напутствие и горячую просьбу себя поберечь.
– И не задерживайся там! – услышал я от Клер уже в спину, будто меня послали в лавку за сладостями.
– Он у меня тако-ой растяпа! – пожаловалась девушка, когда подумала, что я ее уже не слышу. – Сама даже не знаю, за что я его так люблю… – И совсем уж музыкой для моей души прозвучало: – Боги, только бы с ним ничего не случилось!
– Ну вот, Рейчел, опять ты выиграла! – Несомненно, голос принадлежал леди Хельге.

... он занял у меня денег на его покупку. Зря, конечно: глядя на его страдальческий вид, я ему купил бы его и сам.
Головешке пришлось туго вдвойне, когда Клер принялась читать ему нотации.
«Человек с такой пагубной привычкой, – выговаривала она, – не может быть полноценным членом общества. Ему необходимо остепениться, взяться за ум, подумать о будущем…» и так далее, и тому подобное. Глядя на нее, я размышлял, что, когда на ней женюсь, пить придется бросить поневоле.

Короли – они всегда и везде одинаковые: как только им смертельно надоедают охота, пирушки и фаворитки, так сразу подавай им новое развлечение – с кем-нибудь повоевать.

...Уже сто с лишним лет вожделенное равноправие не даёт никому покоя, но за столь долгий срок все забыли, что имеется в виду под этим самым равноправием, сменилось знаком равенства-так гораздо проще! Ты человек, и я человек, оба мы человеки, следовательно, мы совершенно равноправно можем ехать в танке, таскать кирпичи, играть в хоккей, пить водку, охранять границу, бить врагов, кормить детей, качать колыбель, смотреть сериал, сидеть на диетах, наряжаться в гости-мы равны!

Ждите неожиданного

Татьяна Устинова

Никогда нельзя предположить, чем окончится путешествие… Таша отправляется в свой последний отпуск на теплоходе по Волге в твердой уверенности: она больше никогда не увидит синюю реку, белые облака, зеленые берега. Она дает себе обещание: никто не посмеет испортить ее путешествие… Однако почти сразу все идет наперекосяк. За кем следит светская красавица Ксения Новицкая? Что замышляет блогер Богдан? И кто такие закадычные друзья Степан Петрович и Владимир Иванович? В первый же вечер за бортом...

Есть мы, и мы вдвоем-сейчас и всегда. Двое-это совсем другое дело. Нас больше вдвое, потому что мы вместе. У нас вдвое больше сил, эмоций, радостей и возможностей. Никаким силам теперь не удастся посадить нас в стеклянную банку одиночества, которой мы были отгорожены от мира-каждый своей.

Ждите неожиданного

Татьяна Устинова

Никогда нельзя предположить, чем окончится путешествие… Таша отправляется в свой последний отпуск на теплоходе по Волге в твердой уверенности: она больше никогда не увидит синюю реку, белые облака, зеленые берега. Она дает себе обещание: никто не посмеет испортить ее путешествие… Однако почти сразу все идет наперекосяк. За кем следит светская красавица Ксения Новицкая? Что замышляет блогер Богдан? И кто такие закадычные друзья Степан Петрович и Владимир Иванович? В первый же вечер за бортом...

"В кофе самое главное - пенка. если у вас получается кофе без пенки, его нужно вылить, потому что это не кофе!"

Ждите неожиданного

Татьяна Устинова

Никогда нельзя предположить, чем окончится путешествие… Таша отправляется в свой последний отпуск на теплоходе по Волге в твердой уверенности: она больше никогда не увидит синюю реку, белые облака, зеленые берега. Она дает себе обещание: никто не посмеет испортить ее путешествие… Однако почти сразу все идет наперекосяк. За кем следит светская красавица Ксения Новицкая? Что замышляет блогер Богдан? И кто такие закадычные друзья Степан Петрович и Владимир Иванович? В первый же вечер за бортом...

Угу. Не надо этих формальностей, называйте меня Бог, просто Бог. Скромно-то как!

Мое проклятие. Право на жизнь

Алиса Ардова

Что вы знаете о предательстве? Мой ответ — ничего. Страшно ли это? Не страшнее, чем быть проклятой в день собственной свадьбы. Опасно ли это? Не опаснее, чем оказаться в чужом теле и чужом мире. Больно ли? Не больнее, чем лишиться невинности в объятиях незнакомого мужчины. Смертельно? Не на столько, сколько отмерено отверженной родом душе. Итак, что вы знаете о предательстве? В тексте есть: #магический мир  #властный герой  #любовь и магия

Тайна - единственная вещь в этом мире, которая чего-то стоит, - ответил Мирослав. - Все остальное - лишь ее производные. Вы сами - тайна, но не хотите этого замечать.

