Я вдруг поняла, что, когда горе касается тебя лично, реальность преображается.
Люди верят в то, во что хотят верить.
У мертвых ведь нет ничего, кроме достоинства. Поэтому кое-что из морга выносить не следует.
Нужно быть сильными и прощать обиды. Особенно, если провинившиеся признают вину.
Прекрасно осознаю, что заставить себя жить по указке можно. Через силу, через не хочу, через надо… но можно.
Заставить себя любить или не любить просто по желанию — не выйдет, как ни старайся. Мы — не роботы и над эмоциями и чувствами не властны.
Нерешительность — в бизнесе синоним слабости.
Несчастье Наполеона – и всего мира – состояло в том, что творческая мощь его гения и сила характера, не подкреплялись у него нравственным величием.
Может ли быть государственный порядок без религии? Общество не может существовать без имущественного неравенства, а неравенство – без религии. Когда один человек умирает от голода рядом с другим, сытым по горло, то невозможно, чтобы он на это согласился, если нет власти, которая говорит ему: "Этого хочет Бог; надо, чтобы здесь, на земле, были бедные и богатые, а там, в вечности, будет иначе".
Наполеон знал: «Самое желательное, что сразу выдвигает человека на первое место, это – равновесие ума или таланта с характером или мужеством». Только оно придает человеку надежную цельность, делает его непоколебимым, как скала. Другими словами, нужно «быть квадратным в высоте, как в основании», где высота – ум, а основание – воля.
Позднее с уст Наполеона сорвалось красноречивое признание: «Что породило революцию? – Честолюбие. Что положило ей конец? – Тоже честолюбие. И каким прекрасным предлогом дурачить толпу была для всех нас свобода!»