Цитаты

Разумеется, жизнь у каждого из нас только одна, и, когда вы совершаете все положенные вам ошибки и начинаете понимать, чего вам делать не следует, тут-то она к концу и подходит.

«Хочешь быть элегантным — пиши по-французски»

Богач, бедняк

Ирвин Шоу

Ирвин Шоу — писатель с богатым жизненным опытом, тонкой наблюдательностью, умением распознать в человеке малозаметные психологические жесты и нюансы поведения, включить их в сюжетные коллизии. Его произведения на долгие годы заняли прочную позицию в списках мировых бестселлеров. Роман «Богач, бедняк» и его экранизация в свое время снискали огромную популярность в СССР. Даже по значительно сокращенным публикациям и «обедненной» телевизионной версии «Богача, бедняка» советские люди в пору...

Вместо крови - красная губная помада

Богач, бедняк

Ирвин Шоу

Ирвин Шоу — писатель с богатым жизненным опытом, тонкой наблюдательностью, умением распознать в человеке малозаметные психологические жесты и нюансы поведения, включить их в сюжетные коллизии. Его произведения на долгие годы заняли прочную позицию в списках мировых бестселлеров. Роман «Богач, бедняк» и его экранизация в свое время снискали огромную популярность в СССР. Даже по значительно сокращенным публикациям и «обедненной» телевизионной версии «Богача, бедняка» советские люди в пору...

Пол вспомнил, как говорил Бернштейну, чьи дед и тетка стали жертвами геноцида, что не понимает, почему евреи остались в Германии — черт возьми, вообще в Европе, но особенно в Германии — и не уехали, пока еще не было поздно. Они, вообще-то говоря, были неглупыми людьми, многие из них когда-то на своем опыте узнали, что такое антисемитизм. Несомненно, они видели, к чему идет. Так почему же они остались?Ответ Бернштейна потряс его легкомыслием, жестокой насмешкой и неуместностью: У многих в доме было пианино. Мы, евреи, питаем слабость к пианино. А когда у человека есть пианино, ему труднее думать об отъезде.

Мизери

Стивен Кинг

Может ли спасение от верной гибели обернуться таким кошмаром, что даже смерть покажется милосердным даром судьбы? Может – ибо именно так случилось с Полом Шелдоном, автором бесконечного сериала книг о злоключениях Мизери. Раненый писатель оказался в руках Энни Уилкс – женщины, потерявшей рассудок на почве его романов. Уединенный домик одержимой бесами фурии превратился в камеру пыток, а существование Пола – в ад, полный боли и ужаса…

– Послушай, милая Пеппи, – начала она ласково, – ты хотела бы, когда вырастешь, стать настоящей дамой?
– Носить вуалетку и иметь три подбородка? – спросила Пеппи.

Пеппи Длинныйчулок. Повесть-сказка

Астрид Линдгрен

Юмористическая повесть шведской писательницы Астрид Линдгрен рассказывает о необыкновенной девочке Пеппн Длинныйчулок. В ней воплотились черты характера, о которых мечтает каждый ребенок: доброта, умение прийти на помощь слабому и наказать несправедливость, способность увлекательно фантазировать. Иллюстрации А. Алешина.

– У неё наверняка случилось какое-то горе, – шепнула Пеппи Аннике. – А может быть, просто расстегнулась английская булавка, и она её колет.

Пеппи Длинныйчулок. Повесть-сказка

Астрид Линдгрен

Юмористическая повесть шведской писательницы Астрид Линдгрен рассказывает о необыкновенной девочке Пеппн Длинныйчулок. В ней воплотились черты характера, о которых мечтает каждый ребенок: доброта, умение прийти на помощь слабому и наказать несправедливость, способность увлекательно фантазировать. Иллюстрации А. Алешина.

— Да, время бежит незаметно, начинаешь стареть, — отозвалась Пеппи. — Осенью мне стукнет десять лет — лучшие годы уже позади!

Пеппи Длинныйчулок. Повесть-сказка

Астрид Линдгрен

Юмористическая повесть шведской писательницы Астрид Линдгрен рассказывает о необыкновенной девочке Пеппн Длинныйчулок. В ней воплотились черты характера, о которых мечтает каждый ребенок: доброта, умение прийти на помощь слабому и наказать несправедливость, способность увлекательно фантазировать. Иллюстрации А. Алешина.

– Огэ, вы не могли бы отозвать своего дракона?
– Он не слушается, – деревянным голосом отозвался южанин. – Он отказывается подчиняться.
– Такого не бывает.
– Бывает, – неожиданно нахмурился дер Соллен. – Очень редко, но бывает, если есть причина, более важная, чем его собственная жизнь или жизнь хозяина. Я такое однажды видел.
Эльф сделал вид, что говорилось вовсе не ему, а господин Иберия, взъерошив макушку, недоумённо воскликнул:
– Но при чём тут Айра?!
– Она умирает, – неестественно ровно сообщил в пустоту лер Легран. – Что-то забирает её жизнь с такой скоростью, – что скоро даже двух метаморфов станет недостаточно, чтобы ей помочь. Огэ, ты видишь?
– Да. И чувствую через Зорга – её действительно будто высасывают изнутри. Причём, так быстро, что он сам уже на пределе. Если так и дальше пойдёт, мы потеряем её через час! Но я совершено не понимаю, куда уходят силы!

