Июль 1940-го. Европа подмята под немецким каблуком. И теперь единственное, что отделяет остров от поражения, — это полоска воды и отчаянные парни в шлемофонах, которые поднимаются в небо, когда нормальные люди ещё спят. Битва за Британию. Самая странная, самая отчаянная и самая авиационная битва истории. Здесь над Ла-Маншем с утра до вечера идёт война моторов, нервов и крошечных точек на горизонте, которые за секунды превращаются в смерть. Он не знает, сколько раз он собьёт врага и...
Октябрь 1940 года. Англия выстояла. Фюрер отложил карты Ла-Манша и перевёл взгляд на юг, к Балканам, а затем — ещё дальше, туда, где расстояния уже не измеряют милями. Но война не закончилась. Она лишь стала тише и опаснее. Важные вылеты проходят без свидетелей, без эскадрилий рядом и без права на второй заход. Увидеть первым, запомнить больше и исчезнуть раньше, чем тебя успеют поймать. Морской лётчик Алексей Хренов снова в кабине. Между ним и землёй — тысячи миль чужого моря,...
Июнь 1940-го. Туманный Альбион. Лёха Хренов — Алекс Кокс для тех, кто выговаривает его местную фамилию без акцента, — оказывается там, где фронт уже не отступает, а стоит насмерть. За спиной — падение Франции, впереди — пролив, который внезапно стал линией жизни. Белые скалы Дувра кажутся мирными, почти туристическими. До первой сирены. Потом небо начинает гудеть. Сначала далеко, глухо, как гроза над морем. Потом — ближе. «Дорнье», «Хейнкели», «Юнкерсы» идут строем, как бухгалтерия,...
1940. Франция. Небо, которое не успели удержать. Лёха Хренов - Алекс Кокс, как его знают тут, воюет там, где фронт рассыпался, пехота бежит, «юнкерсы» висят над окопами, а французское небо наполнено дымом, тревогой и привычным запахом бензина, мокрой травы и вылетов без всякой гарантии возврата. «Мессеры» и «Юнкерсы» приходят регулярно и без предупреждения. Снова взлёты. Снова металл, раскалённый страхом, и дым, который тянется за боем, как след от плохо залеченной раны. Снова люди...
1939! От Шанхая до белых скал Дувра! Лёха Хренов, морской лётчик, которого судьба швыряет между войнами как пустую гильзу, оказывается в Англии — случайно, нелепо и точно не вовремя. Он стремился домой, но родная страна опять решила подождать. А вот немецкие «Мессеры» и «Юнкерсы» — нет. Аэродромы пахнут бензином, мокрой травой, чаем, который непонятно зачем подают с молоком, и тревогой, которая уже стала частью неба. Битва за Британию гремит над Ла-Маншем. Лёха втягивается в неё так же...