Шумаков заметно побледнел. Ну не виновата она, что без кровавых подробностей не обойдешься! И так смягчает, как может. Не стала же рассказывать про трупные пятна, по котором определила, что убили жертву не там, где ее обнаружили. Не стала рассказывать, как поняла, что ребра руками ломали. Много чего не сказала, кто ж виноват, что опера такие нежные пошли. Вот и на свидание пригласить некого, потому что если уж полиция такая, то что с других взять?
– Ребра скальпелем не разрежешь, – развела руками Лера, краем глаза замечая, что Шумаков уже позеленел. Скоро его можно будет оливковым маслом полить и жевать вместо салата
А кислорода становилось все меньше. На поверхности жить уже стало невозможно. И именно тогда ученые изобрели способ добывать искусственный кислород. Но наверху он вступал в реакцию с остатками натурального и заражался вирусом, испарялся.
- И ты козёл?
- Бывало, - глубокомысленно вздохнул мужчина, роясь в шкафчиках с травами, - это в нашей природе, детка. Знаешь, сколько женщин подо мной перебывало?.. Да у меня пятеро детей!.. Где-то растут. Это о ком я знаю.
- Но ты же ХРАНИТЕЛЬ!
- И что? Пропадать такому генофонду?
- Козлы!
В жизни всегда найдется место для жестоких чудес.
Финансистам не место в политике — у них слишком вульгарное представление о выгоде. Что толку от денег, на которые нельзя купить собственную жизнь?
Бог, создавая рай, тоже не учел человеческий фактор.
Поднимаюсь. Медленно, с трудом. Фокусирую взгляд, приближаюсь к сбившему меня мужику.
— Эй, ты чего, — будто чувствует неладное.
— Я тебя люблю, — выдыхаю абсолютно искренне.
— Видать сильно башкой стукнулась, — бормочет испуганно. — Давай сейчас в больничку отвезу. Только заявление писать не надо. Никаких там тяжких телесных, сечешь?
— Я люблю этот народ, — продолжаю на полном серьезе. — Этот город.
— Ты не переживай, — гладит меня по спине. — Оно еще пройдет, отпустит.
— Я люблю эту страну! — восклицаю с чувством.
— Точно тронулась, — с ужасом выдает мужик.
— Нет, нет, — отрицательно мотаю головой, ловлю от этого банального движения нехилый приход. — Вы не понимаете. Я и не думала, что так сильно скучала. Правду говорят, какая бы Родина ни была, все равно она твоя. Тут и черпай силу. На своей земле.
Слушай, это же чепуха, — взываю к разуму фон Вейганда. — Я легко выжила и оправилась после нескольких жестких изнасилований. Сохранила дитя несмотря на прием лекарств и проведенные операции. Даже сломанные ребра никак не помешали. Потом я моталась по свету, совершала перелеты, ездила на автобусе по украинским дорогам, а там, прости за подробности, у мужика воды отойдут. И ничего. Порядок. Я работала на износ в Польше. Питалась всякой дрянью. Впадала в истерики. Рыдала. Да я плавала в зимнем море, чуть не утонула. Но таки выплыла. Простуду не подхватила. Здорова, аж самой удивительно.
— А ты любишь нимфу.
— Да, — не стал отпираться Тёмный, только напрягся.
— Решил оставить её в качестве любовницы? — усмехнулся Крылатый.
— Дорсен, ты точно осёл! — Велиус повернулся и зло уставился на мужчину. — Любимые женщины любовницами при законных жёнах не становятся.