Айра судорожно вцепляется в густую шерсть, чтобы не упасть, и откуда-то твёрдо знает, что он хороший. Что он не тронет, поможет, спасёт. И унесёт её так далеко, что никакие преследователи не найдут. Ему можно верить. Правда. И его можно крепко обнять, больше не боясь смерти.
Почувствовав на шее цепкие детские пальчики и услышав слабое «спасибо», лесной хищник со странным выражением косит назад жёлтым глазом, но девочка совсем не боится. Не кричит, не плачет и больше не дрожит так сильно. А даже неловко улыбается, почувствовав его беспокойство, доверчиво устроившись на его спине и прижавшись мокрым личиком к жёсткой шерсти. Лёгкая, нежная, совсем ещё малышка. Но, наверное, все дети такие – наивные, хрупкие, беззащитные и поразительно чистые, совершенно не умеющие ненавидеть, но при этом полные какой-то необъяснимой, неистовой веры в чудо, в которое никогда не поверил бы ни один взрослый.

– ...Да не так, болван! Сколько раз тебе говоришь, что правая нога должна быть чуть впереди, а левая оставлена кзади! Локоть... локоть выше! Осанка! Правую руку прямее! Ещё! ЕЩЁ, я сказал!!! Оружие должно стать продолжением руки! Оно – это ты, независимо от того, что ты выбрал! Ты – это оно! Оно – ТЫ! Понял меня?!! Отвечай?!!!
–Да, учитель, – отозвался срывающийся мальчишечий голосок,.
– Тогда покажи, что ты понял! Покажи, что я не зря битый час тебя учу тут правильно стоять! И что тебе больше подходит рапира, а не веник для уборки! НУ?! Хедар! Модо! Даре!!! ЗАЩИЩАЙСЯ!!!..

Помните: привычка - ничто, импульс - всё.

Чем примитивней человек, тем больше он собой доволен

– ...Слово своё держать надо, – наставительно заметил внутренний голос с неприятными старческими нотками. – Раз обещал сделать – делай. Даже если для этого придётся пожертвовать чем-то важным...

– Это ты опасен! – фыркнула травница, помогая Айре устоять на ногах. – Не видишь, что ли: не тронет он её! И никого не тронет, если она не велит! Правда, милая?
– Да, – кивнула девушка, кинув ласковый взгляд на нежно прильнувший цветок. – Он никого не тронет. Он просто не хочет умирать... и за это нельзя осуждать, потому что на его месте любой из вас стал бы защищаться. Если его не обидят, он никого не поранит. Но сейчас его надо вернуть в Оранжерею – без земли он долго не протянет, а моих сил намного не хватит.
– Я удивляюсь, как ты вообще стоишь!

Помните: привычка - ничто, импульс - всё.

Чем примитивней человек, тем больше он собой доволен

Огонь горяч и яростен, Вода текуча и непостоянна, Земля тверда и непоколебима, а Воздух игрив и крайне переменчив.

– Простите, госпожа Матисса, а можно вопрос? – неожиданно заинтересовалась девушка. – Скажите, как вы выпалываете сорняки, если так любите растения? Вам их не жалко?
– Жалко, – призналась травница. – Но мы же не принимаем в Академию тех, кто по стечению обстоятельств не владеет магией? Какого бы рода и из какой бы знатной семьи они ни были? И не подбираем по дорогам нищих, не отдаём свои дома бездомным бродягам... так ведь?
Айра вынужденно кивнула.
– Да. Но причём тут сорняки?
– А при том, милая моя, что сорняки – те же бродяги. Да, они живые. Да, им тоже хочется света и тепла. Да, все они – такие же творения Всевышнего, что и все остальные: невинные и лишённые с Его точки зрения недостатков. Однако это совершенно не значит, что я позволю им заполонить мой драгоценный сад и вытеснить отсюда то, что я собирала и с таким трудом выращивала много лет. И это не значит, что им позволено устанавливать в моём доме свои порядки.

– Потрясающе! Айра, ты меня во второй раз поражаешь! Вернее, вы оба! И за это я, так и быть, подыщу тебе что-нибудь по теме! Эй, Кер, ты ведь за книгами привёл хозяйку?
Айра, занёсшая руку, чтобы погладить заботливого приятеля, неожиданно нахмурилась.
– Я ему не хозяйка, – крыс в это время приподнял голову и очень внимательно на неё посмотрел. – Конечно, он очень мне помог сегодня: и днём, и сейчас, когда привёл сюда, но я ему не хозяйка.
– Правда? – хитро наклонил голову призрак. – А он, как мне кажется, так не считает.
– Он мой друг, – твёрдо сказала она, приподняв грызуна и тоже пристально посмотрев. – Хороший, заботливый и внимательный друг, который подумал о моих проблемах больше, чем я сама. Не знаю, откуда он взялся, но я ему очень благодарна. И буду рада, если он и дальше со мной останется.