Смерть автора

Мария Елифёрова

Комбинация «роман-шутка аспирантки филфака» + «стилизация под британскую беллетристику начала XX века» + «вампиры» не сулит ничего, кроме неизбежного похода к мусоропроводу, однако, по первой же странице «Смерти автора» становится ясно: перед нами исключение из правил!

Сегодня я принимал исповеди… но начать нужно не с этого. Верно, начать надо с того, что на прошлой неделе резко похолодало, что в церкви стоит ледяной холод и сквозняки дуют по ногам под дверью исповедальни (потому что нет средств даже на то, чтобы замазать щели в окнах, а из западного витража вывалилось несколько стёкол, всё-таки не старинная работа, сработано кое-как тридцать лет назад, а что делать, когда все старые церкви остались за англиканами, и ведь не предъявишь претензий к Генриху VIII). Какую чушь я горожу! Это оттого, что у меня поднялась температура, мне долго пришлось сидеть в простывшей исповедальне, слушая бесконечный перечень мелких грешков миссис Д. и миссис О., оттого, что я закоченел от холода, сидя в одной сутане поверх рубашки (это потому, что моя единственная шерстяная фуфайка не просохла после стирки, хотя зачем я это пишу?), и у меня онемели пальцы на руках, и – я каюсь, mea maxima culpa – я испытывал не очень христианские чувства по отношению к старухам, которые носятся со своими прегрешениями, как курица с яйцом (Господи, прости мне это высказывание!). Но неужели они так серьёзно относятся к чепухе, которую мне рассказывают, что полагают, будто Бог не простит их без моего вмешательства (а также что я лично должен искупать их грехи своим насморком)?

Смерть автора

Мария Елифёрова

Комбинация «роман-шутка аспирантки филфака» + «стилизация под британскую беллетристику начала XX века» + «вампиры» не сулит ничего, кроме неизбежного похода к мусоропроводу, однако, по первой же странице «Смерти автора» становится ясно: перед нами исключение из правил!

– Возьми.
Я протянула руку и аккуратно коснулась мягких, шелковистых лепестков, словно сотканных из тончайшей паутинки. Похожий на лилию, изящный черный цветок был поразительно красив. А на лепестках его блестели черные драгоценные капельки росы. Ощущались они, как вода, но почему-то не стряхивались и никак не реагировали на прикосновение, будто приклеенные.
– Говорят, это слезы мертвых.
– Там так плохо?
– Может, они жалеют живых.

Огонь Изначальный

Мария Боталова

Выдержав обман и предательство, едва не потеряв собственную жизнь, Инира желает только одного – вернуться домой. Однако обстоятельства складываются иначе. Вынужденная бежать от разгадавших тайну ее рождения магов, девушка отправляется на поиски отца. Ей придется увидеть людей в рабских ошейниках, посетить обитель арэйнов Смерти, в очередной раз пойти на сделку и заново научиться жить. А может, и любить?.. Трилогия. Книга 2.

– Нет, ты этого не сделаешь! – пискнула я, испуганно заглядывая мужчине в глаза и рефлекторно прижимаясь к нему еще ближе, чтобы не свалиться с узкого бортика, на котором мы оказались.
– Почему нет? – заинтересованно спросил Ксай.
– Ну… я ведь тебе живая нужна.
– И?
– Что «и»? – я всерьез начала нервничать. – Я упаду, если мы взлетим! И убьюсь!
– Только не со мной.

Огонь Изначальный

Мария Боталова

Выдержав обман и предательство, едва не потеряв собственную жизнь, Инира желает только одного – вернуться домой. Однако обстоятельства складываются иначе. Вынужденная бежать от разгадавших тайну ее рождения магов, девушка отправляется на поиски отца. Ей придется увидеть людей в рабских ошейниках, посетить обитель арэйнов Смерти, в очередной раз пойти на сделку и заново научиться жить. А может, и любить?.. Трилогия. Книга 2.

– Нравится? – неожиданно проникновенно раздался над ухом вопрос.
– Красиво, – согласилась я, не отрывая глаз от кружащихся в завораживающем танце арэйнов Смерти.
– Мы можем к ним присоединиться.
– У меня нет крыльев.
– Зато крылья есть у меня.
Я все же подняла на него взгляд и почувствовала, как перехватывает дыхание при виде мерцающих в темных глубинах серебристых искр. Так заманчиво, так притягательно…
В этот момент откуда-то приходит понимание, что за маской злости на весь мир скрывался страх, обыкновенный страх снова ошибиться и столкнуться с предательством. И что я действительно не могу испытывать эту злость постоянно. Не могу и не хочу.
И, наверное, что-то такое промелькнуло в моих глазах… наверное, это было согласие. Потому что арэйн протянул руку, которую я не смогла не принять.

