Знаешь, какое чувство сжигает гордость дотла, Дэя? Молчишь? Так я отвечу - страсть. Ты меня боишься? Поверь, ты очень быстро забудешь о страхе. О страхе, о гордости, обо всем, Дэя. И когда единственной ценностью для тебя останусь я, мы поговорим о жизненных приоритетах, родная.
Да, это я. – Магистр бросил на меня злой взгляд. – А это адептка Дэя Риате, которая ни разу, совсем ни капельки и абсолютно точно не моя невеста. Леди проводить в ее покои, да-да, те самые, что уже третий месяц ее дожидаются! – И повернувшись ко мне, Риан,коварно улыбаясь, сообщил: – Все как ты и просила, любимая!
Как красиво, – выдохнула я.
– Только вниз не смотри, – предупредил лорд-директор.
Посмотрела тут же – по скале, отвесной практически, к нам ползли огромные серые змеи… Беззвучно ползли.
– Какая ты послушная, – не скрывая сарказма, произнес магистр.
– Нужно было сразу сказать, что там ползут змеи. Я бы не смотрела! – Возмущения я не скрывала.
– Хорошо, – спокойно согласился Риан. – Тогда, родная, не смотри в сторону леса, там сейчас рвар дорывает медведя.
Естественно, я и туда посмотрела тоже.
– Ты восхитительна, – усмехнулся магистр, пока я безуспешно выискивала рвара.
В то утро, когда лорд Мерос вызвался проводить меня, я шла рядом с ним и… И совсем не хотела, чтобы он оказался таким же, как лорд Градак… Но он поступил так же… А я, не смотря на то, что стала старше, жила теперь в Ардаме, и училась в Академии Проклятий, как та маленькая испуганная девочка сжалась, и даже не смогла сказать «нет». Мне просто было очень больно…
Кто она?- внезапно проявила любопытство ко мне волна
-Это?-Эллохар обернулся, посмотрел на бледную от ужаса меня.- Да так, подобрал по дороге.
-Пусть сдохнет,- попрлсила волна
-Мы об этом подуиаем,- подчеркнуто серьезно пообещал Эллохар.
-Правда?- с надеждой спросила волна.
-Да когда я тебя обманывал?!- возмутился магистр. -Теперь о деле. Нам бы срочно на Листар нужно.
-Зачем?-проявила любопытсво стихия
-Сдохнуть хотим,- совершенно искренне солгал темный лорд.
На что только не готов мужчина ради сияющих глаз любимой.
«Тогда, когда будете готовы вы оба. Он – принять тебя такой, какая ты есть, а ты – полюбить его со всеми его недостатками.»
Я убью тебя, демон! — прошипела в этот момент ведьма, причем, кажется, верховная.
— Ужас, — Эллохар стоял, улыбаясь, и совершенно не был напуган угрозой, — я им численность населения острова поднял, всего себя отдал практически, а они… Никакой благодарности мне такому замечательному. И кстати, Инригана, я не демон, сколько раз тебе говорить?
И тут ведьма шмыгнула носом, и возмущенно:
— Но моя дочь…
— Ааа, так та темненькая была твоей дочкой? — притворно изумился Эллохар.
— Они тут все темненькие! — прошипела ведьма.
— Та носатенькая? — продолжал измываться магистр.
Ведьма покраснела от гнева.
— У которой ноги кривоватые? — столь тонкого издевательства мне еще наблюдать не приходилась.
Когда весна, оно сразу видно, страсть есть страсть, а коли любовь, тут и взгляды иные, и дыхание в такт.
Счастье - это когда паришь над землей, невзирая на все обстоятельства.
Да пошел этот лорд в Бездну на увеселительную прогулку. Дэй, да знаешь, сколько их таких?
Вопросительно смотрю на Юрао.
— Да раз-два и обчелся, слава Бездне! — весело ответил он. — Было бы больше, было бы хуже!
И я улыбнулась. То, что Юрао прав, с этим даже не поспоришь.
Ведьмы большей частью вышли нас проводить, и я считала это данью вежливости ровно до тех пор, пока магистр Эллохар, уже у самых ворот не обернулся и не произнес очень ласковым голосом:
— Девочки, искренне советую — не провоцируйте меня, иначе следующие учения адептов Смерти пройдут на вашем острове.
Ведьмы переглянулись, и практически все вернулись обратно в храм.
Да, я влюбился в Дэю. Сознаюсь, виновен в данном преступлении. Ты, кстати, сам в нее влюбился, так что понять меня вполне способен.
– Да, но он был первым, – возразил Тьер-старший.
– А я вообще раньше родился, так что кто был первым, еще разобраться нужно.
А тут.... полежал на тебе красивый мужчина - скажи спасибо. Даже если нечего не сделал - всё равно событие.
Одно я знаю точно: кто ребенка щадит, тот губит его. Древние говорили — возьми ребенка в кулак, все, что торчит по сторонам, отсеки, а что у тебя в руке осталось, то и воспитывай.
смысл этих слов дошел до меня как в замедленной съемке, стукнулся об стенки пустого черепа и встал посреди головы, дожидаясь мало-мальски осмысленной реакции
Трудно жить, когда вокруг все такие умные, что тебя и за человека не считают.
Что случилось?! Почему так замедлился ход времени, и так необратимо изменились очертания предметов и людей, и воздух стал тягучим и сладким, и в середине грудной клетки пробита черная дыра, через которую со свистом втягивается космос, и появилась брешь в обороне — ужасная, огромная, зияющая брешь, которую невозможно заделать и через которую теперь меня можно победить одним пальцем!
Мама к третьему ребенку устала быть слишком строгой и махнула на меня рукой.— Главное, чтоб выросла здоровая — выдадим замуж, — говорила она. — А нет — будет за нами в старости присматривать.
Ножевая рана заживет, а рана от злого слова — никогда.
Самый благодарный труд — вырастить ребенка.
Взрослые всегда найдут червя в яблоке и пятна на Солнце!
Очень сочувствую бедным детям, которых растят одни лишь мамы и папы. Очень. Они представления не имеют о том, что такое настоящее воспитание
Смотри, ты когда матерью станешь, рожай до тех пор, пока девочку не родишь! Сыновья – счастье, а дочь – это ангел. Для женщины спасение – только в дочери. Это ты сейчас не поймешь, а когда станешь большая, молись, чтобы тебе Бог дочь подарил.
Женщина, если нужно, столько сможет, что на ее месте пять мужиков надорвутся.