Незнание- серьезное оружие и большой риск.
Какая я? Унылая сегодня, дурная завтра. И всё.
Просто банальное панимание, что я теперь значу нечто больше для этого кошмарного мира, дарило мне эйфорию и давно позабытую увереность в себе.
Может, это Ад? Почему там должны быть черти и котлы? Достаточно чувства обреченности и отчаяния. Боль не физическая, она моральная.
Вот в чём смысл жизни - найти кого-то, кто будет терпеть всю оставшуюся жизнь.
«Прискорбно, как часто первые книги американских писателей оказывались их последними хорошими книгами.»
— Мне всегда нравилось это вино, — сказала она.
— Мы пили его, когда были счастливы.
«Ужасно. Лежать в одной постели и быть одинокими.»
— Но я чувствую, что нравлюсь вам.
— Понравиться мне не сложно, только это мало что значит.
«Все любят по-разному. Кто как может, тот так и любит. Кто-то готов ради своей любви пожертвовать собственным счастьем, а кто-то готов убит возлюбленного, не дробившись взаимности»
«– Мы все разные и чувствуем по-разному, и любим тоже каждый по-своему. Кто-то уверен в каждом своем чувстве, кто-то, как ты, постоянно сомневается, прежде чем окончательно проверит. А я уверен в своих мыслях, ощущениях и чувствах. У меня нет сомнений, я знаю, что не ошибаюсь»
«..., если что-то хочешь получить, будь готов что-то дать взамен»
«По-настоящему может обидеть только тот, кто трогает твое сердце»
«Люди зачем-то торопятся взрослеть, не давая себе насладиться самым прекрасным периодом в жизни — детством»
«Настоящее проходит у нас перед глазами и тут же переходит в будущее, которое становится настоящим. А настоящее, что остается позади, превращается в прошлое»
«— Умение держать свои слова это то, что отличает истинно благородного человека от человека бледного душой»
«Нарушишь клятву — обманешь сам себя. А обманывать себя хуже всего. Не можешь — не обещай. Хоть перед собой виноват не будешь»
«Все любят по-разному. Кто как может, тот так и любит. Кто-то готов ради своей любви пожертвовать собственным счастьем, а кто-то готов убит возлюбленного, не добившись взаимности»
«– Мы все разные и чувствуем по-разному, и любим тоже каждый по-своему. Кто-то уверен в каждом своем чувстве, кто-то, как ты, постоянно сомневается, прежде чем окончательно проверит. А я уверен в своих мыслях, ощущениях и чувствах. У меня нет сомнений, я знаю, что не ошибаюсь»
... искусство служит не для того, чтобы иллюстрировать естественно-научные концепции, пусть даже их автором будет наш господин тайный советник собственной персоной [Гёте].
Если можно философствовать об облаках, значит, можно размышлять и о любых других вещах, потому что облака воплощаются самую крайнюю форму неуловимого. (с) Рене Декарт
Однако цитирование — это всегда акт насилия: оно вырывает фрагмент из структуры, представляющей собой целостность.
На примере итальянского барокко с помощью огромного числа источников Хаскелл показал, насколько наивной является вера в неограниченную фантазию художника и насколько определяющими для многих центральных произведений мирового искусства были желания и вкус заказчика.
Вера в себя всегда должна сопровождаться недоверием к себе.
1901 году, в свои золотые дни, он приехал в Брюссель к Ван де Вельде и записал 7 марта: «Он отрицает, что его искусство имеет иную цель, помимо идеальной красоты. Он считает, что sérénité [25] имеет этические последствия в духе Рёскина, потому что оно укрепляет человека, живущего в безмятежности, — то есть экономит ему те силы, которые приходится тратить на защиту от уродства».