Огонь Изначальный

Мария Боталова

Выдержав обман и предательство, едва не потеряв собственную жизнь, Инира желает только одного – вернуться домой. Однако обстоятельства складываются иначе. Вынужденная бежать от разгадавших тайну ее рождения магов, девушка отправляется на поиски отца. Ей придется увидеть людей в рабских ошейниках, посетить обитель арэйнов Смерти, в очередной раз пойти на сделку и заново научиться жить. А может, и любить?.. Трилогия. Книга 2.

На некоторое время между нами повисла тишина. Ксай, наверное, о чем-то раздумывал, а я была слишком шокирована, чтобы о чем-либо думать или говорить. Потом все же перевела взгляд на Ксая и тихо, почти шепотом поинтересовалась:
– А меня не убьют за такие знания?
Ксай моргнул, возвращаясь в реальность, тоже посмотрел на меня. Чуть наклонился вперед и с неожиданно шальной улыбкой тоже почти шепотом предложил:
– А ты никому не рассказывай.

Огонь Изначальный

Мария Боталова

Выдержав обман и предательство, едва не потеряв собственную жизнь, Инира желает только одного – вернуться домой. Однако обстоятельства складываются иначе. Вынужденная бежать от разгадавших тайну ее рождения магов, девушка отправляется на поиски отца. Ей придется увидеть людей в рабских ошейниках, посетить обитель арэйнов Смерти, в очередной раз пойти на сделку и заново научиться жить. А может, и любить?.. Трилогия. Книга 2.

Покажите ей мать школьника, которая обходится без регулярных вздохов, - и окажется, что в семье имеется няня.

Засуха

Джейн Харпер

Австралия, фермерский городок Кайверра второй год не видел дождя. Аарон Фальк, сделавший блестящую карьеру в мельбурнской полиции, приезжает в эти измученные палящим солнцем края, где он не был двадцать лет, на похороны своего когда-то лучшего друга Люка Хэдлера. Смерть Люка нельзя назвать легкой: если верить результатам расследования, то он убил свою жену и шестилетнего сына, а потом застрелился. Но стоит ли им верить?… Фальку предстоит глубоко погрузиться в большие секреты маленького города,...

Смерть редко меняет наши чувства по отношению к человеку. Если только усиливает.

Засуха

Джейн Харпер

Австралия, фермерский городок Кайверра второй год не видел дождя. Аарон Фальк, сделавший блестящую карьеру в мельбурнской полиции, приезжает в эти измученные палящим солнцем края, где он не был двадцать лет, на похороны своего когда-то лучшего друга Люка Хэдлера. Смерть Люка нельзя назвать легкой: если верить результатам расследования, то он убил свою жену и шестилетнего сына, а потом застрелился. Но стоит ли им верить?… Фальку предстоит глубоко погрузиться в большие секреты маленького города,...

Он пошел к стойке, и бармен нацедил им пива и несколько подозрительного белого вина. Вернулся к их столику. Гретчен подняла свой бокал.
— Твое здоровье. Помнишь, как мы не могли дождаться, когда нас, наконец, начнут здесь обслуживать? Все эти вечера в парке, когда мы хлестали все, что только попадало нам в лапы? — Широко раскрыв синие глаза, она повела рукой вокруг. — А теперь, ты только посмотри. Мечты сбываются.

Засуха

Джейн Харпер

Австралия, фермерский городок Кайверра второй год не видел дождя. Аарон Фальк, сделавший блестящую карьеру в мельбурнской полиции, приезжает в эти измученные палящим солнцем края, где он не был двадцать лет, на похороны своего когда-то лучшего друга Люка Хэдлера. Смерть Люка нельзя назвать легкой: если верить результатам расследования, то он убил свою жену и шестилетнего сына, а потом застрелился. Но стоит ли им верить?… Фальку предстоит глубоко погрузиться в большие секреты маленького города,...

— Такое ощущение, что у него что-то вроде маразма.
Барб фыркнула.
— Так это у них теперь называется? По мне, так это «зря прожитая жизнь бьет по голове злобного старого пропойцу»

Засуха

Джейн Харпер

Австралия, фермерский городок Кайверра второй год не видел дождя. Аарон Фальк, сделавший блестящую карьеру в мельбурнской полиции, приезжает в эти измученные палящим солнцем края, где он не был двадцать лет, на похороны своего когда-то лучшего друга Люка Хэдлера. Смерть Люка нельзя назвать легкой: если верить результатам расследования, то он убил свою жену и шестилетнего сына, а потом застрелился. Но стоит ли им верить?… Фальку предстоит глубоко погрузиться в большие секреты маленького города,...