Думaю, у людeй прoпaдaeт нaстoящee удoвoльствиe oт тoгo, чeм oни зaнимaются, из-зa тaких вeщeй, кaк зaмeры, oчки и чрeзмeрнoe жeлaниe пoбeдить.
Стоит лишь разобраться как следует, и тогда можно начинать жалеть всех подряд, и ненавидеть уже становится некого.
Воистину, нет конца глупостям, которые люди совершают, чтобы наполнить жизнь смыслом.
Голуби как люди: трахаются практически весь год напролет, но в основном с одними и теми же партнерами.
В сверхдержаве, которая первой покорила космос, не смогли сшить джинсы…
Он родится, как рождаются все малыши, когда их легкие впервые наполняются воздухом, и они еще не знают, что это всего лишь первая боль.
Ценой жизни даже одного человека ничего не стоит начинать - какая бы то не было свобода не стоит жизни человеческой, ни одна цель ее не стоит. Жизнь каждого человека принадлежит только Богу, и только Бог решает, когда человеку умереть...
Там же мне дали тонкую летнюю шаль. Ну как дали… под гипнозом. Но я сказала спасибо. Большое.
Я слушала его голос, а не слова. У него был слишком красивый голос, чтобы я могла вникать в смысл!
Где взять деньги, и главное – сделать так, чтобы мне за это ничего не было.
И уж чего мне точно не хотелось, так это присоединяться к некромантскому факультету, во главе которого сидел и пристально за нами наблюдал задумчиво-хмурый Малкош. К целителям тоже не тянуло, слишком уж они были бледные и на фоне ведьмаков выглядели совсем немощными. Медиумы и спириты… тоже нет. Достаточно было на них глянуть, как моментально возникло ощущение, что они уже чего-то покурили. Нет, правда! Лица такие отстраненно-одухотворенные, что немного не по себе.
– Привет, крошка, – со мной заговорил Малкош, словно именно он был предводителем этой банды. Хотя, может, так оно и было, по крайней мере его силу я чувствовала отчетливо, в отличие от остальных присутствующих. – Почему-то ты не торопишься.
– А надо было? – Удивленно округлив глаза, я наклонила голову набок, с интересом рассматривая зарвавшегося вампира. – Что-то я не припомню, чтобы ты назначал мне свидание. Хотя ладно, уговорил. Я согласна. Куда ты хочешь меня пригласить? Учти, я еще не завтракала и очень голодна.
– Нахалка! – Хмыкнув, парень отрицательно качнул головой. – Нет, крошка, ты не угадала. Никаких свиданий. За тобой должок.
– И ради этого ты позвал своих дружков? Вчера они не спешили тебе помогать. – Не переставая улыбаться, словно у нас проходила дружеская беседа, а не подготовка ко второй попытке устроить мне обещанную трепку, я обернулась к однокурснику: – Или ты умеешь то, что не умеют старшие?
— Просто вошла. А что?— То есть вот так просто взяли и вошли?— Ну да.Наивный. Неужели он думает, что я признаюсь в том, что не «просто вошла», а «просто перепрыгнула»?
— Ты из какой глухомани?Стало обидно.— Льдянки. Деревня в Торниговских горах. Слышал?Эльф недоуменно приподнял брови, и я со злой иронией переспросила:— Неужели не слышал? Ты из какой глухомани?
Все, что можно купить за деньги, уже дешево.
Никто, ни один человек не пришел на мой крик о помощи. Все решили не вмешиваться. Меня всегда поражало равнодушие окружающих к чужим проблемам. Особенно теперь, когда помощь была действительно необходима, когда лорд безжалостно вжимал меня в стену, с такой решимостью, будто собираясь сломать мне ребра
Лорд продолжал сидеть напротив меня и пристально смотреть. Слезы с новой силой потекли по щекам.
- Я убийца...
- Ты не убийца, ты дура, - вынес он вердикт.
— Какая разница, кто и что про тебя подумает? Твоя необоснованная неуверенность в себе нисколько тебе не помогает. Более того, она еще и будет губить все твои начинания! Всегда, где бы ты ни находилась и что бы ты ни делала, найдется человек, который будет осуждать тебя. Пришло время повзрослеть и избавиться от глупых стереотипов.
Лорд напрягся и, приподнимаясь на локтях, поинтересовался: — Не боишься? Вокруг лес и ни единой души на пару километров. А если я тебя изнасилую и брошу где-нибудь здесь? — Но ты же этого не сделаешь, — Я не задавала вопрос, я сказала твердо, полностью уверенная в своих словах. — Значит, в тебе отсутствует и чувство самосохранения, — поднимаясь, произнес лорд и легким движением поднял меня, подталкивая к вороному жеребцу.
Я засопела, как маленький рассерженный ежик.
Я поняла, что меня влечет к этому человеку, влечет к опасности, которая от него исходит, влечет к его недоступности.
— Я еще такая молодая, я жить хочу! — воскликнула я, вжимаясь в кресло.
— Я тебе жить не мешаю, живи на здоровье. Но кровь все же придется дать.
М-да... ну и жизнь! Вместо того чтобы размеренно убираться, приходится спасаться от воронов и строить баррикады от озабоченных мужиков. Не жизнь, а прелесть.
– Ты серьезно собираешься заказывать здесь одежду?
– Тебя что-то смущает? – усмехнувшись, спросил Рейес.
Вообще-то да! Цена! Сто пятьдесят тысяч золотых! Да за пять тысяч золотых можно построить себе огромный особняк, нанять кучу прислуги и купить пару десятков карет. А тут не пять тысяч, а сто пятьдесят! И за что? За одежду?
такова уж женская доля — за каждую горошинку счастья приходится платить полновесными мерами забот, тревог и сомнений.