Мои цитаты из книг
— Везёт же тебе, парень… — с лёгкой завистью протянул байкер, — кто бы мне так признался: мол, люблю тебя, женись на мне, я вся твоя. Ей-богу, женился бы!
Когда вечности становится скучно, она проявляет всю свою изобретательность, выдумывая порой весьма опасные развлечения. Фигуры на шахматной доске-жизни расставлены, первый ход сделан. И вот уже вернулась в мир проклятая рукопись. Перепутались в одном клубке судеб любовь и ненависть, вражда и дружба, жизнь и смерть. Догадывались ли Анна и Эрик Ди Таэ чем обернётся для них согласие работать на специальный отдел при дипломатическом корпусе Единой и всеблагой матери-церкви? Судьба, сделав очередной...
Девочка вытащила из кипы очередной лист и повертела его перед носом, брезгливо держа за краешек двумя пальцами. Лист был изрядно затяган и помят, местами на нём темнели жирные пятна, местами кофейные.
— Святой отец, это куда?
— А? О! — Рид выхватил у ведьмочки бумажку и воззрился на неё с таким обожанием, что Арьята чуть не поперхнулась.
— Это память о селёдке, которую вы съели год назад в день святого Павсикахия? — невинно спросила она.
— Нет! — отец Рид сиял, как начищенный пятак, — Господи Всевышний, хвала тебе! Это моё прошение об отпуске, заверенное госпожой кардиналом! Я думал, что ненароком выбросил!
Когда вечности становится скучно, она проявляет всю свою изобретательность, выдумывая порой весьма опасные развлечения. Фигуры на шахматной доске-жизни расставлены, первый ход сделан. И вот уже вернулась в мир проклятая рукопись. Перепутались в одном клубке судеб любовь и ненависть, вражда и дружба, жизнь и смерть. Догадывались ли Анна и Эрик Ди Таэ чем обернётся для них согласие работать на специальный отдел при дипломатическом корпусе Единой и всеблагой матери-церкви? Судьба, сделав очередной...
Почерк у архонта оказался как у хромой курицы-левши с нервным тиком и косоглазием.
Когда вечности становится скучно, она проявляет всю свою изобретательность, выдумывая порой весьма опасные развлечения. Фигуры на шахматной доске-жизни расставлены, первый ход сделан. И вот уже вернулась в мир проклятая рукопись. Перепутались в одном клубке судеб любовь и ненависть, вражда и дружба, жизнь и смерть. Догадывались ли Анна и Эрик Ди Таэ чем обернётся для них согласие работать на специальный отдел при дипломатическом корпусе Единой и всеблагой матери-церкви? Судьба, сделав очередной...
— Вам сначала кровоостанавливающее заклятье или обезболивающее? — спросил Эрик, подцепляя смоченный в антисептике тампон.
— … … оба … …!!!!!
— Оба сразу не получится, я не Юлий Цезарь!
Когда вечности становится скучно, она проявляет всю свою изобретательность, выдумывая порой весьма опасные развлечения. Фигуры на шахматной доске-жизни расставлены, первый ход сделан. И вот уже вернулась в мир проклятая рукопись. Перепутались в одном клубке судеб любовь и ненависть, вражда и дружба, жизнь и смерть. Догадывались ли Анна и Эрик Ди Таэ чем обернётся для них согласие работать на специальный отдел при дипломатическом корпусе Единой и всеблагой матери-церкви? Судьба, сделав очередной...
Даже Виктор держит свои бумаги в относительном порядке. Правда, его отчёты больше напоминают пошлые анекдоты, но он хотя бы их вовремя сдаёт.
Когда вечности становится скучно, она проявляет всю свою изобретательность, выдумывая порой весьма опасные развлечения. Фигуры на шахматной доске-жизни расставлены, первый ход сделан. И вот уже вернулась в мир проклятая рукопись. Перепутались в одном клубке судеб любовь и ненависть, вражда и дружба, жизнь и смерть. Догадывались ли Анна и Эрик Ди Таэ чем обернётся для них согласие работать на специальный отдел при дипломатическом корпусе Единой и всеблагой матери-церкви? Судьба, сделав очередной...