–А вы не боитесь,леди?–неслышно прошипел он,впившись в неё бешеным взглядом
–Чего именно?Что вы подбросите мне на тарелку дохлую лягушку?Или что я откажусь её попробовать?К вашему сведению,лер,на побережье Нахиб лягушки уже много веков считаются изысканным деликатесом.Более того,полагают их неиссякаемым источником мужской силы и готовят по особому рецепту,чтобы радовать своих жён до такой степени,чтобы об этом по всему Зандокару ходили легенды
Она сделала эффектную паузу и выразительно кивнула на поднос Грэя,где красовались изящно уложенные кружком морские деликатесы
–А вот креветок они,между прочим,не уважают:по их мнению,достойные люди не станут унижаться до того,чтобы подбирать отбросы,выкинутые на берег благородным морем.Жаль,что в Лигерии не все это знают и ошибочно полагают креветки дорогим лакомством,доступным только для избранных.Ведь на берегах моря ими нередко брезгуют даже нищие.Уж простите за откровенность,лер,но,надеюсь,это не испортило вам аппетит?

Приберите, – коротко сказал он. – Не заслужил я еще этой куртки... Ведь сам же дядя Лека рассказывал анекдот, как одна нежная мамаша разодела свою дочку-гимназистку в пух и прах, а один подошел и спрашивает девчонку:
«Скажите, пожалуйста, вы актриса?»
«Нет».
«Тогда, может, художница, известная певица, может, вы Вера Холодная?»
«Да нет, нет!» – Дочка даже взревела от досады.
«Ну, тогда вы просто дурочка! Не может умная девочка подчеркивать этими дорогими тряпками свое ничтожество». Что? Не помните? Сам дядя Лека рассказывал!

Динка

Валентина Осеева

В книге, ставшей любимой для многих поколений детей, рассказывается о детстве Динки, о ее крепкой дружбе с сиротой Ленькой и приключениях, которые они вместе переживают. Добрая и искренняя, взбалмошная и неугомонная Динка навсегда притягивает и очаровывает читателя.

Кто знает, какая это книга... Может, у нее плохой конец и все герои умирают или еще что-нибудь с ними случается. Тогда будешь долго ходить как потерянная и все будешь думать, думать, а помочь все равно ничем нельзя.

Динка

Валентина Осеева

В книге, ставшей любимой для многих поколений детей, рассказывается о детстве Динки, о ее крепкой дружбе с сиротой Ленькой и приключениях, которые они вместе переживают. Добрая и искренняя, взбалмошная и неугомонная Динка навсегда притягивает и очаровывает читателя.

Когда с человеком случается самое худшее, он уже не обращает внимания на повседневные неприятности.

Динка

Валентина Осеева

В книге, ставшей любимой для многих поколений детей, рассказывается о детстве Динки, о ее крепкой дружбе с сиротой Ленькой и приключениях, которые они вместе переживают. Добрая и искренняя, взбалмошная и неугомонная Динка навсегда притягивает и очаровывает читателя.

–Не смей поддаваться!–вдруг отвесил ей сочную пощёчину очнувшийся от спячки внутренний голос.–Никогда не смей!Ясно?!Уступишь хоть раз,и скоро вся улица будет кидать в тебя камни!Сперва дети,а потом и взрослые...хочешь прослыть посмешищем?!Хочешь,чтобы тебя,как половую тряпку,кидали наземь,когда захотят?!Чтобы смеялись вслед и показывали пальцами,в голос гогоча оттого,что ты даже возразишь не можешь?!А так будет!Запомни:обязательно будет,если не пресечь сразу!Стоит только одному спустить с рук,как остальные тут же сядут на шею!Толпа глупа,заруби себе это на носу!Толпа–это жадный,тупой и крайне агрессивный зверь!Голодная гиена!Хищная стая,только и ждущая мига,когда у тебя подломятся ноги!Хочешь стать ей закуской?Хочешь,чтобы тебя рвали на куски при каждом удобном случае?Нет?Тогда повернись к ним лицом и сделай так,чтобы эта стая не смела даже приблизиться!Борись!Живи по их законам!Стань не одним из них,но над ними!Только так ты завоюешь себе право на жизнь...

– Но нас пятеро, – терпеливо, как с психом, заговорил Локвуд. – У каждого из нас свои потребности, привычки, свой распорядок дня, и вообще… В вашей… гостинице есть еще комнаты?
– Есть. Две. В них живем я, мой папа и сумасшедший папин папа. И у папиного папы такие потребности и привычки, что лучше держаться от него подальше, можете мне поверить.