Любовь, это когда просыпаешься в постели с кем-то незнакомым и точно знаешь, кому ты сейчас хочешь позвонить и пожелать доброго утра!
Когда богатый влюбляется в бедную, это замечательно. А когда бедная влюбляется в богатого, это нелепо.
«Что значит быть кореянкой»? Это значит быть ломовой лошадью, которая должна сдохнуть…
Это сон! Это просто сон! Я сейчас лежу в своей постели и мне сниться что-то типа кошмара. Нефиг было бутерброды с колбасой на ночь жрать! Оп-ля!
я слышала теорию про то, что с возрастом приходит мудрость. Только жизнь показывает, что чаще всего возраст приходит один. Без мудрости.
Алгоритмы идут предопределенным курсом, и наши мысли следуют одна за другой, такие же механические и предсказуемые, как планеты на орбите. Часовщик – это и есть часы.
Моя кукла прошла тест Тьюринга на подлинность жизни. Но я испугалась. Алгоритмы делают разум посмешищем, и этого никто не знает.
Люди всегда ассоциировали мозг с технологическими достижениями своего времени. Когда верили в ведьм и духов, считали, что в голове сидит маленький человек. Когда изобрели механические токарные станки и механические пианино, думали, что мозг – это машина. Когда появились телефон и телеграф, они решили, что мозг – это сеть проводов. Теперь ты считаешь мозг компьютером. Забудь об этом. Это иллюзия.
Поколение телогреек уходит. Новому поколению next и wi-fi противно слушать вранье.
Благословенны трудности, так как именно они нас закаляют!
Почему многие чуть что не так, посылают вас в пешее эротическое путешествие?
– С тобой дело иметь – все равно что курить, сидя на бочке со взрывным зельем, никогда не поймешь, то ли ты благословила, то ли прокляла.
Оказывается, можно существовать и без смысла, без центральной идеи.
Юность всегда сон, особая форма безумия.
Вечер был чудесный. Полная луна заливала дорогу мягким серебристым светом, увядающие осенние цветы наполняли недвижный воздух благоуханием, словно пронизывая его тихим, едва слышным смехом. Широкие поля, покрытые далеко окрест ковром пшеницы, были освещены, как днем.
Казалось бы, никто не мог остаться равнодушным к этой чистой красоте неба… казалось бы…
— Да, у торговли скобяными товарами великое будущее, — говорил Роджер Баттон. Он не был возвышенным человеком — его эстетические чувства пребывали в зачаточном состоянии.
всем известно – чем меньше зрителей, тем короче спектакль.
...если хотите обнять весь этот парк, а потом и произвести отбор самого великого, нужно наблюдать его с разных точек зрения, при разных условиях, чтобы один памятник не походил на другой. Лучшее время для этого – темнота. Гуляйте в вечернюю пору, и вы увидите, как все крупные черты проясняются... Вечер – время льготного хода для мыслей, утро – время проверки
Всем в Москве правили старухи. Москва была бабье царство. Жабами сидели они в креслах в Благородном собрании и грозно поглядывали вокруг. У каждой был свой двор и свои враги; они все помнили, всех знали. Суждения Офросимовой и анекдоты о Хитровой заменяли Москве ведомости, которые читали только во время войн. Всю зиму была здесь ярмарка невест. Усадив их в возки и бережно подоткнув со всех сторон, везли этот редкостный товар осенью по широким дорогам в Москву, и у застав возки останавливались. Золотились главы церквей, зеленели сады, и у невест екали сердца. Потом их показывали московским старухам, и те, оглядев, брали их под свое покровительство. Вскоре на каком-нибудь балу девичья судьба решалась. Старухи судили, рядили, разводили и вновь сводили. Все рабы Гименея, мужья под пантуфлею, разорившиеся игроки, люди, у которых почему-либо не открылась карьера, составляли средний возраст Москвы.
Его любовь была точна, как время, как военный шаг, марш. Как будущее. Больше всего, точнее всего будущее было предсказано прошлым, прошедшим.
Неблагодарность матери еще более возбудила в Элизабет осознание того, в каком долгу они перед мистером Дарси. Временами ей казалось, она все бы отдала, лишь бы вскочить на стол, нанести себе семь ран позора прямо у него на глазах и увидеть, как ее презренная кровь — искупление за всю ее враждебность к нему — стекает в его тарелку!
Мерзкие создания ползали на четвереньках по земле, вгрызаясь в спелые кочаны цветной капусты, которые они приняли за беспризорные мозги.
Всякий зомби, располагающий мозгами, жаждет заполучить ещё больше мозгов - такова общепризнанная истина.
Она с ужасом подумала о том, каково это — выйти замуж за человека, который берет в руки клинок, лишь когда нужно нарезать горгонзолу.
Не могу припомнить ничего, что указывало бы на их чувства, - разве что Лидия вырезала его имя у себя на груди, но ей такое всегда было свойственно
- Мисс Беннет может неплохо освоить Коготь Леопарда, если она будет упорнее заниматься и прибегнет к помощи японских мастеров. Я вижу в ней способность принимать любые позы.- И я тоже, – сказал Дарси так многозначительно, что Элизабет залилась румянцем.