Лучше пусть мне будет плохо от удовольствия, чем без него.
Когда вечности становится скучно, она проявляет всю свою изобретательность, выдумывая порой весьма опасные развлечения. Фигуры на шахматной доске-жизни расставлены, первый ход сделан. И вот уже вернулась в мир проклятая рукопись. Перепутались в одном клубке судеб любовь и ненависть, вражда и дружба, жизнь и смерть. Догадывались ли Анна и Эрик Ди Таэ чем обернётся для них согласие работать на специальный отдел при дипломатическом корпусе Единой и всеблагой матери-церкви? Судьба, сделав очередной...
Я не пессимист, а мрачно настроенный реалист. К тому же я просил прислать бойцов, а не самоубийц! Слабоумие и отвага не мой девиз.
Когда вечности становится скучно, она проявляет всю свою изобретательность, выдумывая порой весьма опасные развлечения. Фигуры на шахматной доске-жизни расставлены, первый ход сделан. И вот уже вернулась в мир проклятая рукопись. Перепутались в одном клубке судеб любовь и ненависть, вражда и дружба, жизнь и смерть. Догадывались ли Анна и Эрик Ди Таэ чем обернётся для них согласие работать на специальный отдел при дипломатическом корпусе Единой и всеблагой матери-церкви? Судьба, сделав очередной...
…и не нужно на меня так сердито молчать
Когда вечности становится скучно, она проявляет всю свою изобретательность, выдумывая порой весьма опасные развлечения. Фигуры на шахматной доске-жизни расставлены, первый ход сделан. И вот уже вернулась в мир проклятая рукопись. Перепутались в одном клубке судеб любовь и ненависть, вражда и дружба, жизнь и смерть. Догадывались ли Анна и Эрик Ди Таэ чем обернётся для них согласие работать на специальный отдел при дипломатическом корпусе Единой и всеблагой матери-церкви? Судьба, сделав очередной...
«…Господи единый Всевышний, заступник, обрати взор свой на сына недостойного да очисти помыслы мои и душу от скверны греховной… Это, это невыносимо… её глаза, её голос, её… Господи, прости мне мысль неуместную, даруй мне силы пережить испытание… Невозможно больше… Она, она… что она со мной делает?.. Господи, спаси и помилуй. Разорви круг порочный, ибо силы мои слабнут…разумею, что недостоин её… Недостоин её?! Что я несу, Господи!? …»
Когда вечности становится скучно, она проявляет всю свою изобретательность, выдумывая порой весьма опасные развлечения. Фигуры на шахматной доске-жизни расставлены, первый ход сделан. И вот уже вернулась в мир проклятая рукопись. Перепутались в одном клубке судеб любовь и ненависть, вражда и дружба, жизнь и смерть. Догадывались ли Анна и Эрик Ди Таэ чем обернётся для них согласие работать на специальный отдел при дипломатическом корпусе Единой и всеблагой матери-церкви? Судьба, сделав очередной...
— Святой отец, медальон выше! Нет, я конечно не против, но… Чего вы там возитесь, мне холодно, между прочим!
— Простите, но я не вижу с закрытыми глазами! — огрызнулся он.
— С закрытыми глазами?! — Анна выпуталась наконец, из коварной блузки, промокшее насквозь белье тоже особо ничего не скрывало, — Там что, все так страшно?! — возмутилась девушка.
Когда вечности становится скучно, она проявляет всю свою изобретательность, выдумывая порой весьма опасные развлечения. Фигуры на шахматной доске-жизни расставлены, первый ход сделан. И вот уже вернулась в мир проклятая рукопись. Перепутались в одном клубке судеб любовь и ненависть, вражда и дружба, жизнь и смерть. Догадывались ли Анна и Эрик Ди Таэ чем обернётся для них согласие работать на специальный отдел при дипломатическом корпусе Единой и всеблагой матери-церкви? Судьба, сделав очередной...